После конца

Думала, что на поверхности все окутано пылью и смогом, но буйство красок одичавшей природы с первых минут разубедило в этом. Ожидала помощи от людей, но в тех, кто долгие годы выживал здесь, мало что осталось от человека. Вне бункера свои законы, свои правила выживания. И как в этом враждебном мире спасти самого близкого человека, не потеряв себя? Соня не знала ответа, но одно понимала точно: не попробует сейчас – и отец точно погибнет. Глупо не воспользоваться шансом, когда он есть. Особенно, если помощь приходит от того, от кого ждёшь меньше всего. Но так ли нужна ей эта поддержка?
Издательство:
SelfPub
Год издания:
2019
Содержание:

После конца

Глава 1

   Стоящая на земле рация периодически трещала, но никаких четких сигналов из нее слышно не было. Предсказуемо – Соня специально настроила ее на единственную волну, по которой общалась только с одним человеком, от которого сейчас и ждала новостей. А пока в бункере тихо, можно было насладиться редкими моментами тишины под теплыми лучами солнца. Слишком редкое явление для тех, кто всю жизнь проводит под землей, чтобы пренебрегать такой возможностью оказаться чуть ближе к поверхности. Пусть и в обход установленных правил.

   Это место называлось колодцем. Совет их общины запретил людям вход в эту зону из-за слишком высокой опасности контакта с внешним миром, однако кое-какие пути доступа сюда остались. Знали о них немногие, потому доступ был относительно свободным. Колодец был старым заброшенным тоннелем, который заканчивался обрушенным бетонным строением. Дорога обвалилась из-за взрыва, перекрыв путь дальше по тоннелю, давая возможность по обломкам подняться на поверхность. Делать это никто не собирался, собственная жизнь дороже острых ощущений, но вот понежиться под редкими лучами солнца – дело благое.

   Снова затрещала рация, на этот раз уже требуя повышенного внимания – вызывала Амира, а значит, были новости, которые стоило услышать, по крайней мере именно такой логикой руководствовалась подруга.

   – Снова в колодце? – без всяких предисловий начала Амира. – Сколько раз тебе говорилось, вот поймает гарнизон, что потом отцу скажешь?

   – Ты только за этим вышла на связь? – улыбнулась Соня.

   – Нет, звоню, чтобы сказать, что конвой возвращается. Будут здесь примерно через полчаса, поэтому советую поторопиться.

   – Принято, спасибо.

   Конвой. А значит и отец должен вернуться. Конвои редко поднимались на поверхность, только для пополнения некоторых припасов или медикаментов, но каждый раз это было событием. Ведь наверху теперь были свои порядки, свои законы. Выжить во внешнем мире трудно, особенно если ты к нему не приспособлен, потому мало кто из «подземных» решался вылезти на поверхность, даже в сопровождении напарников. А те немногие, кто все же набирался смелости добыть припасы для общего блага, мгновенно возвышались в глазах простых людей.

   Ожидающие возвращения своих родных жители убежища и просто зеваки уже столпились у ангара, высматривая в темноте тоннеля тусклый свет потемневших ламп. Соня точно также устроилась в первых рядах, надеясь встретить отца раньше, чем совет заберет его для очередного отчета. Краем глаза девушка заметила стоящего у стены Андрея. Как всегда, в стороне от шума, как всегда скучающий вид. Раздражает. Почему именно его папа считает названным сыном?

   Эта загадка с самого детства мучила Соню, особенно когда она видела, как ее отец общался с ребенком. Чуть больше внимания, чуть больше участия и этого хватало, чтобы скользкое чувство, отдаленно напоминающее ревность, поселялось внутри, не давая возможности нормально дышать. Возможно поэтому они так и не нашли общего языка, хотя с их знакомства прошло более десяти лет.

   – Что-то не так, – послышался слабый голос одной из женщин-медиков. Матильда, кажется. – Задерживаются. Раньше такого не было.

   – Может, с машиной проблемы? – ответили из толпы, также напряженно вглядываясь в темноту тоннеля.

   Они были правы. Конвой опаздывал уже минут на сорок, хотя даже под землей было ясно, что на поверхности начинало темнеть. Никто не оставался ночью на открытой местности, поскольку выжить в темноте без явного зрительного преимущества, было практически невозможно. И дело не в диких животных. Хоть вирус, поразивший людей десять лет назад, и выкосил большую часть населения планеты, надежды писателей-фантастов не оправдались: зомби-апокалипсис не наступил. Люди просто умирали от инфекции, распространяющейся по крови без надежды на спасение.

   Кто действительно нес реальную угрозу на поверхности, так это животные. Собаки, крысы, даже птицы – вирус RB-21 поражал не только людей, но и животных. Вот только если люди умирали после контакта с вирусом через четыре дня, с другими представителями фауны все было гораздо хуже. Они становились носителями вируса до тех пор, пока не умирали. От пули или же нападения более крупного хищника – не важно. Главное, что нападали они и на людей, убивая одной царапиной.

   Соня не особо прислушивалась к чужим голосам, но игнорировать растущее беспокойство не могла. Матильда права, что-то действительно случилось. Не могут люди, уехавшие двое суток назад настолько задерживаться, хотя до ближайшего города даже пешком не более двух часов. Они определенно во что-то вляпались.

   Но вот вдалеке послышались первые звуки тарахтящего старого мотора. Тусклый свет фар на мгновение ослепил стоящих людей, после чего погас, уже через несколько секунд выпуская на всеобщее обозрение потрепанный временем внедорожник. Радостные улыбки быстро стерлись с лиц встречающих, уступая место беспокойству в широко распахнутых глазах: весь кузов был в крошечный отверстиях от пуль. Кое-где виднелись небрежные пятна крови, стекла местами треснули, опасно подставляя тех, кто находился в кабине.

   Кстати, о них.

   Тяжелая дверь со скрежетом открылась и наружу, прихрамывая на перебинтованную ногу, вышел Роман – капитан группы и по совместительству ответственный за организацию планов вылазок на поверхность. Следом за ним появились полевой медик Марина и ее супруг Илья – один из лучших снайперов среди их бойцов. Больше из кузова никто не появлялся.

   – Где остальные? – решилась нарушить молчание Матильда, выступая вперед. Как член Совета она имела право требовать ответы на свои вопросы. – Что случилось?

   – Наткнулись на группу Лазутчиков, – поморщился Роман, потирая больное плечо. – Они тоже искали медикаменты на складе, но делиться не захотели. А потом подоспели торговцы и понеслась.

   – Хотите сказать, они забрали все? – опешила Матильда.

   На ее памяти группировки хоть и соперничали, но никогда не доходило до настолько серьезных конфликтов. По крайней мере, к Подземным редко относились с откровенной неприязнью. В основном потому, что они были безобидны и на поверхность выбирались лишь в случае крайней необходимости.

   – Не только груз, Тильда, – мужчина опустил голову, не решаясь поднять взгляд на людей. Но не смотрел он не на толпу, он боялся встретиться с глазами, которые были точной копией глаз его лучшего друга. – Виктор и Барс остались в городе. Мы не смогли забрать их.

   Это как удар под дых. Воздух словно выбили из легких, посторонние звуки вокруг исчезли. Ничего, кроме собственного бешенного ритма сердца уже не было. Ее отец остался в городе, а они взяли и бросили его. Вернулись живыми, но без него. Как и без Барса.

   – Почему вы его оставили? – от звука собственного голоса хотелось зарыться глубоко под землю, но сейчас Соне хотелось как можно скорее узнать все ответы. – Он мертв?

   – Нет, но…

   – Тогда зачем!?

   Крик непроизвольно вырвался наружу, заставив вздрогнуть даже бывалого солдата. Говорить о потерях всегда тяжело. Говорить об этом детям оставленных в мертвой зоне друзей без шанса помочь им еще хуже. Как объяснить ребенку, который вырос у тебя на глазах, что его единственный родитель возможно уже мертв или пока еще на пути к неизбежному концу?

   Соня плохо помнила конец того вечера. Помнила только жгучие слезы, из-за которых невозможно было открыть глаза. Саднящее горло от постоянный криков и рыданий. Кажется, Тильда насильно вколола ей ампулу успокоительного, но даже так, во сне, Соню все равно преследовали кошмары. Ее сознание не принимало того факта, что отца больше нет. В такое в принципе невозможно было поверить.

   Потому еще невозможнее было слушать утреннее решение Совета. Два человека, которые вряд ли еще были живы не стали весомым аргументом для лидеров их общины, чтобы отправить еще одну группу на поверхность. Слишком высок риск потерять больше людей. К тому же, если в нападении были замешаны торговцы, шансы на то, что Виктор был все еще жив хоть и повышались, но ненадолго. Ибо их деятельность купли-продажи заключалась исключительно в сбыте полученного любым путем товара, и в эту категорию входили не только оружие и лекарства, но и люди.

   – Мне очень жаль, дорогая, но я ничем не могу помочь, – Тильда была единственной, кто открыто усомнился в решении верховного Совета, но даже это не способствовало смене решения. Оставшиеся в

   городе с этого дня считаются пропавшими без вести, а значит идти за ними никто не будет. Против указа Совета никто не пойдет.

   И Соня это отлично понимала. Не раз сама видела подобные случаи, когда раненые не возвращались в бункер, а погибали на поверхности либо от инфекции, либо от рук людей. И какая смерть хуже – еще вопрос.

   Пробираться по опустевшим тоннелям за пару часов до комендантского часа – идея не из лучших, но выбора особо не было. Рюкзак оказался не таким тяжелым, как предполагала девушка, но все равно весьма увесистым. Однако это ничуть не смущало Соню. Взять она успела только все самое необходимое: какие-то лекарства, немного еды и отцовский револьвер с двумя комплектами патронов. Больше просто не нашла, но девушка и так сомневалась, что они понадобятся.

   Ребятам из Совета надо бы больше думать о сохранности своей информации, поскольку они хорошо охраняли кабинет, в котором проходили собрания, но напрочь забывали про вентиляционные шахты. Соня никогда не считала себя хорошим разведчиком. По правде сказать, девушек вообще не охотно посвящали в хитрости этого опасного ремесла, но с самого детства она любила слушать чужие разговоры. Это довольно забавно, когда другие уверены, что находятся одни и начинают выбалтывать то, что не стоило бы знать посторонним. Так случилось и с информацией по поводу оставленных в городе.

   Шестой фармацевтический склад на северной стороне города.

   Правда, как туда добираться, девушка не продумала. Гораздо важнее было сейчас пройти мимо патрульных, следящих за порядком в тоннелях бункера. Дисциплина – основа выживания. Придерживаясь этого понятия, они существовали с момента начала заражения и до сих пор обходились минимальными потерями. Но в этот раз система дала сбой.

   – Далеко собралась?

   От неожиданности она аж подпрыгнула на месте, мысленно хороня все планы по поискам отца, но, увидев говорящего, невольно выдохнула. За спиной, удобнее устраивая рюкзак на плечах, стоял Андрей и задумчиво смотрел на сидящую на корточках сводную сестру.

   – В город, – смысла отпираться не было, парень он умный, и так все понимает. Оставалось лишь надеяться, что удастся уговорить не выдавать патрульным ее планы. – Можешь никому не говорить?

   – И позволить тебе в одиночку выйти в город? Нет.

   Приехали.

   – В каком смысле "нет"? – нахмурилась Соня. – Если собрался отговаривать, то это бесполезно, я все равно отсюда выйду. Поэтому либо не мешай…

   – Либо что? – перебил ее Андрей, все также не сводя задумчивого взгляда. – Я не собирался тебя останавливать. Как будто ты бы послушала. Но и отпустить тебя просто так не могу.

   – Да в чем проблема? – это начинало раздражать. Какое ему вообще дело до ее планов? Не друзья, так, знакомые на уровне привет-пока. Если бы не Виктор, вообще не общались бы, а тут вдруг такое участие.

   – Проблема в том, что ты загнешься на поверхности через считанные часы, если пойдешь одна, – цокнул языком парень, забираясь в карман великоватой для его фигуры толстовки. – Без этого уж точно.

   На свет показалась сложенная в четыре карта города и ближайшей округи. Даже так на ней виднелись красные отметки, говорящие, где лучше и безопаснее пройти тот или иной район. Почему-то о бумажном проводнике девушка не подумала.

   – Отлично, спасибо, теперь я могу идти?

   Но Андрей тут же одернул руку с картой, стоило Соне потянуться за необходимым предметом.

   – Одна ты не пойдешь, – покачал головой юноша, отмечая, как помрачнело лицо его собеседницы. А он-то надеялся на спокойный разговор. – Виктор мне голову оторвет, если узнает, что ты одна вышла на поверхность.

   – Ты издеваешься? Мне не нужна обуза в виде внеплановых родственников.

   – И тем не менее, либо вдвоем, либо я зову охрану. Решать тебе.

   Соня ушам своим не верила. Мало того, что карту не отдал, так еще и условия свои выдвигает. А прикрываться решением отца было просто некрасиво по мнению девушки. Какое он имел право упоминать его имя сейчас, когда они даже не уверены, что он жив?

   Но Андрей не выглядел впечатленным враждебным настроем спутницы. Спокойно ожидал ответа, периодически поглядывая в сторону тоннеля, откуда все отчетливее доносились голоса патрульных. Времени было в обрез и решение нужно было немедленно.

   Соня глубоко вдохнула и медленно выпустила воздух из легких. Сейчас или никогда. От этого выбора зависела судьба не одного человека.

   Солнце радостно играло яркими лучами с только проклевывающейся первой зеленой листвой. Редкие травинки несмело, словно на пробу, покачивались от еще прохладных и невозможно свежих порывов ветра. Вокруг было тихо. Не в смысле абсолютной тишины, нет. Здесь не было голосов людей. Не слышались смех и резкие вскрики, исчезли звуки работы, будь то забивание гвоздей или распилка железных прутьев. Все, что создавало симфонию вокруг: пение диких птиц и стрекот едва проснувшейся после зимней спячки саранчи. Мир вокруг продолжал жить, не заботясь о существовании столь нелепых созданий, как люди.

   Время медленно двигалось к пяти часам вечера, когда они вышли к черте города. Для Сони это была первая в жизни вылазка. Пытливый взгляд старался не упустить ни единой детали окружающего мира, в красках запоминая внешний мир.

   Она помнила свой родной город другим, более ухоженным и серым, потому было странно видеть столь бурную растительность посреди бывшей цивилизации. Природа постепенно брала свое. От асфальта мало что осталось, мощные корни деревьев вскрыли серую кожу дорог, намереваясь занять всю возможную территорию. Многочисленные клочки земли уже расстались с последним снегом, теперь обретая новый зеленый окрас. Туда-сюда сновали маленькие стайки хорьков. Удивительно, но не все грызуны оказались носителями RB-21, такого статуса удостоились лишь крысы, остальные же представители этого семейства продолжали жить своей, свободной от человеческого влияния, жизнью.

   Признавать это было тяжело, но Андрей оказался прав: без карты они бы не прошли дальше первой красной линии. Такие были в каждом городе, где остались очаги выживших. Красные линии были ничем иным, как зонами растяжек, мин и прочих ловушек, необходимых, чтобы обезопасить жилую зону как от зараженных животных, так и нежелательных гостей. Благо на карте такие зоны были отмечены почерком Виктора, потому ребята не боялись идти по пустынным улицам.

   До нужного склада, если пользоваться только главными дорогами, пешком было около двух часов, но видимо человеку, который регулярно посещал это место надоело впустую тратить столько времени, поэтому в углу нашлось небольшое схематичное изображение краткого прохода к запасам лекарств. В итоге, потратив немного времени на обсуждение возможного сокращения пути и еще немного на спор о безопасности и скорости передвижения, уже через двадцать минут Соня переступила порог пыльного ангара. Шагать старалась бесшумно: хоть с момента столкновения прошло больше двенадцати часов, нельзя быть абсолютный уверенной, что торговцы ушли. А привлекать внимание стай бродячих зараженных собак не хотелось вдвойне.

   Рука невольно потянулась к убранному за пояс на спине револьверу – слишком резкий шорох из угла разрезал тишину, стоило подняться на второй этаж. Но все опасения улетучились, стоило тихому стону боли привлечь внимание напряженно вглядывающейся в темноту Сони. Даже так, звучавший словно через силу, этот голос она узнает из тысячи. Подбежав ближе, девушка даже не знала: радоваться или ужасаться.

   В самом углу, скрытый плотной тенью, куда не дотягивались слабые лучи дневного света, сидел Барс. Выглядел мужчина ужасно. Рваные раны на руках и шее, оставленные охотничьим ножом, на голове ссадина, из которой ранее сочилась кровь. Он сидел, согнувшись буквально пополам, зажимая рукой колотую рану в боку. Металлический протез, последние пять лет, заменяющий ногу, погнулся в двух местах и теперь не годился для ходьбы. Хриплое дыхание было слабым, но оно хотя бы было, что не могло не радовать.

   – Барс…

   От звука собственного прозвища мужчина дерулся и слабо приподнял голову. Соня вздрогнула: вся левая половина лица оплыла, не давая возможности глазу нормально открыться. Били сильно, четко поставленными ударами.

   – Соня, это ты? – прохрипел мужчина, как только увидел очертания знакомой фигуры, опустившейся рядом с ним на колени. – Какого черта ты здесь делаешь?

   – Вы с папой не вернулись в бункер, вот мы и решили вас найти.

   – Мы? – только сейчас он заметил стоявшего чуть поодаль Андрея, который махнул рукой в знак приветствия и продолжил рассматривать помещение, освещая пространство вокруг узким лучом фонаря. – Вот уж не ожидал, что вы поладите.

   – Что с вами случилось? – решая не обращать внимание на едкое замечание, спросила девушка. – Где папа?

   – Наткнулись на Лазутчиков, а затем и торговцы появились. Мы думали им нужен товар, но ошиблись, – его голос все сильнее начинал дрожать по мере разговора и в какой-то момент начал срываться из-за рваного дыхания. Похоже, пострадали еще и легкие. – Дорогая, если твой отец еще жив, то лучше бы тебе…

   – Они забрали его, – густая горечь пропитывала каждое слово хотя бы потому, что ей не нужно было подтверждение. Она и так все понимала. – торговцы. Решили перепродать, да?

   Барс ничего не ответил. Да и что он мог сказать? Отпираться глупо, пусть Соня и не бывала раньше на поверхности, как устроены здешние порядки представляла весьма четко. торговцы были если не самой опасной, то точно одной из таковых группировок среди выживших. Занимались перепродажей украденного товара, но, если надо, находили и живой груз. Для строительства или по личному капризу того, кто мог предложить хорошую цену – неважно, мотивы заказчиков никогда не интересовали этих ребят. Предоплата, доставка и остаток выручки – вот и все пункты, которые их волновали. Видимо сейчас они снова выполняли определенный заказ, раз забрали не всех, кого нашли.

   – Как их найти? – Соня не собиралась отступать. торговцы забрали Виктора, но это также гарантировало сохранность его жизни. Трупы их не интересовали, а значит был шанс спасти его.

   – Соня, это безумие…

   – Барс, я все равно пойду. Разница лишь в том, поможешь ты мне с направлением или придется идти наугад. Но в любом случае, отступать я не буду.

   Наверное, впервые в жизни Соня испытывала такую уверенность в собственной правоте. Оставить отца без шанса на спасение она не могла и не хотела, об этом даже речи идти не могло. И видно что-то такое Барс увидел в ее глазах. Понял, что не сможет отговорить. В конце концов, она была копией своего Виктора.

   – Они ушли на запад, в сторону девятого блокпоста. Куда направятся дальше не знаю. Только прошу, возьмите кого-нибудь из дружины, не вздумайте идти одни.

   Соня закусила губу, обдумывая возможные варианты. С одной стороны, идти неподготовленными чистое безумие, за пределами города мало кто выживал дольше пары дней. С другой, ей заранее было известно решение Совета, касающееся операции по спасению отца. Нельзя жертвовать многими ради одного.

   – Давай уже, – голос Андрея вывел девушку из невеселых мыслей, вынуждая обернуться. – До заката четыре часа. Либо возвращаемся, либо идем дальше.

   – Совсем рехнулся? – рыкнул Барс, тут же закашливаясь от привкуса крови во рту. – Вы и дня не протянете за периметром одни!

   – Соня, быстрее, – казалось парня вообще не волновали слова военного. Он терпеливо смотрел на нее, готовый принять любое решение девушки, хотя глубоко внутри уже знал ответ.

   – Прости, дядя, – слабо улыбнулась Соня, поднимаясь на ноги. Барс слабо потянулся в ее сторону, но острая боль в боку не дала возможности даже приподняться. – Я не могу его оставить.

   Перед уходом Андрей оставил полурабочую рацию рядом с мужчиной. Она не годилась для разговоров, но отлично посылала сигналы другим приемникам, оповещая, где находится источник частоты. Барс кричал им вслед, просил остаться, потому что прекрасно понимал: для этих детей такое путешествие – билет в один конец. Но Соня была уверена в своем выборе.

   Благодаря карте города они посетили последнюю нужную точку в кратчайшие сроки. Виктор всю жизнь был автолюбителем, потому неудивительно, что в старом гараже их ждал потрепанный временем седан. Местами виднелась ржавчина, кое-где красовались глубокие царапины, но в целом машина была на ходу.

   Они чудом не пересеклись с конвоем, который ехал по параллельной улице. Ряд заброшенных, некогда жилых, строений надежно скрыл неспешное движение покидающих этот город людей.

   Солнце медленно уходило за горизонт, забирая с собой частицы прошлого, начиная новую главу в этой истории. Потертый указатель говорил о движении в сторону Уфы. Знак с обозначением километража был перечеркнут и на его месте красовалось объявление о наличии Карантинной зоны в ста шестидесяти километрах отсюда. Понятно, что ни о какой безопасности в таких местах не могло быть и речи, но Карантинная зона всегда означала относительную безопасность и возможность найти ночлег. Скорее всего группа торговцев решит поехать через это место.

   – Мы спасем его, – неизвестно кому это сказала Соня: себе или водителю, но Андрей никак не отреагировал. Только руки сильнее сжали руль, словно соглашаясь с повисшем в воздухе утверждением.

   Конечно, у них все получится. Не может не получиться. А с деталями плана они разберутся чуть позже, например, когда найдут нормальное место для ночлега.

Глава 2

   Дождь в начале весны – не самое приятное явление, если учитывать слякоть, растекшуюся по дороге. Ехать приходилось медленно, желание добраться до конечного пункта невредимыми и с целыми конечностями перевешивало любовь к скоростной езде.

   Чтобы не пропустить нужные повороты, приходилось обращать внимание на все знаки, которые порядком поистрепались, из-за чего скорость передвижения падала до минимальной. Редкие моменты отдыха в виде остановок на обочинах и сну по очереди сильно выматывали. Вместо запланированных суток только на полпути у них ушли два дня, после которых нервы Сони начинали потихоньку сдавать.

   Это было тяжело. И хуже не в физическом плане. Чем дальше они были от бункера, тем быстрее таяла всякая уверенность в своем решении. Она не передумала идти на поиски отца, но вот решение отправляться на поиски только вдвоем начало казаться опрометчивым уже через сутки после выезда из города. Они не подумали о припасах, не продумали план действий и теперь ехали к ближайшему блокпосту в надежде перехватить группу торговцев вдвоем, рассчитывая исключительно на удачу. Теперь же приходилось расплачиваться за собственную неосмотрительность.

   Совсем тяжко стало, когда начал заканчиваться бензин. Красная стрелка на приборной панели нервно дергалась на отметке пяти литров, когда вдалеке показалась старая бензоколонка. Вокруг было тихо, никаких посторонних машин и звуков, только тишина и редкие порывы ветра, вызывающие ноющие поскрипывания старых дверных петель.

   – Вроде безопасно, – всматриваясь в оконные проемы, изрекла Соня. – Пойдем внутрь? Заодно и отдохнем немного.

   Безопасно. Весьма спорное утверждение, учитывая обстановку в целом и слишком открытое место. Но время медленно двигалось к одиннадцати, солнце почти скрылось за линией горизонта, а концентрация на дальнейшем пути оставляла желать лучшего, потому выбор был очевиден.

   К удивлению ребят им все-таки удалось найти немного бензина. Около тридцати литров, на всю дорогу не хватит, но до блокпоста должны дотянуть. Здание заправки оставляло желать лучшего. Без человеческого внимания это место превратилось в разграбленные развалины, теперь мало напоминающие достижение человеческого прогресса. Стекла давно выбиты, позволяя еще прохладному ветру свободно гулять по зданию. Полки предсказуемо пусты, что не могло не расстраивать, хотя этого и следовало ожидать: слишком много желающих поживиться бесплатными припасами. Но было в этом месте и неплохое преимущество – внутри находилась комната для отдыха персонала. Здесь не было окон, только небольшая форточка у самого потолка, дающая немного уличного света, раз электричества нет.

   Банка тушенки на двоих, пара конфет и бутылка воды – скромный ужин проходил в тишине, разговор не клеился от слова совсем. Да и не хотелось говорить, при чем желание это было обоюдным. Зачем он пошёл с ней Соня не понимала. Да, Виктор воспитывал его наравне с девушкой, но это не значило, что они стали близки. Напротив, детское недовольство необходимостью делить внимание родителя со временем переросло в открытую неприязнь. Больше всего Соню раздражал не факт названного родства, Андрею всегда все давалось легко, сразу. Словно он не прикладывал никаких усилий, чтобы стать лучше. О себе девушка такого сказать не могла. Всего добивалась своими силами. Не всегда успешно, но даже те крохотные успехи, которых она добивалась, никогда не оценивались Виктором в той степени, которой ей хотелось бы.

   Еще незаметный взгляд в сторону товарища и новая волна раздражения накрыла с головой: Андрей казался безучастным ко всему. Молча смотрел в одну точку на стене, то и дело крутя в руках небольшой медальон, висящий на ремне. Точно, медальон. Пожалуй, один повод начать разговор у нее был.

   – Странно, как ты без своего вечного друга ушел, – кивая в сторону потемневшей от времени железки, сказала девушка. – Почему один?

   – Ты про Эмиля?

   – Больше я у тебя друзей не видела.

   – Вряд ли бы он согласился, – пожал плечами Андрей, переводя взгляд на тускнеющую полоску света. Совсем стемнело. – К тому же я не говорил, что собираюсь куда-то идти.

   – Небось расстроится.

   – Скорее голову открутит. Если это не сделает кто-нибудь до него.

   – Не удивлюсь, если так и будет.

   Соня не собиралась специально выходить на конфликт. По правде говоря, ее вполне утраивало их обоюдное молчание. И все равно детское желание вывести парня из себя иногда давало о себе знать. Как и сейчас. Вот только должного эффекта ее слова не возымели. Пару секунд Андрей напряженно смотрел в ее сторону, после чего закатил глаза, возвращая внимание к ужину. В общей сложности на отдых оставалось около восьми часов, после которых ребята планировали продолжить путь на запад к ближайшему блокпосту.

   Однако глупо было надеяться на здоровый крепкий сон. Слишком чуткий слух, годами выстраиваемый в условиях выживания, уловил скрежет колес по сухому гравию. Хлопнула дверца, за ней еще одна и так несколько раз. Похоже рядом остановилась целая группа. И судя по довольным свистам и одобрительным хлопкам им приглянулась стоявшая без призора машина.

   – Слышишь? – спрашивать было не обязательно, Андрей уже проснулся и также напряженно вглядывался в длинные тени, мелькающие в окне. Кажется, их было четверо, если не больше. – Что будем делать?

   – А ты как думаешь? – стараясь не издавать лишних звуков, Андрей уже приоткрыл дверь, заглядывая в темное помещение заправки, тут же недовольно морщась – внутри гуляли еще две темные фигуры. Одна машина, откуда их столько? – Через торговый зал не выйдет. Придется сразу на улицу.

   – Через форточку? Ты не пролезешь!

   И это была чистая правда. Соня хоть и не обладала миниатюрными размерами, но в небольшой оконный проем вполне поместилась бы, чего точно нельзя сказать о втором человеке в комнате. Андрея нельзя было назвать крупным, но широкие плечи и в меру развитая мускулатура сделали свое дело, не оставляя парню шанса протиснуться в узкое отверстие.

   И он это прекрасно понимал, потому и перебирал в голове возможные варианты отступления, сразу же отметая те, что включали прямое столкновение с людьми. Которые уже искали владельцев автомобиля, желая раздобыть что-нибудь полезное. И судя по щелчкам слетающих предохранителей, на долгие беседы они настроены не были.

   – Тогда ты давай через форточку и бегом к машине, а я тут как-нибудь сам.

   – Рехнулся?! Один ты здесь не останешься, – прошипела Соня, стараясь придать голосу угрожающие нотки. Вышло не очень, но девушка старалась. Какой бы сильной не была неприязнь, записывать его труп на собственный счет девушка не собиралась.

   – И что ты предлагаешь? – похоже, Андрей также был недоволен положением дел, но другого выхода пока не наблюдалось. – Только идеи с излишним геройством можешь даже не озвучивать, мы на поверхность не за тем, чтобы подохнуть в первую же неделю, вылезли.

   – Я предлагаю…

   А что, собственно? Снаружи вооруженные люди, мародеры скорее всего, внутри их друзья, которые вряд ли намного дружелюбнее остальных, особенно с учетом звука ломающихся прилавков. В голову не шло абсолютно ничего, но разделяться им нельзя, это Соня прекрасно понимала. Вдвоем шансов выжить больше, тем более что сама девушка мало что умела в плане ближнего боя.

   Ответ что делать дальше нашелся сам собой. Голоса начали постепенно удаляться в сторону двери черного выхода, за которой раньше располагался двор с шиномонтажной станцией – была возможность найти что-нибудь полезное для автомобиля. Но один особо любопытный товарищ все-таки решил заглянуть в небольшую комнату персонала. Вдруг найдется что-либо интересное? И он оказался прав – отработанный удушающий захват, лишающий возможности нормально вдохнуть, нельзя назвать скучным зрелищем. Особенно когда являешься непосредственным его участником.

   Все это проносилось в голове Сони, пока она направляла заряженный револьвер в сторону чужой головы, наблюдая, как грузный мужчина, раза в два крупнее Андрея, перестает дергаться и судорожно хватать ртом крупицы воздуха. Впрочем, в пустую – горло-то сдавлено. И только когда тело прекратило свои бесплодные попытки вырваться, безвольно опустив руки, Андрей осторожно опустил мужчину на пол, следя, чтобы тот еще и головой не приложился.

   – Он мертв? – она никогда не видела, как убивают. Читала, слушала рассказы и байки, но вживую столкнулась с таким впервые. И тем не менее прекрасно понимала – по-другому быть не могло. Во всяком случае выжили бы или они, или мародеры.

   – Нет, без сознания, – покачал головой парень, довольно вытаскивая из кармана жертвы горсть патронов. Немного, но хоть что-то. – Подойдет твоему?

   Прищурившись, девушка внимательнее вгляделась в неожиданное пополнение припасов, после чего согласно кивнула. Мелочь, а приятно. Лишние патроны всегда нужны, особенно когда вокруг гуляют группировки с явным численным преимуществом.

   – Теперь уходим отсюда, если ты не против, – приоткрывая чуть шире дверь, проверяя есть ли кто еще внутри, сказал юноша. – Огнестрельное из нас двоих только у тебя, но все равно постарайся им не пользоваться. Сделаем все по-тихому.

   – А ты?

   На уровне ее носа мгновенно оказался острый нож. Точно, он же больше по холодному оружию.

   Внутри торгового зала действительно никого не оказалось, что не могло не радовать. Однако снаружи доносились нестройные голоса и мелькали лучи фонарей, что заставляло передвигаться максимально бесшумно, то и дело замирая, если луч света ложился слишком близко.

   Медленно, постоянно прячась в тени, им все-таки удалось выйти на улицу. Весьма опрометчивое решение со стороны их внеплановых гостей оставить обе машины без присмотра. Слишком уверены они были в своих силах. А вот и ответ на вопрос откуда столько людей – рядом с их машиной стоял местами проржавевший пикап. В открытой части кузова которого мирно лежали их рюкзаки.

   – Думаю, они не будут против, если мы заберем свои вещи? – прошептала Соня, перекладывая их вещи обратно.

   – Более того, стоит взять небольшую компенсацию. Зря что ли они столько работали?

   Соня обернулась и заметила две канистры бензина в руках парня. Две из шести, которые стояли среди прочего багажа. От них не убудет, а ребятам польза.

   Уезжая с парковки, они все равно привлекли лишнее внимание. Отборная ругань и крики вперемешку с выстрелами провожали их скрывающуюся в рассветном мареве машину. Внешний мир встретил их отнюдь не радушием и теплом, которым принимают гостей, но это нисколько не смутило путешественников. У них была цель. И пусть ресурсы и дальнейшая перспектива успеха оставались туманными, это не смущало ребят. Они добьются своего. Не важно, если весь мир будет против.


   Мерное покачивание автомобиля хорошо укачивало, создавая практически идеальные условия для сна. Однако стоило тихому скрежету исчезнуть, как Соня тут же открыла глаза. Наручные часы показывали два часа дня, за окном накрапывал легкий весенний дождь, а в нескольких метрах от замершей посреди дороги машины расположились ворота блокпоста с крупной цифрой девять на бетонной стене. Некогда бордовая краска выцвела, местами начала осыпаться, лишний раз напоминая об отсутствии следящих за внешним видом карантинной зоны людей.

   Причем, длительном отсутствии.

   – Приехали, – разгоняя все сомнения по поводу пункта прибытия, кивнул в сторону въезда Андрей. – Ворота открыты.

   – Спасибо, я вижу, – похоже, это уже начало входить в привычку, отвечать с легкой ноткой недовольства. Зачем озвучивать очевидные вещи, Соня не понимала. Лучше бы полезное что сказал. – Как-то тихо.

   – Даже слишком тихо, – заглушив мотор, юноша выбрался из кабины, попутно натягивая на голову капюшон. Слишком уж неприятно моросило весеннее нечто – не дождь, но и не сухо. – Сомневаюсь, что внутри кто-то есть.

   – Да быть такого не может.

   Липкое чувство страха, что они опоздали, зародилось глубоко внутри, постепенно перерастая в едва контролируемую волну паники. Что если торговцев здесь уже нет? Значит, они опоздали. И где тогда их искать?

   Желая убедиться, что не все еще потеряно, девушка побежала к приоткрытым воротам, не забывая достать из-за пояса револьвер. Лучше перестраховаться, хуже точно не будет, а с оружием в руках идти как-то спокойнее. К тому же, скорее всего Андрей был прав и здесь действительно никого не было. Машина в любом случае не проехала бы – бетонные ограждения, выставленные в качестве преграды для техники, вынуждали оставить транспорт в некотором отдалении от входа. На предупреждающий голос Андрея она никак не отреагировала, уже через пару мгновений оказываясь в карантинной зоне.

   Первое, что бросилось в глаза, это трупы. Точнее то, что от них осталось. Голые скелеты, обглоданные птицами и дикой живностью, лежали на дорогах или у стен, без всякого намека на попытку захоронить усопших. Похоже, это последние военные, которые следили за этим блокпостом до того, как власти бросили попытки сдержать волну вируса. Распахнутые настежь двери и окна, разбросанные коробки из-под медикаментов и припасов. Где-то вдалеке слышался шум работающей турбины, хотя не понятно откуда здесь может быть электричество. И ни единого намека на пребывание живых людей.

   – Ты специально ищешь повод поставить свою жизнь под угрозу или это просто врожденный талант? – борясь с желанием отвесить непутевой спутнице подзатыльник, нагнал ее Андрей, впрочем, не требуя ответа. Достаточно было проследить за ее взглядом, чтобы понять какие мысли гуляли в шебутной голове. – Пусто.

   – Повторяю в который раз, я не нуждаюсь в няньке. – не обращая внимание на недовольство товарища, через открытое окно одного из приземистых зданий Соня заметила остатки чьего-то ужина. Не первой свежести, но все же какие-то следы. – Как думаешь, давно они уехали? Может, успеем еще догнать?

   – Знать бы еще куда они поехали, – подойдя к ближайшей коробке, Андрей достал небольшую карту главных дорог страны и найдя их нынешнее положение, недовольно свел брови. – Виктор говорил, что большинство торговцев обитают на черноморском побережье. Мне не особо хочется тащиться в такую даль, но думаю, что эти именно туда и направляются.

   – Из-за связи по морю? – да, иногда девушка тоже слушала разговоры взрослых, которые были уверенны, что говорить о подобных вещах в присутствии ребенка безопасно. Как оказалось, зря.

   – Верно. Еще и железнодорожное сообщение в некоторой степени налажено. Вопрос в другом – допустим, они поехали в порт Кавказ, раз там главная точка сбыта товаров что по воде, что по суше…

   – Они точно туда поехали, – в своих словах Соня не сомневалась. И дело было не в слепом желании как можно скорее найти отца, просто это самый логичный вариант. Даже если они и ошибутся с нынешним маршрутом торговцев, конечной точкой любого путешествия контрабандистов всегда был южный порт. Слишком велика возможность выгодно сбыть товар, к тому же есть гарантия, что там у вас не потребуют объяснений на счет того, откуда взялась та или иная вещица. Даже если предметом интереса покупателя стал человек.

   – Хорошо. Отсюда до ближайшего крупного города, а такой город как раз Уфа, ведут две дороги, но вот эту, – он указал на красную полосу с километражными разметками. – Люди Совета обозначили как перекрытую. Исходя из сообщений по радио или еще чего, не знаю, но Виктор в этом с ними согласен. Он вообще всегда любит перестраховываться и не рисковать лишний раз.

   Будто без тебя этого не знаю.

   – Хочешь сказать, что поедем по этому шоссе? – желтая линия, соединяющая девятый блокпост и город, шла несколько в обход, заметно увеличивая время пути, но на ней не было красных отметок, предупреждающих о возможной опасности или вынужденном объезде трудного участка. Приходилось делать выбор: время или безопасность. – Думаешь, так мы не потеряем их из виду?

   – Мы в любом случае не догоним их. Но можем попытаться добраться до порта живыми и надеяться, что Виктор к тому времени будет жив. Нужно четко разработать дальнейший план действий, в противном случае застрянем где-нибудь на полпути. Решай давай.

   – Тут и думать не о чем. Едем в обход, отец же не просто так невзлюбил короткий путь.

   – Тогда шевелись. Не нравится мне это место.

   Не одному ему, но давать знать об этом Соня не собиралась. Зачем, если и так сошлись во мнении ехать дальше? Но как бы страшно и неуютно и не было, упускать возможность собрать немного припасов они не собирались.

   Андрей не испытывал особой любви к прогулкам по особо опасным территориям, без возражений ходил за девушкой, собирая в рюкзак все то, что могло пригодиться в пути. Видимо те, кто были здесь до них не сильно нуждались в разного рода припасах, поскольку то тут, то там обнаруживались давно забытые, но все еще не потерявшие своей практической пользы запасы антибиотиков и бинтов, не говоря уже о пузырьках спирта (последнее было совсем странно, учитывая суровые реалии местных жителей еще в первую волну заражения).

   Медленно, но, верно, за пару часов ребята до отказа забили и собственные рюкзаки и багажный отсек нужными для выживания вещами. И пусть еды было мало, с водой ситуация была еще хуже, до следующей остановки, которая была запланирована на городок Караидель вполне должны дотянуть. Судя по карте, расстояние было небольшим, около пяти сотен километров, а значит дорога затянется не более, чем на семь-восемь часов. Бензина должно хватить, тем более что, если верить карте, в этом городе будет и заправочная станция и мотель. Можно будет и отдохнуть, после чего приступить к дальнейшим планам.

   С дозорной вышки донесся неясный скрежет, заставляющий единственных доселе живых разумных существ замереть на месте, потянувшись к оружию. Неужели они пропустили кого-то?

   – Тихо. Не шевелись. Лучше вообще не двигайся, – словно читая чужие мысли тихо, почти на грани слышимости, прошептал Андрей, уже надевая рюкзак на спину, одновременно доставая ключи от машины. – Это стая. Около шести, если не больше.

   И почему-то у Сони не возникло лишних вопросов по поводу того, что за стая медленно, но верно, приближалась к ним, обходя чуть ли не со всех сторон. Собаки. Голодные, одичалые, зараженные. Когда первая окровавленная морда высунулась из тени между двух домов, Соня невольно вздрогнула. Она много раз слышала о зараженных животных от их местных сталкеров, истории о том, как люди от них спасались. Иногда успешно, иногда не очень. Но что бы не происходило, какие бы ситуации не описывали, всегда мнение сходилось в одном – если встречаешь стаю зараженных тварей, бесполезно отбиваться. Проще бежать.

   Что ребята и сделали.

   Ставка на скорость оправдала себя, но это были лишь первые секунды. Мнимое чувство успеха разлетелось вдребезги, стоило угрожающему рычанию, от которого внутри все сжималось от страха, прогреметь совсем рядом. Соня не хотела оборачиваться, знала, что если увидит распахнутую пасть, полную желтых, но до невозможного острых зубов, жаждущих разорвать любое живое существо, встанет как вкопанная, не имея возможности двинуться с места. Такова суть страха. Кто-то получает второе дыхание, кто-то теряет и первое. К сожалению, Соня относилась ко второй категории. Надо бы поработать над этим, мысленно сказала она себе, лихорадочно выбирая более удобный маршрут.

   Когда ты висишь на волосок от собственной смерти, глаза сами по себе ищут возможность спасти своего обладателя. Однако они редко смотрят вниз, что и стало серьезной ошибкой для девушки. Слишком много бетонных обломков лежало под ногами, чтобы так гладко бежать мимо них. Нога зацепилась за торчащий из куска бетона край арматуры, из-за чего Соня, коротко вскрикнув, повалилась на землю, мысленно прощаясь с этим светом. Слишком уж четко клацнули когти по земле совсем рядом.

   Но незапланированного ухода на тот свет не вышло – ткань ворота толстовки до предела натянулась на горле, за шиворот поднимая девушку на ноги, подталкивая в спину. В прыжке на них уже ринулась одна из собак, но не успела – тонкое лезвие метко вонзилось ей аккурат в голову, заставляя жертву инфекции упасть навзничь, больше не шевелясь.

   – Я думала, тебе ножи нужны для ближнего боя, – на ходу выдохнула Соня, пролезая в небольшое пространство между воротами. Впереди показались очертания машины.

   – Заткнись и беги, – кратко и лаконично. Даже возмущаться не за чем – не то время и место для познавательных речей.

   Запрыгнуть в салон авто и захлопнуть двери оказалось вполне реально. Гораздо труднее двинуться с места, ибо сзади дорогу перекрывали прыгающие на багажник собаки. Работал не страх переехать вроде как живое существо, нет. Банальное нежелание повредить колеса или подвеску, чтобы не лишиться возможности ехать дальше, заставляло раскатывать машину медленно, но даже это не спасало от натиска обезумевших животных. Инстинкта самосохранения у них не было от слова совсем, возможно поэтому они так отчаянно бросались на заднее стекло, которое в какой-то момент треснуло под натиском мощных тел.

   – Достань револьвер, – процедил Андрей, выруливая на обратную дорогу, но все равно поздно – одна из зараженных пробила собственным корпусом стекло и, повиснув распоротым брюхом на осколках, все равно продолжала рваться к людям. – Стреляй!

   Соня не пыталась рассуждать насколько правильны или приемлемы ее действия. Она просто не могла нормально прицелиться. Мешала раскачивающаяся машина, да и собственное нежелание быть укушенной то и дело вынуждало девушку отпрянуть назад.

   – Перестань копаться! Стреляй или оба трупы, – дергая рулем, старался скинуть еще одну четвероногую тварь с крыши Андрей. – Быстрее!

   Когда раздался первый выстрел, он словно прозвучал в ее голове. Звонкий, яркий, оглушающий. Словно в замедленной съемке она видела, как серая пуля вбивается в грязную шерсть, вылетая из противоположной стороны черепа, забирая за собой частички мозгового вещества. Животное мгновенно затихает, безвольно падая головой на спинку заднего сидения, больше не издавая ни звука. Густая темная кровь неровной лужицей растекалась по темной обивке, источая резкий запах железа и гнили. Остальные из стаи отстали, видимо поняли, что бесполезно гнаться за четырехколесной машиной, а возможно их просто отпугнул звук выстрела. Но в любом случае теперь ехать стало легче.

   – Ты как?

   От звука голоса Соня невольно вздрогнула, с удивлением осознавая, что да, она не одна в салоне. И помимо ее первой реальной жертвы здесь есть еще один человек, который теперь внимательно вглядывался в напряженные черты девичьего лица, ожидая ответа.

   – Нормально, – пары секунд хватило, чтобы привести мысли в порядок. Напряженный пульс все еще стучал в висках, напоминая о первом результативном выстреле в жизни. Что странно, у нее не было отвращения к случившемуся. Лишь четкое осознание, что так надо было. – Ты неплохо метаешь ножи. И легко убиваешь.

   – Они уже были мертвы, Соня, – пояснил юноша, выруливая на пустынное шоссе. Мелкий дождь прекратил размазывать слой пыли по лобовому стеклу, уступая место вечернему солнцу. – Мы не убили их. Скорее прекратили их мучения. Это же не жизнь, а лишь существование, которое они не контролируют. Не думаю, что это можно назвать убийством.

   – Для тебя это так просто? Вонзить лезвие в чью-то голову?

   – Если от этого зависит чья-то жизнь – да. Правило выживания: либо ты, либо тебя.

   Это было последнее, что сказал Андрей перед тем, как обратить свое внимание на дорогу, следя за тем, чтобы не сбиться с маршрута. Соня не знала, какие мысли роились в его голове, но одно понимала точно – об этом человеке она мало что знала и вряд ли сможет быстро понять, что является причиной некоторых его поступков. Да, эти собаки были зараженными, но у него даже не дрогнула рука, когда он целился ей в голову с четким желанием убить. Сколько раз он уже это делал? И только ли с зараженными?

   Однако он прав. Правила выживания едины для всех и здесь нет места личным предрассудкам. Как и времени на раздумья. Чуть замешкаешься и ты труп. Приходится играть по общим правилам.

Глава 3

   В совещательном зале стояла гробовая тишина. Напряжение можно было ножом резать, но никто не смел проронить и слова. Только мирное тиканье часов разбавляло молчание слишком резкими щелчками. Похоже, пора было почистить механизм.

   За старым столом, словно застывшие статуи, сидели члены Совета и непосредственные участники произошедшего инцидента: глава общины Сергей Зобин, двое его помощников Анатолий и Николай, а также Роман, Матильда и начальник безопасности всего комплекса Ильдар. То, что его сын присутствовал на встрече такого уровня особо никого не смущало – парень был старшим из детей мужчины и рано или поздно должен был занять пост отца. К тому же он хорошо общался с одной из причин, по которой они здесь собрались, а значит мог помочь.

   Скрипнула железная дверь и на пороге появился Снегирь. Ему не нужно было говорить что-либо, виноватый взгляд, устремленный в пол, и понурые плечи сделали свое дело.

   – Проклятье, – тяжелый кулак с грохотом опустился на стол, заставляя ложку жалобно дребезжать в железном стакане.

   – Прости, Ильдар, но они каким-то образом смогли улизнуть, – Снегирь искренне сожалел не только о пропавшем друге, но и о двух сбежавших детях. – Не знаю как, наверное, поехали дальней дорогой, но следов мы найти не смогли. Только на выезде из города.

   – Как вы пропустили двух детей? – Сергей повернул голову в сторону Ильдара, скрещивая руки на груди. – Куда смотрит патруль?

   – Они эти тоннели с детства знают, еще и получше многих наших солдат, – покачал головой Ильдар, поглядывая в сторону сына. Впрочем, тот так и сидел у стены, нечитаемым взглядом смотря в одну точку. – Не думаю, что для них было сложно выйти на поверхность. Другое дело, как долго они смогут выживать.

   – Неподготовленные люди долго не живут, особенно среди зараженных, не говоря о других людях. Вряд ли они еще живы, – покачал головой Зобин, просматривая листы с отчетами о запасах продовольствия. – Жаль, конечно, это говорить. Неплохие были ребята.

   – Андрей уже бывал на поверхности, – глухо отозвался Эмиль, так и не повернув голову в сторону более старших товарищей, однако свою крупицу внимания получил. – Виктор обучал его выживанию.

   – Эмиль, я понимаю, ты не хочешь верить в смерть друга, но все же…

   – Я говорю то, что знаю, – перебил Сергея юноша, не особо заботясь о соблюдении элементарных норм общения. Сейчас не до них, главное – донести нужную мысль. – Он способен выжить в тех условиях. На счет Сони ничего не скажу, но Андрей точно жив.

   Повисло неловкое молчание. С одной стороны они понимали желание Эмиля верить в сохранность лучшего друга, но с другой все присутствующие, так или иначе, были непосредственно знакомы с суровыми условиями жизни вне бункера. Слово «опасность» не могло в полной мере описать того ужаса, который поджидал любого, кто осмеливался покинуть безопасную зону. И дело было не в зараженных животных. Человек, загнанный в угол тяжелыми условиями выживания, в условиях дефицита ресурсов и постоянного страха за свою жизнь был куда страшнее диких тварей.

   – В любом случае, они самовольно покинули убежище, намереваясь спасти человека, в жизни которого мы также не уверены, – нарушил тишину глава совета, своим тоном ставя точку в данном обсуждении. – Мне жаль, но с этого момента все трое считаются официально погибшими.

   Мертвы. Это слово резануло по слуху, заставляя Эмиля вздрогнуть, впервые переводя взгляд на мужчину во главе стола. Но Сергей не выглядел расстроенным утратой – на его лице не читалось ничего. Ни одной эмоции. Словно ему все равно, будто не они понесли утрату тогда, когда каждая жизнь была на счету. Иногда этот человек напоминал своим поведением статую. Такую же холодную, благородную, безжизненную.

   Скользкое чувство отвращения ко всем присутствующим заскреблось прямо под ребрами, заставляя парня подняться на ноги. Неприятно было видеть такое спокойное отношение к троим «официально погибшим», но гораздо противнее было не слышать поддержки других членов совета. Как будто у них собственных мыслей не было. Спрашивается, зачем они тогда здесь? Для мебели? Или чтобы подтвердить статус Зобина как лидера общины?

   Отец не стал его останавливать. Проводил тяжелым взглядом, пока фигура сына не скрылась за тяжелой дверью, после чего взглянул на уже забывшего об этом разговоре Сергея.

   – Ты не можешь объявить их мертвыми. По крайней мере у них есть неделя, чтобы вернуться.

   – Серьезно считаешь, что двое детей догонят группу торговцев и, каким-то чудом выжив в схватке с ними, вернутся вместе с Виктором? – иронии в голосе Зобина не было предела, но это ничуть не смущало ни его, ни слушателей. – Брось это, лучше помоги составить план расхода медикаментов. Запасов в обрез, надо максимально рационально расходовать остатки. Пока мы не пополним запасы, во всяком случае.

   А Ильдар слушал этого человека и никак не мог понять, что происходит. Они не были знакомы до эпидемии, но даже в условиях выживания он не мог сказать что-либо дурное в отношении Сергея. На его памяти он всегда стремился помогать. Моральная поддержка или действие – он всегда был в числе первых, кто протягивал руку помощи. Но это было тогда.

   Сейчас же от этого альтруизма не осталось и следа, сухой расчет и практический подход ко всем, без исключения, ситуациям заняли его место. Даже когда дело касалось его старого товарища, мужчина не изменял выбранной позиции.

   – И все же, ты сам говорил придерживаться установленных правил, – покачал головой Ильдар, давая понять, что от своей идеи он не отступит. – Выждем две недели.

   Сергей недовольно покосился в его сторону. Но лицо снова не выражало никаких эмоций, лишь одна деталь изменилась – тонкая венка проступила на лбу, ритмично пульсируя, выдавая напряжение своего обладателя. Впрочем, это не помешало ему взять себя в руки и, убрав руки за спину, сдержанно кивнуть.

   – Хорошо. Две недели. Но после, если они не вернутся, – короткий смешок вперемешку с холодным взглядом. – Сам будешь убирать их вещи. Пустые комнаты на вес золота, сам знаешь.

   – Договорились.

   Несомненно, один из самых неприятных разговоров в его жизни. Но далеко не последний.


   – Давно здесь сидишь?

   От неожиданно громкого голоса Эмиль нервно дернулся, оборачиваясь в сторону нарушителя спокойствия. Точнее нарушительницы. Амира, кто же еще. Только родная сестра знала об этом месте, небольшой комнате, предназначенной для рабочих тоннеля, скрытая от любопытных глаз других обитателей убежища. Этот конец тоннеля входил в число карантинных, потому сюда не пускали людей во избежание неприятных инцидентов, однако это не помешало двум любителям приключений еще в детстве найти крохотную комнатку, со временем переоборудовав ее под личное убежище.

   – Что ты здесь делаешь?

   – Эй, это я должна у тебя спрашивать, – она плюхнулась рядом на импровизированный диван из матрасов и подушек, цепляя пальцами старую книгу. Потертая закладка в виде жирафа покоилась где-то на третьей четверти всего объема страниц. Название стерлось, но судя по именам это была зарубежная литература. – С каких пор ты читаешь?

   – Это Андрея, – невесело усмехнулся парень, забирая книгу из рук и возвращая ее на первоначальное место. – Вечно таскает сюда эти пылесборники, – снова нервная улыбка и слишком рваный жест рукой – попытка разместить книгу ровно так, как она лежала, но тщетно. – Говорил ему: оставь в общей комнате, так нет же.

   – Мне жаль.

   – Не надо. Ты видела тело?

   – Нет, но…

   – Значит он не мертв, – сказал, как отрезал. И ведь не поспоришь, если нет неопровержимого доказательства смерти, значит шанс еще был. Мизерный, но все же.

   – Хотелось бы верить, – устало выдохнула Амира, глядя в потолок. – Почему не пошел с ними?

   – А я знал, что они на поверхность попрутся?

   – Андрей не сказал? – удивилась девушка. Уж что-то, а в том, что эти двое делились всеми своими планами, она была уверена. Вплоть до этого дня.

   – Мы поругались немного утром, – покачал головой Эмиль. – Думал, вечером на тренировке как обычно решим все на деле, получим выговор от Снегиря и все. А потом прибежала Матильда и сказала, что Соня ушла в город. Как-то сразу стало ясно, что одна она уйти не могла.

   – И тем не менее их еще не нашли, – тихо заметила Амира. – Может, и впрямь уцелели?

   – Предлагаешь отправиться следом?

   Честно говоря, он бы так и поступил, если бы за час до этого разговора не получил заочный выговор от отца. «Только попробуй сунуться на поверхность, из-под земли достану, но уши надеру так, что мало не покажется. И сестре своей передай. Единственный мозг вашей троицы ушел, потому сидите тихо»

   – Пока нет.

   – Пока?

   Эмиль не ответил. Он прекрасно знал, уйди они сейчас, вряд ли бы догнали друзей, да и помощь к ним вряд ли присоединилась бы – не горел Сергей желанием вызволять попавших в беду товарищей. Даже если в их числе была его правая рука. Рассеянный взгляд зацепился за лампочку на потолке. Они так и не нашли целого светильника, а пытаться утащить таковой со склада себе дороже – нарываться на наряд или, того хуже, внеплановую чистку стоков не особо хотелось.

   Желтый свет, мягко обволакивающий стены помещения, сейчас мерцал, словно от перепада напряжения, что странно – вряд ли во всем убежище найдется достаточное количество электроприборов, которые бы вызвали перегрузку системы.

   – Может, стоит поменять? – кивая на источник света, спросила Амира.

   – Не думаю, что в ней дело. Она новая, только пару дней назад вкрутил. Видимо все же что-то с напряжением.

   А может и с электрообеспечением в целом.


   Стеклянная бутылка разлетелась вдребезги под натиском серой гальки, но Соня все равно была недовольна результатом. Из десяти попыток она лишь четыре раза смогла поразить импровизированные мишени. Успев понять важность точной стрельбы, девушка решила начать с практики в прицеливании, но патроны тратить впустую не хотелось. Поэтому приходилось довольствоваться камнями и бутылками. Благо, и того, и другого вокруг было предостаточно.

   Краем глаза девушка заметила движение – Андрей возился с двигателем, стараясь обеспечить им возможность добраться до крупного населенного пункта. В последние пару дней двигатель начал сильно барахлить, а застревать на пустой дороге не особо хотелось.

   – Ну что там?

   – Масло течет, – махнул рукой Андрей, убирая остатки пахучей жидкости тряпкой. – Еще и аккумулятор теряет энергию быстро. Не успевает восстановиться за время поездки.

   – До города терпит? – Соня заглянула в нутро машины, тут же скривившись. Все грязное, серое, не лучшим образом пахнущее. Как можно любить возиться в этой гадости? – Гадость какая.

   – Твой отец научил, – как бы невзначай заметил парень.

   Ну конечно, кто же еще. Секундное желание расспросить про суть работы двигателя мгновенно исчезло, стоило услышать упоминание об отце. И снова это липкое чувство внутри. Ее Виктор никогда не брал на машинный уровень, предпочитая трепать по непослушным волосам, всякий раз говоря «Тебе это будет не интересно. Лучше иди к Матильде». И каждый раз Соня смотрела уходящему отцу вслед, видя рядом ее названного брата. А у него всегда лицо без эмоций, словно он вообще ничего никогда не чувствует. И это раздражало еще больше. Он не понимал, насколько ему повезло.

   – Поехали?

   Она повернула голову. Андрей стоял, опираясь на открытую дверь, вопросительно приподняв брови. Нет, одна эмоция у него все-таки была. Недовольство. А может это только Соне так казалось.

   – Ага, – да, безумно содержательный диалог.

   Когда машина тронулась с места, девушка заметила, как на секунду на приборной панели мигнула красным иконка с изображением аккумулятора. Плохо дело, повезет, если смогут доехать до города. Согласно карте в пути до когда-то густонаселенной местности им предстояло двигаться около восьми часов, а с учетом полусломанной машины делать это стоило, не прерываясь на сон. В принципе к нужному месту они смогут добраться к рассвету, но это лишь в том случае, если не влипнут ни в какую историю. А попасть в замес можно очень легко, особенно на подъезде к крупному городу и в его пределах. Большие города – большие шансы найти что-нибудь полезное. Шансы отправиться на тот свет точно также повышаются, прямо пропорционально количеству вооруженных людей.

   Но дорога выдалась более спокойной, чем ожидала девушка. Пару раз они все-таки менялись местами, поскольку Андрей просто физически не мог столько сидеть за рулем. Правда, такая смена положений тоже имела свои последствия в виде разбитой фары и напрочь потерянного зеркала бокового вида. Ну не научили Соню должным образом водить заранее, приходилось осваивать искусство вождения на ходу, методом проб и ошибок. В основном, ошибок, если быть точной.

   «Добро пожаловать в Октябрьский», ниже торжественной надписи табличка: население 113 929 человек.

   Соня усмехнулась: она могла поспорить на что угодно, что сейчас демографическая ситуация оного муниципального округа оставляла желать лучшего. Но даже не это привлекло внимание девушки. Они уже заезжали в небольшие населенные пункты, останавливаясь для отдыха и пополнения запасов бензина, но даже их начальный пункт отправления не шел ни в какое сравнение с этим местом.

   Та же дикая, не тронутая человеческой рукой природа, которая медленно, но верно занимала свое законное место в этом мире. Буйная густая растительность, местами уже окаймленная свежей весенней зеленью, радовала глаз. Даже асфальт кое-где сдался под натиском мощных корней, выпуская на солнечный свет древесные отростки. Пение певчих птиц, приветствующих любимое время года, дополняло картину. Однако даже эту идиллию портило одно небольшое, но такое царапающее душу дополнение.

   Трупы. И не только давние. Какие-то уже начали разлагаться, на некоторых же виднелись совсем свежие следы от пуль и ножевых ранений. Они лежали прямо на дороге или же в помещениях прилежавших к дороге домов, но все равно они были. Значит, здесь еще более опасно, чем предполагали ребята.

   – Похоже, мы тут не одни, – оглядываясь по сторонам в поисках возможных нежелательных соседей по территории, протянула Соня. – Какие планы?

   – Для начала найти другую машину. Эта скоро совсем коньки отбросит.

   Словно в подтверждение только что сказанных слов двигатель жалобно хлопнул от отсутствия должного количества масла, перегретые детали не выдержали нагрузки и в конечном итоге последний раз издав глухой стук, завершили свою непосредственную деятельность.

   – Приехали.

   Соня согласно кивнула. Вылезать наружу оказалось приятнее, чем ожидалось. Воздух прогрелся под ярким утренним солнцем, но все еще казался слишком разряженным. Видимо, скоро будет гроза. К этому моменту их путешествия провизии осталось не так и много, потому все вещи уместились в два увесистых рюкзака. Андрей хотел взять больше, но Соня наотрез отказалась от какой-либо помощи. Сама что ли не в состоянии донести какой-то жалкий рюкзак до машины? Правда, сперва ее надо найти, да и ноша была не из легких, но все равно показывать свою слабость девушка не хотела. Характер не тот.

   Как оказалось – зря.

   Поскольку уже на втором часе ходьбы болела не только спина, но и ноги, руки, шея и все то, что, по сути, не могло принимать участие в ходьбе. Зато Андрею хоть бы хны, как шел впереди планеты всей, так и продолжал, да еще и оборачиваться начал, когда понял, что расстояние между ними стало слишком большим.

   – Давай сюда, – он протянул было руку, но тут же получил раздраженный шлепок, на что только глаза закатил. – Да не выпендривайся. Быстрее будет, если я понесу.

   Пару мгновений Соня недовольно смотрела то на вновь протянутую руку, то на ожидающий взгляд юноши, обдумывая свое решение. После чего сбросила рюкзак с плеч, буквально кидая его в руки парня. Хочет побыть героем? Пожалуйста, никто не запрещает. Ей даже легче, так почему бы не воспользоваться такой удачной возможностью отдохнуть?

   – Тебе принципиально не хочется принимать мою помощь или ты действительно упрямая, как баран?

   – Заткнись. Лучше скажи, куда пойдем дальше? – устало выдохнула девушка, разминая затекшие плечи. Все-таки без рюкзака было легче.

   – Думаю, в торговый центр.

   – Зачем? У нас достаточно еды и лекарств.

   – Подземный паркинг, – снисходительно усмехнулся парень, говоря так, словно перед ним ребенок, который никак не мог понять простую истину. – На дорогах вряд ли остались автомобили с рабочими или хоть какими-то аккумуляторами, но вот под землей может что и откопаем.

   Ближайшим торговым комплексом был так называемый «Апельсин». Одно из самых популярных мест города, если верить огромному количеству старых плакатов на информационных городских стендах. Но в то же время он был одним из самых крупных, а значит шанс найти транспорт на ходу был значительно выше, чем если бы они просто разгуливали по городским улицам.


   Как понять, что ваши планы несколько пошли под откос? Наверное, когда вы сидите за перевернутой старой машиной, а мимо летят пули, которые не дают сделать и шагу. Все становится еще хуже, стоит Соне дернуться в попытке кинуться к выходу – шквал пуль обрушивается аккурат над разлохмаченной прической. Вовремя дернутая за шкирку девушка еле сохранила голову на плечах.

   – Ну что, все еще считаешь, что это отличная идея? – стараясь перекричать выстрелы, спросил Андрей. А перекрикивать было трудно – голоса нападавших неплохо так заглушали остальные звуки. – Как-нибудь повторим?

   – Ты можешь помолчать!?

   – О, нет, не в этот раз, – даже у Андрея, который редко выходил из себя, по большей части игнорируя выпады спутницы, сдали нервы. – Как тебе вообще пришло в голову подойти к заведенной машине? Неужели не ясно: раз двигатель работает, значит внутри кто-то есть!

   – Так и будешь на мозги капать?

   – Так и делал бы, если бы они были, – огрызнулся парень, оглядываясь назад через кусок зеркала.

   А тем временем их новые друзья медленно, но верно окружали далеко не надежное убежище, намереваясь схватить нарушителей спокойствия. И ведь не сказать, что поговорить собирались, нет – слишком недовольными выглядели их лица, когда на глаза попалась незнакомая человеческая фигура. К сожалению, Соня заметила их слишком поздно, чтобы отпрянуть от машины, на которую успела положить глаз. Винить ее в этом сложно, никаких посторонних голосов слышно не было, поэтому девушка предположила, что истинные обладатели транспортного средства ушли на этаж выше. Как оказалось, нет.

   В итоге: разозленная вооруженная банда, шквальный огонь со всех сторон, так что даже головы не высунуть и двое молодых людей, с огромным взаимным желанием выпнуть друг друга из безопасного места.

   Соня нервно кусала губы, то и дело поглядывая на барабан револьвера. Полупустой надо сказать – еще на подъезде к городу они умудрились наткнуться на стайку зараженных голодных животных. И пусть отбились они относительно легко, часть патронов все же канули в бытие, без восполнения своего количества.

   – Кажется, у меня для тебя подарок.

   Соня только фыркнула, на пробу стреляя по слишком уж близко раздавшимся шагам – пусть не думают, что они так легко сдадутся.

   – Да посмотри ты, реально ведь для тебя.

   Стараясь придать лицу максимально задолбанное жизнью выражение, девушка повернула голову в сторону собеседника, да так и застыла. В руках у Андрея красовалась винтовка. Новенькая, с деревянным каркасом и длинным дулом, она буквально вопила о своей стоимости в том, еще пригодном для мирной жизни мире.

   – Красота, – восхищенно выдохнула Соня, непроизвольно протягивая руки к своеобразному подарку. – Откуда?

   – В салоне лежала, – пожал плечами парень, кладя рядом с ней на землю упаковку патронов. Не так много, как хотелось бы. Но уже что-то. – Думаю, стрелять из такого оружия ты тоже умеешь.

   – Мелкокалиберная, с оптическим прицелом. Боже, спасибо тому, кто оставил ее здесь, – с нежным трепетом в голосе прошептала девушка, уже пробуя оружие на вес.

   – Можешь сама ему передать, – усмехнулся Андрей, приоткрывая дверцу, ведущую в салон – только голый скелет, прикрытый остатками рваной одежды, печально взирал на ребят из своего посмертного убежища.

   – Ха-ха, очень смешно.

   На самом деле, плана как такового не было. Им всего лишь нужно было обеспечить себе безопасный отход к более мирному положению вещей, то есть – на поверхность. Двигаясь по широкому кругу, издавая минимум шума, им удалось преодолеть половину намеченного пути, когда идущий впереди Андрей внезапно поднял руку.

   – Ну что еще?

   – Тише, – он думал.

   Но, по мнению Сони, думать, когда вокруг наступают в край разъяренные невозможностью найти двух детей бандиты не самая здравая мысль, однако Андрей был другого мнения. Его взгляд то и дело метался в сторону крайнего внедорожника цвета хаки. Глаза девушки готовы были отправиться в свободную раскатку, стоило осознать причину их внеплановой остановки.

   – Ты серьезно?

   – Почему нет? – пожал плечами юноша, кивая в сторону противников. – Смотри, большая часть отошла к дальней стене, где мы сначала сидели. Один ходит рядом с их грузом, один – в салоне авто. Снимаем их и машина наша.

   – Ты предлагаешь их убить?

   Похоже, по степени задолбленности этой жизнью они могли еще конкурировать.

   – Соня, мы хотим выжить или погулять вышли? Будем плести букетики и раздавать всем встречным-поперечным, надеясь, что они отплатят нам таким же добром?

   – Нет, но…

   – Нам нужно спасти Виктора. Для этого надо добраться до него. А чтобы это сделать, нужно найти машину. Еще вопросы?

   – Нет, – сухо ответила девушка, крепче сжимая рукоятку винтовки. – Но я никогда… людей…

   – Не задумывайся о том, что это люди. Просто действуй. Ты же ходила на курсы стрельбы с Барсом? – девушка согласно кивнула, тут же расслабляя плечи от приятных воспоминаний. – Вот и представь, что перед тобой мишени. Поверь, если они тебя увидят, долго думать не будут. Действуй на опережение.

   Страх. Вот, что ощущала Соня по мере приближения к их первой цели. Один из охраняющих машину нарезал вокруг нее круги, откровенно скучая на своем посту – гораздо интереснее ловить по парковке

   незапланированных гостей. Это и стало его ошибкой. Не стоило уходить в мертвую зону, где водитель тебя не видит. Он даже понять ничего не успел – в один момент почувствовал почти стальную хватку на горле, а в следующий голова уже опускалась на землю. Слабое дыхание подтверждало жизнеспособность мужчины.

   «Довольна?» – одним взглядом спросил Андрей, получая в ответ средний палец и сосредоточенный взгляд. Впрочем, большего и не требовалось. Теперь главное – выманить водителя. Который совершенно не реагировал на задержку товарища.

   – Ты там уснул что ли? – а, нет, заметил-таки, но вылезать все равно не спешил. То ли место слишком удобное, то ли лень. Второе, скорее всего.

   Тогда в ход шла фантазия. В какой-то старой книге Соня читала про такой весьма действенный прием – приманка шумом. И пусть в реальной жизни ей не удалось заранее проверить степень достоверности печатных строк, сейчас счет шел на секунды, а значит, времени думать особо не было.

   Стеклянная бутылка, брошенная слегка дрогнувшей в последний момент девичьей рукой, разбилась аккурат напротив водительской двери, но за грузовыми ящиками. Увидеть из салона автомобиля что стало причиной шума – невозможно, а значит выбора у водителя не было.

   – Кто здесь? – сперва из машины показалось дуло пистолета. Не револьвер, как у Сони, чуть побольше, что еще опаснее. – Выходи! Живо!

   Но ответа не было. Его и не могло быть, если два источника шума сидели чуть поодаль, ожидая удобного момента. И он появился. Правда, не совсем так, как рассчитывали ребята.

   Глупая крыса, чудом не заразившаяся вирусом, так не вовремя решила пробежать по пыльному капоту ровно напротив лица Сони. Выросши в подземном убежище, у девушки не было особого чувства брезгливости, зато инстинкт самосохранения был развит максимально хорошо. Каждый ребенок знает – никогда не подходи к птицам, грызунам и тем более собакам. Целее будешь. Даже подпускать возможных носителей инфекции к себе не стоит. Поэтому банальное нежелание контактировать с крохотным животным, которое как на зло уходить не спешило, сделало свое дело.

   Подавшись в сторону, невольно задевая валяющуюся на полу коробку с мусором, девушка вызвала тот самый нежелательный шум. Скрывшись за капотом, попыталась скрыться, тем самым исправляя положение, но поздно – водитель мгновенно вычислил их положение и теперь целился аккурат девушке в голову.

   Хорошая реакция сделала свое дело – Андрей оттолкнул ее так, что пуля просвистела рядом с виском, но встретила преграду в виде стены.

   – Вы покойники, – прошипел мужчина, снова взводя курок.

   Однако он не учел того факта, что умирать из них троих не хотел ровным счетом никто. Словно в подтверждение этой идеи ответным выстрелом Соне удалось отвадить слишком уж рьяно настроенного друга от активных попыток подобраться ближе. Правда, прицелиться точно в движении не удалось и пуля попала лишь в плечо.

   – Когда появится возможность, стреляй сразу в голову.

   – Без тебя знаю.

   Вот только откуда? Скажи ей кто-нибудь еще месяц назад, что она так просто будет пытаться убить человека, она бы только пальцем у виска покрутила, посылая сказочника на все четыре стороны. Кто же знал, что местные законы так легко вольются в рутину ее жизни?

   Приходилось выживать.

   Наверное, слишком резким было движение, раз вновь потерявший их из виду стрелок открыл огонь, только теперь переходя к более точным выстрелам. Один из таких частично настиг свою цель – на землю упали первые капли алой крови. Андрей поморщился, но движение не остановил, воспользовался небольшой заминкой, которая возникла из-за необходимости перезарядки пистолета. Тогда Соня и решила четко обозначить свое присутствие. Винтовку девушка отложила до лучших времен, за неимением достаточного времени на наладку оружия. Звук выстрела всего на долю секунды опередил глухой удар уже бездушного тела об землю. Аккуратное круглое отверстие чуть выше левого глаза заставило мужчину замолчать навсегда, открывая путь к машине. Теперь стоило поторопиться.

   – Они у груза! Бегом!

   – Они правы, бегом, – сама себе кивнула Соня, прыгая на сидение рядом с водителем. Это уже вошло в привычку – в случае погони Андрей рулит, не позволяя опередить или столкнуть машину с дороги, а девушка отстреливает слишком уж обнаглевших попутчиков.

   Выезжать на свет под шквальным огнем и отборной бранью – не лучшее завершение изначально мирной вылазки, но выбирать не приходилось. Из-за слишком большого количества препятствий маневрировать такому количеству машин, как у тех ребят было попросту невозможно, да и слишком большой вес давал о себе знать – пропорционально увеличению массы груза снижалась скорость движения. Как итог: ребятам удалось удрать и выехать за черту города, оставив разозленных кражей машины людей раздосадовано пыхтеть в черте населенного пункта. Там им и место, от них не убудет, а ребятам теперь легче двигаться дальше.

   Тихое шипение сбоку привлекло внимание Сони. Точно, у Андрея же рана. Надо бы обработать, а то плечо до сих пор кровоточило.

   – Вот, держи, – словно нехотя, девушка протянула ему смоченную антисептиком салфетку. – А то помрешь еще от инфекции, потом закапывай тебя.

   – Не раньше, чем тебя пристрелят при следующей возможности, – хмыкнул парень, но помощь принял. Обработал ранку и, залепив широким пластырем, снова накинул слишком огромную для его размера толстовку. Где только ее взял? – Спасибо.

   Соня ничего не ответила. Царапины спутника ее волновали сейчас в последнюю очередь. Сейчас намного больше ее интересовали собственные руки. Пальцы не могли спокойно лежать на коленях, содрагаемые непроизвольными сокращениями мышц. Пришлось сцепить их в замок, дабы не вызывать лишних вопросов. Еще и дыхание сбилось. Стало тяжелым, словно она бежала до этого несколько километров кряду. Вот и цена первого в жизни убийства. Что ж, по крайней мере в обморок не упала, и на том спасибо.

   Когда-то Барс рассказывал ей о своем первом опыте убийства. Это было еще до инфекции. Молодой военный, призванный в горячую точку на задание по освобождению заложников. Совсем зеленый солдатик, которому никто не объяснил, что такое реальная война. Который набирался опыта методом проб и ошибок. Тогда же он и лишился ноги. Но даже потеря конечности не осталась в памяти настолько ярким воспоминанием, как пустые глаза боевика, всего за одно мгновение потерявшие жизненный блеск. Барс тогда еще пару дней ходил сам не свой, но поступок этот принял. Понял, что по-другому и быть не могло. Но все равно с трудом засыпал еще несколько дней после, каждый раз просыпаясь от взгляда покойника во сне.

   Тогда Соня сочла это простой страшной байкой. Сейчас же сомневалась в собственных силах, которыми должна была справиться со случившимся. Единственной разницей между ней и Барсом было отсутствие сострадания. Она помнила взгляд мужчины, который буквально вопил о готовности убить их. У нее просто не было выбора. Не было же…

   – Ты правильно поступила. В противном случае уже не дышали бы, это точно. Верное решение.

   С тихим судорожным вздохом воздух покинул девичьи легкие. Ей нужно было это услышать. Хоть какое-то одобрение, снимающее груз вины. Удивительно, как всего несколько слов могут облегчить душевные терзания человека.


   За окном снова начало греметь. Соня повернула голову в попытке рассмотреть причину неприятного звука, но увидела лишь слегка серое небо над пустыми полями и ничего более. Хотя нет, клубы пыли поднимались над сухой землей, которая, похоже, давно не видела и капли прохладной воды.

   Снова раскат грома, но на этот раз откуда-то сзади.

   – Это гроза? – хоть на поверхности она и не жила, но раскаты грома ей все же были знакомы. И эти пугали намного сильнее обычных. Да и цвет неба немного смущал, слишком яркий для обычных серых туч. Пурпурный.

   Андрей следил в основном за дорогой, потому не обращал внимание на природные капризы. Но слишком сильный раскат грома привлек и его внимание. От неожиданности машина резко вильнула влево, заставляя девушку невольно подскочить на месте, после чего уставиться на водителя.

   – Осторожнее!

   – Надо найти укрытие, – стараясь набрать максимально возможную скорость, он то и дело поглядывал в зеркало заднего вида, в котором облако стремительно догоняло их. – Такой цвет облаков – первый и самый главный признак кислотного дождя. Не найдем укрытие – считай плакали все наши дальнейшие планы.

   Сон как рукой сняло. Не дожидаясь дальнейшей просьбы, девушка сама потянулась к карте, стараясь отыскать ближайшее возможное укрытие, но как на зло вокруг ничего не было. То есть, абсолютно. Одинокая дорога, вокруг которой на несколько километров простирались голые поля. Ни намека на заправку или еще что.

   – Черт, – выругалась девушка, поднимая взгляд на дорогу. Но и вид в лобовом стекле не особо утешал. – Черт, черт, черт.

   – Тихо, сейчас все решим.

   – Откуда такая уверенность? – воскликнула Соня, всем корпусом оборачиваясь к парню. – Откуда ты вообще знаешь, что это кислотное облако?

   – Виктор рассказывал.

   Два слова. Всего два коротких слова, которые напрочь отбивали дальнейшую тягу к расспросам. Соня снова ощутила нарастающее раздражение, хотя, по-хорошему именно сейчас им стоило бы сплотиться, чтобы выжить. Но собственные чувства убедить куда труднее, чем разум. Так и ехали вперед, стараясь разглядеть хоть что-нибудь, похожее на укрытие, когда первые капли с тихим шипением упали на крышу машины.

   Не успели.

Глава 4

   Им повезло в последний момент заехать на старую заправку, которой и на карте-то не было. Соня случайно ее заметила, вот и свернули, чуть не перевернувшись на резком повороте. Однако даже это не помогло спасти машину – кузов автомобиля дымился, едва ли защищая пассажиров от едких химикатов. Еще бы пара минут под сильным дождем, и кто знает, были бы они еще живы.

   Бетон и кирпич плавились не хуже, но намного медленнее, к тому же толщина кровли обещала выдержать аномальное погодное явление. По крайней мере так думала Соня.

   Но даже сомнение в надежности конструкции не уберегло ребят от крепкого сна. Слишком выматывала постоянная дорога и вылазки в населенные пункты. Чувство опасности, не покидающее и на секунду, так или иначе приводило к моральному истощению. Организм требовал своего законного отдыха, чем и воспользовался, стоило им оказаться в сухом помещении.

   Просыпалась Соня уже под громкое чириканье проснувшихся птиц, почувствовавших весну. Удивительное чувство растеклось внутри, стоило полностью открыть глаза, прислушиваясь к себе. Выспалась. Наверное, впервые за последние недели. Исчезла тяжесть в голове, да и мышцы отдавали приятной легкостью. Все же иногда жизнь может налаживаться благодаря таким простым вещам как сон.

   Андрей рядом не обнаружился, однако его расположение не составило труда определить. Стоя рядом с остатками машины, юноша задумчиво разглядывал карту в руках, то и дело поглядывая на линию горизонта. На появление Сони он никак не отреагировал, гораздо больше ему было интересно разглядеть нужные линии на карте. Вот только какие, говорить не спешил.

   – Нашел что-нибудь интересное? – обводя взглядом небольшие воронки на асфальте от едких капель, спросила Соня.

   – Мы в дерьме, – коротко констатировал юноша, кивая в сторону машины. – Ночь она не пережила, двигатель окончательно сдох. Придется идти пешком.

   – Долго?

   – Очень. Повезет, если не встретим никого по дороге.

   – Тогда, может, пойдем уже? Зачем зря время терять?

   Разумное решение, особенно для тех, кто экономит время и старается добраться до нужной точки максимально быстро. Только вот они не учли одного – идти пешком с грузом на плечах, да еще и в достаточно влажном климате не самая прекрасная идея. Особенно когда соскучившаяся по теплым денькам погода начинает буквально задаривать людей своим теплом.

   Слишком жарко. Воздух словно раскалился, не давая нормально дышать, от чего шаг становился все медленнее с каждой минутой. А пейзаж вокруг не менялся.

   – Вода почти закончилась, – тряся на проверку флягой возле уха, констатировал Андрей. – Еще сутки продержимся, а вот дальше не знаю как.

   – Тут вообще нет ни одного города рядом? Даже деревни? – перевязывая хвост повыше, делая пучок, тем самым открывая шею, спросила Соня. И получив в ответ отрицательный кивок, пнула ближайший камень. – Поверить не могу. Что за невезение.

   – Похоже, могу огорчить тебя еще больше, – смотря куда-то назад, слегка прищурился Андрей. – Машина. Еще и фарами мигает.

   – Бежим?

   – Думаешь поможет? К тому же нет выстрелов. Хотели бы убить – уже попытались бы.

   В какой-то степени он был прав, но перестраховаться не помешало бы. В руках мгновенно оказалась налаженная еще утром винтовка. Оптический прицел, который привлек девушку с самого начала, оказался с дефектом. Стекло на внешней линзе треснуло, искажая изображение, поэтому приходилось пока пользоваться более привычным методом прицеливания. Андрей предпочел держать в руках лезвие, невольно проверяя степень заточки. Подойдет для обороны и нападения, если потребуется.

   Не прошло и пары минут, как небольшая газель со скрипом притормозила рядом с путешественниками, не глуша мотор. Со своего места водитель дотянулся до дверцы и, приоткрыв ее, приветливо приподнял козырек засаленной кепки.

   – День добрый, ребята. Откуда вы такие взялись здесь?

   – Гуляем, – осматривая кабину водителя, коротко ответила Соня. – А вы кто?

   – Ездил по делам в соседний город. Сейчас обратно возвращаюсь. Могу подбросить, куда вам надо. Если хотите, конечно.

   – С чего вдруг такая щедрость? – прищурился Андрей, недоверчиво разглядывая мужчину. Тот заметил столь пристальный взгляд, но возражать не стал. Понимал, что здесь мало кто кому доверяет с первого взгляда.

   – Я же вижу, что вы устали. А до города идти еще очень долго. Почему бы и не помочь?

   – И все?

   – У меня дети примерно вашего возраста, – мягко улыбнулся водитель, удобнее устраиваясь на своем месте. Открыл бардачок, доставая бутылку с водой, отмечая пару завистливых взглядов. – Если бы они оказались в такой ситуации… хотел бы, чтобы им помогли.

   – Откуда нам знать, что это не подстава? – задала резонный вопрос девушка.

   – Можете проверить основной кузов. Я здесь один. Говорю же, ездил по работе.

   Внутри действительно никого не оказалось. В кабине водитель, в основном салоне – пустые ящики, наверное, из-под распроданного товара. Никакого оружия, следов крови и прочего, что могло вызвать подозрения. Похоже, он действительно обычный перекупщик. Таких теперь много, работа выгодная. Но и довольно опасная.

   Принимать подобное решение в одиночку не хотелось, поэтому Соня вопросительно посмотрела на своего спутника. Тот лишь пожал плечами. Тоже не заметил ничего опасного. Вполне обычный человек. Можно ехать.

   – А вы не из робкого десятка, – ловко объезжая ямы и особо крупные трещины, заметил водитель. Тихая старая пленка вместо радио заполняла тишину салона газельки. – Откуда идете?

   – С востока, – коротко сказала Соня, невольно наклоняясь в сторону работающего кондиционера. Дул слабо, но это уже что-то. – Спасибо, что решили остановиться.

   – Пустяки. В конце концов, мы должны помогать друг другу. Люди, как никак, – протянутая бутылка воды была принята с благодарным кивком.

   Даже прохладная. Хорошо, когда есть бардачок, не позволяющий солнечным лучам нагревать бутыль. Он отдал им целиком всю бутылку, говоря, что в городе напьется вдоволь, а им и так несладко пришлось. Половина бутылки осушилась за пару глотков Соней, остальное ушло Андрею. Забавно было наблюдать за его недовольным лицом, с которым он смотрел на пожеванное горлышко. Но жажда оказалась сильнее нелюбви к изучению новых микробов, потому воду парень выпил чуть ли не быстрее Сони.

   – Но знаете, что еще важно? – после довольно долгого молчания, протянул водитель, слегка сжимая пальцы на руле. – Обязательства. И долг. Не честь и достоинство, а настоящий долг, который необходимо выплачивать вовремя.

   – Вы о чем?

   – Это длинная история, – коротко улыбнулся мужчина. – К сожалению, теперь вы ее непосредственные участники.

   Черт. Все-таки не просто добрые намерения. Соня хотела было дернуться к выходу, но собственная рука оказалась слишком тяжелой, чтобы просто поднять ее. Еще и в глазах двоилось. Вода. Ну конечно, снотворное или еще какая гадость. Надо хотя бы попытаться выбраться наружу.

   Однако собственное тело подвело в самый неподходящий момент. Непривычная тяжесть сковывала движения, предметы перед глазами начали постепенно расплываться. Единственное, что она успела сделать переде тем, как кромешная тьма заполнила сознание, так это поднять руку в попытке дотянуться до оружия.

   – Не стоит, – сухие пальцы перехватили запястье, кладя обратно на колени. – Вам же легче будет.

   Надо было идти пешком – оставляя эту мысль последней, сознание окончательно покинуло ее, погружая в глубокий сон. Из которого она надеялась когда-нибудь выбраться.


   – Соня… Соня, подъем… Да подними ты уже свой зад, хватит бревном лежать!

   С трудом разлепив веки, девушка попыталась игнорировать головную боль, принимая сидячее положение. Сидевший рядом Андрей облегченно выдохнул, снова опираясь спиной на стену. Выглядел он не многим лучше Сони. Непонятно, когда обзавелся синяком на скуле, от чего кожа слегка припухла. Сама девушка отделалась синяками и ссадинами от падения на твердый пол.

   Кстати, о поле.

   Оглядевшись, она обнаружила их сидящими в небольшом подобии кладовки. Вот только вместо входной двери, да и стены в целом здесь были установлены железные прутья. Как клетка для собак, только размером с человека. И таких вольеров здесь было далеко не мало. Даже напротив располагались точно такие же крохотные помещения, в каждом из которых находились живые люди. С той лишь разницей, что никаких движений в них не наблюдалось.

   – Сколько мы уже здесь?

   – Я проснулся около часа назад, – разглядывая соседние помещения, на сколько это вообще позволяло тусклое освещение, сказал Андрей. – Не знаю, что им от нас нужно, но пока они просто ходят мимо.

   – Они?

   – Не знаю кто это. Возможно, просто бандиты. Но в любом случае, мы нужны им живыми. Знать бы еще зачем.

   – Что это за запах? – пожалуй, этот вопрос волновал Соню не меньше причины их пребывания здесь. Не просто сырой, затхлый воздух. Вонь гниющего мяса стояла буквально везде, становясь сильнее от каждого легкого дуновения сквозняка. Вот только источник она никак не могла обнаружить. – Откуда?

   Вместо ответа Андрей кивнул в сторону соседней клетки. Сперва девушка не поняла, о чем он. И только вглядевшись в темный угол, в котором сперва увидела груду мусора, поняла – это останки. Гниющие останки, которые потихоньку доедали вездесущие насекомые. Изношенная куртка слегка шевелилась над ребрами, и Соня даже думать не хотела о грызунах, которые с радостью лакомились таким щедрым угощением.

   – Мерзость какая.

   – Радуйся, что мы не на его месте. Надо найти способ выбраться отсюда.

   – Но сперва вернуть оружие. Как думаешь, где оно?

   – Уже проснулись? Отлично, а я думал сколько еще ждать придется.

   Их разговоры мгновенно стихли, стоило широкой тени загородить свет лампы, привлекая внимание заложников. За решеткой, уперев руки в бока, стоял грузный мужчина с винтовкой за спиной. Ее винтовкой. И от этого становилось еще тошнее.

   – Что вам нужно?

   – Как ваше самочувствие? – присаживаясь на корточки, так, чтобы быть с ними на одном уровне, спросил мужчина. – Извините за столь грубый прием, но по-другому доставить вас сюда не представлялось возможным.

   – Доставить зачем? – то, как он нарочно игнорировал заданные вопросы сильно раздражало, но Соня понимала – не в ее положении спорить с тем, у кого в руках оружие. Приходилось выкручиваться своими силами.

   – Видите ли, недавно вы столкнулись с нашими давними знакомыми. Еще их машину… позаимствовали, так сказать. Припоминаете?

   Ответа не последовало, но он и не требовался. По лицам все ясно было.

   – Вот, а где-то с месяц назад у нас с ними произошел весьма неприятный конфликт. Так вот чтобы рассчитаться с ними, мы и решили отдать вас им. Тогда, и они довольны будут, и мы в расчете.

   Все довольны. Вот с этим Соня вполне могла поспорить. Однако слушать ее никто не захотел. Пришел этот тип сюда исключительно чтобы поведать свои планы, чужое мнение его нисколько не волновало. Да и к чему слушать что-то от будущих мертвецов? По крайней мере, именно так размышлял мужчина, хлопая железной дверью в конце коридора. Интересно, что это хоть за здание?

   – Как выбираться будем?

   Умом девушка понимала, что шансы выжить весьма невысоки, и тем не менее попытаться стоило. У них была цель, которую трудно будет выполнить, если их убьют в ближайшие часы. Андрей был с ней солидарен. Вот только это не означало, что они знали, как сбежать. Да и есть ли такая возможность.

   Подергав на пробу металлические прутья, Соня окончательно убедилась в бессмысленности попытки побега сейчас. Решетку они не сломают, как бы не пытались, а значит надо ждать подходящего случая. В идеале, когда их поведут на место передачи новым «друзьям».

   Вот только, как оказалось, жизнь и дальнейшие планы категорически не хотели идти по намеченному сценарию.

   Соня планировала предпринять первую попытку побега, как только появится импровизированный конвой. Вот только к их немалому разочарованию, к решетке подошел не один, и даже не два человека. Пятеро бравых ребят и все как один с оружием, довольно скалились, пока выпускали пленников наружу тут же щелкая наручниками. Хорошо хоть не за спиной сковали, и на том спасибо.

   – Есть идеи? – стараясь не поворачивать головы, как можно тише спросила Соня. Зп что тут же и получила весьма ощутимый тычок в спину.

   – Не разговаривать.

   Отвечать не стала, не хватало еще вызвать большее недовольство. Андрей никак не отреагировал на вопрос, что только омрачало ситуацию. Неужели сдался? Если так, помогать бежать ему при первой возможности девушка не будет. Если даже сейчас он ничего не делает, дальше толку от него не будет больше.

   – Через два шага.

   Зря она списала его со счетов так рано. Сделав еще пару шагов, Андрей замер, все также смотря под ноги.

   – Ну, чего завис? – толкая в плечо, недовольно проворчал один из сопровождающих. – Иди давай!

   Ноль реакции. Соня нервно облизнула вмиг пересохшие губы, невольно начиная незаметно прокручивать запястья в наручниках. Им нужен был эффект неожиданности. Силы явно не на их стороне, но, если взять в расчет недооцененность способностей двух заключенных, можно правильно все разыграть. Оставалось лишь дождаться момента.

   – Ты не понял? Я сказал шевелись! – четким ударом под колено мужчина поставил Андрея на колени, заставляя поморщиться от боли. – Бегом!

   Не надо было подходить слишком близко, кладя руку на плечо, намереваясь причинить боль. Никогда не знаешь, на что способен загнанный в угол человек. Соня не знала точно, где он научился этому, но после короткого выпада назад любитель попинать других в спину рухнул на пол, хорошо приложившись головой. Быстро увеличивающаяся лужа крови намекала, что больше он не встанет.

   – Уродец, да я тебя…

   Осуществить дальнейшую угрозу, какой бы она не была, второму не удалось – мастером ближнего боя Соня никогда себя её считала, но сбить человека с ног, после добивая ударом ногой солнечное сплетение могла. Успела вовремя, прикрывая товарища. Однако ликование от маленькой победы продлилось недолго, поскольку оставшиеся трое терять время не собирались.

   – Доигрались, детки.

   Она даже среагировать не успела, как оказалась лицом к лицу с мужчиной вдвое больше неё самой. А потом был кулак. И хруст.

   В ушах зазвенело от удара, перед глазами заплясали крохотные разноцветные звёздочки. От боли девушка попятилась назад, хватаясь за разбитый нос. Кровь была, но не так много, как она боялась. Значит, крупные сосуды не повредились. Уже что-то.

   Сделав пару шагов по направлению к застывшей от шока девушке, нападавший хотел было закончить начатое, но не успел. Железные кольца плотно прижались к горлу, сдавливая так, что не вдохнуть, не выдохнуть.

   Оправившись от первого шока, Соня распахнула глаза, наблюдая, как Андрей, закончив с ещё двумя неумелыми бандитами, держал за горло последнего. Вот только силы были явно не равны. Цепочка от наручников постепенно отдалялась от горла, возвращая возможность дышать, что было совсем не кстати. Надо было действовать и быстро.

   Недолго думая, девушка разбежалась и со всей силы ударила мужчину ботинком в коленную чашечку, если, не дробя, то точно создавая трещину. Взвыв от боли, он согнулся пополам, чем и воспользовались ребята – одна нанесла удар коленом в лицо, второй закончил действие прямым знакомством локтей с поясницей. Тяжёлая туша рухнула на пол, больше не двигаясь и, кажется, не дыша. Впрочем, угрызений совести победители не чувствовали. Зато необходимость спешить осознавали чётко.

   – Ты как? – вытирая кровь с губ, наклонился к ней Андрей. Протянутую руку девушка раздраженно оттолкнула, что говорило о сохранности рассудка. Недовольство – неотъемлемая часть ее характера. – Идем. Сейчас набегут на шум, проблем не оберешься.

   – Это я и без тебя знаю. Лучше скажи, куда идти, умник? – снимая наручники найденными на поясе одного из тел ключами, спросила Соня.

   – Других дверей тут нет, так что вперед.


   Здание администрации города или другое муниципальное строение. Скорее всего это было оно. По крайней мере, планировка коридоров и встречающихся на пути помещений была типичной именно для таких мест. Наглухо заколоченные окна не пропускали ни единого солнечного луча. Если сейчас вообще был день.

   Хуже всего то, что голоса доносились с этажа ниже, а выход нигде не наблюдался. Только лестница в конце коридора, ведущая и вверх, и вниз. Куда лучше идти – неизвестно. Ровно, как и расположение выхода.

   – Где наши вещи?

   – По-моему, сейчас главное выбраться наружу и свалить из города.

   – Вот только без пушек мы долго не протянем. Хоть что-то должно быть. Надо попробовать найти оружие.

   – Тебе бы кровь остановить не мешало сперва.

   – Нормально все, – ну да, конечно. Она буквально чувствовала, как наливаются синяки под глазами. Повезет, если глаза не закроются раньше времени от отека. – Идем быстрее. Там внизу еще машины подъехали.

   Она была права. Похоже, их решили привести заранее, подготовить товарный вид, так сказать. Осторожно шагая по коридорам, ребята спустились на первый этаж, в надежде незамеченными пробраться наружу. Чего они совсем не ожидали, так это скрипа одной из дверей, в проеме которой показалась девушка. Чуть моложе их, лет пятнадцать на вид. Худая, скорее даже истощенная. С затравленным выражением на лице она испуганно смотрела на двоих беглецов, не зная, что делать.

   Соня всеми фибрами души надеялась, что та не закричит. Не начнет звать на помощь, иначе придется расправиться и с ней. Самим сбежать хотелось больше, чем щадить других. Но девушка и не думала звать на помощь. Пряча взгляд в пол, она шагнула обратно в комнату, тихо запирая дверь. Даже поворота замка слышно не было.

   – Что это с ней? – удивленно выдохнула Соня, семеня как можно ближе к возможному выходу.

   – Ты видела ее руки? – Андрей хоть и не смог разглядеть лицо девушки, но на кожу предплечий внимание обратил. – Это ожоги от окурков. Не думаю, что ее жизнь на много лучше нашего нынешнего положения.

   – Так и оставим ее тут? – глупо сомневаться в своем решении. Вряд ли такой группой им удастся сбежать отсюда. Живыми уж точно трудно будет это сделать. Себя бы спасти, о других уже потом подумать можно.

   Встреча двух враждующих банд проходила в холле на первом этаже. Оставаясь в тени коридора, не выходя в главное помещение, ребята наблюдали весьма напряженное общение двух лидеров, в то время как обычные члены группировок не особо дружелюбно смотрели друг на друга. Видимо эта сделка устраивала только их лидеров, но никак не рядовых участников банд.

   – Уходим, пока есть возможность, – осторожно потянув за рукав, кивнул Андрей в сторону дальнего выхода.

   – А как же оружие? – тоскливо наблюдать за собственным рюкзаком, лежащим в общем зале, без возможности добыть его назад. – Черт, что за невезение.

   – Это как уж посмотреть. И вообще, хватит зевать, пошли отсюда.

   Оставаться вблизи вооружённых людей, рискуя быть обнаруженными, Андрей не особо хотел, и Соня полностью разделяла его желание. Оставив позади шумное сборище, ребята выбрались наружу, с удивлением осознавая, что наступил вечер.

   Те немногие, что остались снаружи в качестве охраны, столпились возле автомобилей, дымя самокрутки, то и дело разражаясь гоготом. Даже по сторонам не глядели, уверенные в собственной безопасности. В какой-то мере они были правы – никто в здравом уме не сунется к вооруженной толпе, наивно полагая, что сможет получить какую-то выгоду от столкновения.

   Этой слепой уверенностью и воспользовались ребята.

   Пробежать мимо, не привлекая внимания оказалось намного проще, чем ожидала Соня. Кто бы знал, что действовать станет в разы легче, если не забивать голову десятками «а если?» и «а вдруг?» Рюкзаки, оружие, припасы – все осталось далеко позади. Главное они живы, а как быть дальше придумают потом. Сейчас стоило убраться подальше от опасного места и желательно найти хоть какой-то ориентир, чтобы понять, куда двигаться дальше.

   Хотя обнаружить сторону света особого труда не составило. Тонкая желтая полоса у горизонта на востоке, постепенно становилась ярче, приобретая более насыщенные оттенки. Новое утро после долгой ночи, что может быть прекраснее?


   – Тихо, не шевелись.

   – От тебя больше шума, чем от нас двоих вместе взятых.

   – Сказала же, тихо!

   – Раскомандовалась…

   Этот незатейливый разговор на грани шипения происходил за кустами неподалеку от заброшенной деревушки. За несколько дней, перебиваясь немногочисленными находками провизии, им удалось продвинуться немного дальше в сторону намеченной точки маршрута. Однако, когда вдалеке показались проломленные крыши старых домов, Соня поняла – это их шанс найти нормальные припасы и передохнуть после пешей прогулки.

   Вот только заброшенный поселок не предусматривал таких удобств, как завтрак, обед и ужин. Вот и приходилось выкручиваться собственными силами и умениями. А заключались они в построении небольшой ловушки для единственных живых существ, которых можно было словить.

   Местами прогнивший, но все равно неплохо сохранившийся деревянный ящик одним своим краем упирался на ветку, которая и не давала ему упасть. Нижний край сухой деревяшки был обмотан веревкой, которая тянулась прямиком к импровизированному убежищу, в котором и сидели наблюдатели. Их взгляды были направлены на стайку диких хорьков, которые с интересом принюхивались к необычному запаху старого кошачьего корма. Нашел его Андрей в одном из верхних ящиков на разграбленной всеми, кому не лень кухне. Очевидно, даже на голодный желудок люди не горели желанием есть еду для животных. Что ж, их дело.

   Теперь же еду предлагалось испробовать хорькам. Еще совсем молодые, они только учились хитростям жизни в том огромном мире, потому и не обращали внимание на странные звуки со стороны кустов. По крайней мере, не подходили близко, что уже радовало.

   – Ну же, давай, – завидев, как особо любопытный зверек приблизился к необычному лакомству, девушка поудобнее перехвалила конец веревки, напряженно следя за каждым движением животного. – Хоть бы сработало.

   – Болтай поменьше, тогда все и получится.

   В отличие от своей спутницы, Андрей особо не переживал о судьбе хорька. Привалился спиной к дереву, наслаждаясь прохладной тенью. Прожив всю жизнь под землей, парень совершенно отвык от воздействия солнечных лучей. Да и жару переносил плохо. А весенние перепады температуры, когда погода пыталась показать, что уже близиться к летнему сезону, нисколько не улучшали его состояние.

   А тем временем крохотные лапки с острыми коготками все ближе и ближе подкрадывались к горке сухих подушечек, постепенно скрывая фигурку зверька в тени коробки. Крохотная капелька пота скатилась по виску Сони, но девушка не обратила на это внимание. Все вокруг буквально исчезло, сузилось до самодельной ловушки, от которой зависел их дальнейший ужин. Нормальной еды они не видели уже очень давно, так что желудок буквально сводило от спазмов. Так что, проснувшись рано утром от урчания собственного живота, она поняла, что надо что-то делать.

   Андрей построил ей ловушку, но дальнейшее участие прервала мишень от перегретой головы. Не спасали даже светлые волосы. Потому «охотилась» Соня теперь в одиночку.

   Когда пушистый серый хвост скрылся в тени, Соня резко дернула веревку на себя, так что затекший запястный сустав хрустнул. Но оно того стоило. Остальная часть стайки, услышав шум, поспешила скрыться среди деревьев, бросая сородича на произвол судьбы. Точнее, в руки людей. Которые уже спешили к своей добыче.

   Напуганное животное металось из стороны в сторону, что было видно через просвет между досками, вот только отпускать его ребята не собирались, как бы жалко его не было. Соня слабо себе представляла, как нужно разделывать животных. Да что уж разделывать, как просто убить, не причинив лишней боли. Поэтому и повернулась к Андрею, молча кивая в сторону коробки.

   – Да ладно, сама что ли не можешь? – закатывая глаза, покачал головой парень. – Чему вас только в этом медблоке учат…

   – Явно не животных убивать.

   Она отошла в сторону, нарочно отворачиваясь, чтобы не видеть дальнейший действий. Но закрывать уши не стала. Когда-нибудь она тоже научится вот так просто подготавливать «ужин», не испытывая при этом боли и отчаяния. А пока ей хватало писка напуганного хорька, который, ощутив на себе мертвую хватку человеческих пальцев, прижимающих тушку к земле, едва успел дернуться в сторону, когда в следующий момент острое лезвие разрезало мягкие ткани и, переломив позвоночник, уперлось в землю. Теплая кровь тонкими струйками растекалась по земле, тут же приманивая насекомых. Хорек больше не двигался. Жаль. Окрас у него красивый. Серый в рыжих пятнах. Редкое сочетание.


   Ужин был не таким богатым, как мог бы быть, но все равно лучше, чем все их предыдущие трапезы. Наверное, поэтому и проспали как убитые до самого утра. Точнее, первого звука голосов людей, которые звучали слишком уж близко. Резко распахнув глаза, Соня поняла, что в дом они идти не собираются, иначе давно бы все здесь обшарили. Но снаружи постоять им приспичило именно сейчас, при чем находились они буквально за окном – тусклое, еле прозрачное стекло все же передавало очертания силуэтов по меньшей мере четырех человек.

   Видимо, их заинтересовало кострище, которое ребята хоть и убирали, но видимо недостаточно тщательно, особенно для глаза опытного наблюдателя.

   – Думаешь, эти сойерцы здесь?

   – Должны быть. Ну или ушли не далеко. Пешком всяко от нас не сбегут.

   Это еще как посмотреть. Они не успели осмотреть деревню полностью, но даже взгляда на подходе к домам хватило, чтобы понять – местность сильно затоплена. И хоть центр этого поселка и располагался чуть выше основного уровня зданий, красуясь бетонными строениями – редкость для такой глуши, это не сильно спасало от разлившихся рек и болот. Но шанс сбежать у них все еще был. По крайней мере, Соня на это сильно рассчитывала. Не все же им попадать в плен к бандитам, верно?

Глава 5

   Деревушка действительно оказалась затопленной. По крайней мере окраинная ее часть утопала в до странного прозрачной жидкости почти до уровня оконных рам. В таких условиях передвигаться стоило либо по крышам, что тоже не особо безопасно ввиду слишком явной перспективы провалиться вниз, либо же по самодельным мостикам, которые строили местные жители. Когда еще жили здесь. Очевидно, сырость и невозможность нормально выживать вынудили людей бросить это место, но вот дорожки над водой остались, что безумно облегчало жизнь случайным гостям этого места.

   – Идем в обход, – кивая в сторону покосившейся двери за спиной, потянул ее Андрей. – Быстрее, пока они в дом не зашли.

   – Зачем мы им? – едва поспевая за юношей, пригибаясь, чтобы не отсвечивать в окнах, прошептала Соня. – У нас же нет машины, нет оружия. Мы просто сбежали.

   – Задетое самолюбие? Гордость? Причин может быть уйма, но в любом случае, попадаться им на глаза не стоит. Если, конечно, не хочешь познакомиться поближе.

   – Всю жизнь мечтала.

   Пару улиц они пересекли успешно, хлюпая ботинками по воде, которая доставала им до щиколоток. Однако уже за поворотом пришлось затормозить, выбирая иной маршрут. Неровность грунта сделала свое дело, опуская уровень земли на несколько сантиметров вниз. Особенность местности, не более, но слишком неудобная для дальнейшего передвижения. Здесь вода доставала Соне до колен, если не выше и постепенно поднималась за счет снижения уровня грунта. Тогда и настала очередь шатких мостиков.

   – Говорю сразу, я плохо плаваю, – стараясь выбрать наиболее устойчивое положение, дабы не свалиться прямиком к водомеркам, сказала Соня. – Точнее, просто держусь на воде.

   – Кто бы сомневался…

   – Ох, ну извини, не все такие мастера на все руки, – недовольно фыркнула девушка, тут же хватаясь за перекладину – прогнившая деревяшка под ногой треснула, падая в воду. Хорошо нога просто застряла в дыре. Вряд ли бы им удалось, не привлекая внимания, выбраться на поверхность.

   – Осторожнее.

   – Слушай, ты можешь перестать…

   Договорить она не успела. За спиной послушался бодрый топот, который уже через несколько секунд сменился весьма недвусмысленными ругательствами. Их местоположение обнаружили, пора бежать и как можно быстрее.

   – Чего встали!? Бегом за ними!

   – А ты чего застыла? – прикрикнул на нее Андрей, выводя из ступора. – Ждать их собралась?

   – Нога…

   Дурацкий ботинок застрял в образовавшейся дыре, не желая отпускать девушку. И только ценой выломанной соседней доски и пары глубоких царапин на старой коже ей удалось вырвать ногу из цепкого плена, быстро набирая скорость. О безопасности пришлось забыть. Либо бежишь вперед, не обращая внимание на треск под ногами, либо можешь сразу сдаваться. Второй вариант Соня не воспринимала от слова совсем, поэтому бежала вслед за Андреем, который, к ее удивлению, почти интуитивно выбирал удобный маршрут.

   Их преследователи старались не отставать, только вот тяжелые дядьки с натужным топотом никак не входили в сферу интересов старых мостов, соединяющих жилые строения. Дряхлые сваи жалобно скрипели, то и дело треща от каждого шага, вот-вот норовя сломаться пополам. Соня искренне надеялась, что так и случится, но как на зло все четверо добежали до ближайшей крыши невредимыми. О скором побеге пришлось забыть.

   А тем временем они оказались аккурат над темной водой, от которой их отделял слой старого шифера. Здесь бежать точно не стоило, поэтому что Андрей, что Соня сбавили темп, начиная идти как можно медленнее.

   Новые знакомые, завидев медлительность своих жертв уже обрадовались, но слишком рано: первый из тех, кто попытался резво догнать беглецов, с треском провалился под крышу, уйдя с головой под воду. Течения не было, но холодная жидкость никак не способствовала улучшению самочувствия мужчины. Тем более, что сломанные куски шифера больно впились ему в ноги, из-за чего вода вокруг начала окрашиваться в красный.

   – Стреляй! Быстрее, иначе уйдут!

   Хоть одно разумное действие с их стороны, но уж очень не вовремя. Замерев перед дырой в крыше, оставшиеся бандиты напрочь забыли о раненом товарище, теперь целясь в почти добравшихся до конца крыши ребят. Вот только их целью были не сами люди. Стрелять начали по шиферу под ногами.

   Первые две пули ушли в молоко и когда Соня заметила край крыши, а за ним и долгожданный спасительный мостик, невольно выдохнула, ускоряя темп. Вот только третья пуля попала аккурат в и так немалых размеров трещину, побуждая ее увеличиться и, в конечном итоге, провалиться вниз, утаскивая за собой сперва девушку, а потом и идущего впереди Андрея.

   – Черт, я не…

   Договорить ей не дала хлынувшая в рот холодная вода вперемешку с водорослями. Еще и голова ударилась об твердое дно. Хотя, скорее это был старый предмет мебели под водой. Возможно, печь. Заметив, что девушка долго не всплывает, Андрей поспешил к ней, вытаскивая в первую очередь голову на воздух. Крови не было, скорее всего просто сильный удар, но легче от этого не становилось. Нужно было выбираться отсюда и как можно скорее.

   Вот только стоило ему покинуть дом, как перед глазами мелькнула рукоятка пистолета, которая тут же встретилась с виском парня, отправляя того в долгий сон. Хотя бы вытащить из воды успел, и то хорошо, – последнее, о чем он подумал, перед тем как полностью потерять сознание. А ведь у них почти получилось сбежать.


   – Думаешь, живая?

   – Не знаю, но вроде дышит. Да и не стали бы они труп сюда тащить.

   – А этот?

   – Жить будет. Он-то явно покрепче девчонки.

   Устав слушать непонятный разговор, Соня попыталась встать, однако осуществить данное действие оказалось сложнее, чем должно было бы. Основная трудность заключалась в голове – трещала она так, что по ощущениям собиралась расколоться пополам. Однако прекратить обсуждение собственной персоны это помогло. Стоило говорящим заметить движение, казалось бы, бессознательного тела, как все разговоры мгновенно стихли, что не могло не радовать –, даже приглушенные голоса вызывали приступ пульсирующей боли в висках. И в затылке. Хотя, скорее всего виной этому было падение.

   – Как ты себя чувствуешь?

   Собственная ладонь, опустившаяся на лоб, казалась лучшим явлением в этом мире, слегка отгоняя неприятную мигрень, позволяя воспаленному разуму прийти в норму. Взгляд не сразу начал фокусироваться на окружающем пространстве. Понадобилось какое-то время, чтобы очертания комнаты стали хоть немного поддаваться описанию.

   Вокруг не было ничего такого, что могло объяснить точное местонахождение ребят. Темно. Первое, что приходило в голову, стоило пару раз покрутить головой. Не особо высокие стены, без какого-либо намека на окна или форточки, вообще ничего. Грязный пол, местами плесень доедала кафель, грузная старая дверь, пронизанная металлическими болтами, намекала на невозможность выбраться наружу без посторонней помощи. Скорее всего это был чулан или что-то вроде него. Но переделан исключительно для содержания пленных.

   Какая честь.

   Хотя нет, стены. Они были каменными, не деревянными, как в частных домах на окраине деревни. Значит, это здание из центра. Не далеко их унесли, что не могло не радовать.

   – Ну, а тебя как зовут?

   Только после озвученного вопроса Соня все же поняла, что в комнате, помимо нее, находились еще трое человек. Парень, ее возраста, может чуть старше и девушка лет пятнадцати, не старше. Ее лицо показалось смутно знакомым. Только через несколько минут она поняла – это была та самая девчушка, которая не выдала их местонахождение, давая возможность сбежать. Прикрытые длинными рукавами шрамы лишь подтверждали догадку. Сидели рядом, но все равно сохраняя дистанцию, дабы не касаться друг друга плечами. Вообще ни чем не касаться. И только после, закончив рассматривать жмущихся друг к другу ребят, девушка заметила Андрея. Судя по всему, он тоже только пришел в себя, раз растерянно оглядывался по сторонам, наконец, замечая сидящую напротив спутницу. Правый висок и кожа над бровью были в крови. Похоже, кто-то сильно приложился при падении. А может, уже после прилетело от их новых друзей. Так, в качестве профилактики.

   – Говорить можешь?

   – Кто вы?

   – Не плохо было бы представиться для начала, если хочешь задавать вопросы, – недовольно пробурчал незнакомец.

   – Ну так и назови свое, – да, Андрей уже пришел в себя. Потер рану на голове, стирая лишнюю кровь с глаза, теперь также смотря на товарищей по несчастью. – Или до второго пришествия можем так сидеть.

   – Остряк, – покачал головой парень, все также хмуро смотря в пол. Интересно, что не устраивало его больше – собственное положение или новые соседи?

   Девушка коротко окинула взглядом новых соседей после чего еще сильнее втянула голову в плечи, пряча взгляд в сложенных на коленях руках.

   – Я Соня. А это Андрей.

   – Родственники?

   – Нет.

   – Значит, вместе?

   – Нет, – а это уже в унисон. Ладно, хоть в чем-то у них было единение. – Какая вообще разница?

   – Так, просто. Хотелось узнать что-нибудь интересное про тех, с кем застряли здесь. Похоже, надолго.

   – И где мы застряли? – уточнил Андрей.

   – В гостях у контрабандистов.

   Не повезло. Соня до последнего надеялась, что это не те ребята, с которыми вряд ли удастся мирно договориться, раз их самолюбие было ущемлено вероломной кражей дефицитного транспорта. Но похоже убивать их никто не собирался, по крайней мере сразу. Антон и Алиса – лишнее тому подтверждение. Как поведали ребята, сидели они тут уже около двух дней, точнее Антон сидел столько. Алиса уже была в этой комнате, когда его сюда привели.

   – Тебя за что взяли? – спросила Соня. По ее мнению, Антон не был похож на человека, который промышляет разграблением машин честных благородных любителей брошенных вещей. Слишком тощий для такой работы.

   – Антибиотики искал. Эти парни обчистили не только все аптеки, но и фармацевтические склады. Думал взять у них немного. Незаметно. Не получилось.

   – В одиночку против группы вооруженных людей? Ты либо смельчак, либо безумец.

   – Мне просто нужны лекарства, – пожал плечами Антон, глядя куда-то в стену, словно видя там что-то, заметное только его взгляду. – До сих пор нужны.

   – Ну, а ты? – Соня кивнула в сторону еще одной девушки в комнате, от чего та вся сжалась под пристальным взглядом. – Ты откуда здесь?

   Алиса молчала. Насупилась и, опустив взгляд в пол, только сильнее закутала руки в длинные рукава кофты. И как ей не жарко?

   – Она не разговаривает, – пояснил Антон, косясь на сидящую рядом девчушку.

   – Совсем?

   – Откуда мне знать? Скорее просто не хочет. Только имя сказала, и то нехотя, – после этих слов два недовольных голубых глаза взметнулись в его сторону, от чего парень лишь фыркнул. – Нечего на меня зыркать. Сама бы говорила, если так не нравится.

   Пока те двое выясняли кому же все-таки стоит говорить, Андрей перевел взгляд на замолчавшую девушку. Выглядела она не очень, хотя кто бы смог хорошо пережить падение в воду с последующим ударом. Но гораздо больше его интересовала уже успевшее слегка зажить предыдущее ранение.

   – Все еще болит?

   Соня и не заметила изучающего взгляда, пока не услышала вопрос. Отвлекшись, девушка ощупывала болевшую переносицу, которая после удара слегка сместилась в сторону. Синяки под глазами постепенно спадали, но неохотно, однако больший дискомфорт приносило все-таки смещение костей. И дело даже не в боли. Она никогда не витала в облаках, мня себя первой красавицей, но симпатичной девушкой все-таки считалась. Теперь же, с явным смещением переносицы влево даже это звание оказалось под сомнением.

   – Нормально, – и снова раздражение. Она понимала, что Андрей беспокоился, но, с другой стороны, такие вопросы ассоциировались у нее с жалостью. Так всегда было, когда у нее что-то не получалось, еще в детстве. Поэтому в какой-то момент девушка просто перестала воспринимать такие вопросы с хорошей стороны, постоянно ища подвох.

   – Не надо злиться, я всего лишь спросил, как ты.

   – А я просто ответила, что нормально.

   Вот и поговорили. Теперь можно было подумать и про новых знакомых.

   По мнению Сони, поведение Алисы было излишне странным, напоминающим не то страх, не то смущение. Это напоминало какое-то отклонение от нормы, но делать выводы всего из нескольких минут общения (если короткие взгляды вообще можно назвать общением) по меньшей мере глупо, так что девушка просто списала это на защитный механизм чужой психики. Возможно, ей так проще справляться с нынешней ситуацией.

   Их не трогали. Не заходили проверить что с ними и, казалось, вообще забыли про существование четырех заложников. Ребятам только и оставалось, что довольствоваться обществом друг друга, изредка перекидываясь дежурными фразами. Лишь бы разбавить тишину. За дверью то и дело проходили люди, но не обращали ни малейшего внимания на запертую дверь. Тени от ботинок постоянно мелькали в яркой щели света под дверью, что было своеобразным развлечением – Антон с Андреем старались подсчитать количество снующих туда-сюда людей. Получалось откровенно паршиво, слишком одинаковыми казались шаги, разницу понять было крайне сложно, но по примерным подсчетам снаружи было около двадцати человек.

   – Как думаете, что они хотят с нами сделать? – как бы невзначай спросил Антон, выстукивая пальцами ровный ритм. – Сюда они не торопятся.

   – Как будто ты этому не рад, – фыркнула Соня.

   – Не то, чтобы, но сидеть здесь просто так не особо хочется. Да и помереть голодной смертью в моих личных планах не было.

   – Кажется, они тебя услышали, – задумчиво протянул Андрей.

   Словно по заказу, снаружи щелкнул замок. Потом еще один и в конце об деревянную поверхность стукнулся выпущенный из рук амбарный замок. Неслабые меры защиты, видимо все обитатели тесной комнатушки изрядно потрепали нервы местным жителям.

   Как только дверь открылась, в глаза ударил яркий свет. Не дневной, искусственный, но не менее приятный. Особенно для тех, кто успел устать сидеть в полумраке.

   – Ну, что, ребятки, отдохнули?

   Не подходя слишком близко, в дверном проеме на корточках сидел грузного вида мужчина и казался слишком довольным сложившейся ситуацией. Небольшой револьвер весело покачивался в такт напеваемой им мелодии. Чересчур знакомое оружие. Соня поморщилась. Не очень хотелось видеть отцовский подарок в чужих руках.

   Ее жест не укрылся от цепкого взгляда их гостя.

   – Знакомая игрушка, правда? – он ловко взмахнул оружием, подбрасывая в воздух, тут же ловя на лету, поворачивая дуло в сторону ребят. – Не бойтесь, патронов нет. Как и толку от него в целом.

   – Может, тогда нам отдашь? – спросила Соня, кивая в сторону оружия. – Посмотрим, так ли он бесполезен.

   – Шутишь. Это хорошо, – покачал головой мужчина, обводя остальных взглядом. – С юмором и умирать не страшно, так ведь?

   Как и ожидалось – былой боевой настрой разом угас, уступая место напряжению. Этого и добивался их новый друг. Видя, как изменились лица детей, мужчина поднялся на ноги и, последний раз убедившись в конечном результате своих слов, вышел из комнаты, снова заперев дверь.

   – Что он имел в виду?

   Неожиданно. Это были первые слова, которые произнесла Алиса за все то врем, что они находились внутри, так что не удивительно, что три пары глаз разом посмотрели в ее сторону. Столь пристальное внимание ничуть не напугало ее, хотя, казалось, девушка боялась лишних взглядов. Однако сейчас на ее лице застыло выражение чистого ужаса, и вызвано оно было как раз словами контрабандиста.

   – Не волнуйся, – попытался приободрить ее Андрей. Получилось паршиво, но другого способа успокоить ее сейчас не было. – Мы выберемся отсюда.

   – Откуда такая уверенность? Их там больше десятка ходит, и это только на этом этаже. А здание пятиэтажное. Вряд ли мы…

   – Стой, откуда ты знаешь, сколько здесь этажей, – перебила ее Соня, тем самым сбив весь боевой настрой молчаливой знакомой. – Ты была снаружи?

   – Один раз, – снова пряча взгляд в сложенных руках, намного тише, чем пару минут назад сказала девушка. – Это жилой дом. Спальные районы Маука никогда не отличались спокойствием, но эти ребята, похоже, зачистили тут все сверху донизу.

   – Маук? – лицо Андрея в этот момент являло собой нечто среднее, между ужасом и недоверием и где-то в глубине души Соня поняла, что лучше бы этим словам быть неудачной шуткой. – Ты же шутишь.

   – Боюсь, что нет, – в какой-то степени даже виновато пожала плечами Алиса. – Мы действительно в городе Маук.

   И судя по тому, как безвольно голова парня стукнулась затылком об стену, новость эта не была шибко радостной для них. По крайней мере, так поняла Соня. И не ошиблась.

   – Поздравляю, мы только что вернулись на два дня пути назад. Город Маук находится к Востоку от Октябрьска. И с учетом наполовину перекрытых дорог те триста километров превращаются во все тысячу триста.

   Снова. Они снова отстали от торговцев, зависнув в пути в то время, как Виктор становился все дальше и дальше от них. А она еще смела надеяться, что они в той самой деревне, куда и пришли пешком. Ну да, конечно.

   Надо было срочно выбираться отсюда, но как это сделать Соня не представляла. Как и ее новые друзья, которые точно также не знали, что делать дальше. Одно понимали все – умирать в таком месте не было в планах, а, значит, стоило подумать над возможными вариантами отступления.

   И времени на раздумья становилось все меньше.


   Вечером им обещали дать немного еды. Огромная роскошь по нынешним меркам, особенно для тех, от кого собирались избавиться ближе к утру. Вот только будущие жертвы публичной казни становиться таковыми не собирались. Потому и ждали, когда откроется дверь.

   В момент, когда открылся последний замок и несмазанные петли заиграли свою скрипучую мелодию, молодой парнишка, что принес им еду, сильно пожалел, что решил похвастать перед товарищами и пошел к четырем пленным один. У них не было оружия или тяжелых предметов, но почему-то друзья-контрабандисты не учли одного факта – в их положении выживает тот, кто просчитывает ходы на несколько шагов вперед. Не стоит недооценивать силу женских заколок, которые вполне сгодятся на отмычки.

   В свете открытой двери неудачливый надзиратель увидел лишь двух девушек, уж больно спокойно сидящих напротив друг друга со свободными руками. Расстегнутые наручники одиноко лежали в центре комнаты на полу. Все четыре штуки.

   Сделать он ничего не успел – ни достать оружие, ни позвать на помощь. Первый удар в солнечное сплетение лишил его воздуха и способности говорить, вторым ударом головой об стену юного контрабандиста отправили отдыхать на ближайшие часы.

   – У них смена караула, – воровато выглянув в коридор и не увидев там абсолютно никого, сказал Антон, поманив за собой остальных. – Идем.

   – Ты знаешь, где выход? – спросила Соня, выходя следом.

   – Да, но сперва хотелось бы забрать наши вещи. Хотя бы оружие.

   – Так чего стоим? Пошли уже, – стоять посреди коридора, не имея возможности обороняться, не особо нравилось Андрею. Как не странно, Алиса его мысль поддержала, становясь рядом, коротко кивая.

   – Вроде бы они сносят все на этаж выше, в дальнюю комнату.

   – Ну конечно, как всегда, – пробурчала Соня. – Идем. Покажешь дорогу.

   Добраться до местного склада оказалось легче, чем думала Соня. Их вещи действительно были там. Немного потрепанные, где-то не хватало патронов и припасов, но основное оружие было на месте, что не могло не радовать.

   Однако радость от полученных обратно вещей продлилась недолго. Едва она взялась за ручку двери, намереваясь как можно скорее спуститься вниз и на улицу, но нет. В коридоре отчетливо нарастал топот тяжелых ботинок. И к великому разочарованию беглой четверки, становился он все ближе.

   – Что-то мелкий долго с ними возится, – сказал первый, судя по голосу дожевывая часть ужина. В животе предательски заурчало. – Может, пойти проверить?

   – Зачем? Охота тебе на их рожи смотреть? К тому же, у нас дежурство. Павел с нас три шкуры сдерет, если опоздаем.

   – Точно. Я и забыл.

   – Не удивительно, только о жратве и бабах думаешь.

   – Да пошел ты…

   Остальная часть разговора осталась вне диапазона слуха замерших в ожидании ребят. Они были готовы дать отпор. Ни о какой уверенности в своих силах и речи не шло, но сдаваться без боя никто не собирался. Хорошо, что пронесло. В этот раз.

   – И куда теперь? – шепотом спросила Соня, оборачиваясь в сторону напряженно перебирающего возможные варианты отступления Антона. Сама девушка, чтобы успокоиться, то и дело сжимала рукоять винтовки. Жест, который давно стал признаком нервозности.

   – У выхода должны стоять машины, – после недолгих раздумий, наконец, выдал парень, прикидывая как лучше спуститься на первый этаж. – Если повезет, сможем на них уехать.

   – Кажется, мы уже это проходили, – покачал головой Андрей, пристегивая изъятый медальон на прежнее место. – Так нас с ней и выследили. Машины для них слишком больная тема.

   – Тогда через подвал и выйдем на другом конце города. Пойдем пешком.

   – Ночью? – ужаснулась Алиса, поднимая испуганный взгляд на парня. – Разве это не опасно?

   – А ты хочешь остаться здесь? По-моему, лучше рискнуть, чем задерживаться здесь еще на одну ночь. Тем более, что вряд ли мы переживем ее.

   Больше желания спорить у Алисы не возникло. Она молча поправила лямку дорожной сумки, перекинутой через плечо, и шагнула подальше в тень. Не то, чтобы здесь было очень светло, лампы и люстры они не решились включать, опасаясь быть замеченными, но заходящее солнце все еще освещало город теплыми лучами. Смеркалось.

   – Может, сюда?

   За всеми попытками расслышать, сколько людей ходит за дверью, Соня и не заметила, как Андрей успел прогуляться по небольшой старой квартирке.

   – На этой стороне все балконы смежные. Охрана на крыше есть, но, если перелезать тихо, они не заметят. А там уже по лестнице вниз и на свободу.

   – Снаружи, на улице, их нет? – уточнил Антон, не сразу перенимая решительный настрой товарища. Впрочем, не в полной мере.

   – Я не увидел. Похоже, они надеются на снайперов на крыше и дозор внутри здания.

   – Тогда чего мы ждем? – вопросительно посмотрела на остальных Соня, ожидая хоть какого-то подтверждения готовности. – Согласны?

   – Я высоты боюсь, – тихо сказала Алиса, все еще пряча половину лица за высоким воротом.

   Соня на такое замечание только глаза закатила, первой шагая в сторону балкона. Проигнорированная всеми Алиса только еще больше расстроилась, не зная, как скрыть смущение. Однако широкая ладонь, невесомо коснувшаяся спутанных светлых волос, легко потрепала девчушку по голове. Удивленно вскинув голову, она встретилась взглядом с теплой улыбкой Андрея.

   – Не расстраивайся. Соня временами может быть невыносимой, но в глубине души она неплохой человек. Очень глубоко в душе.

   Сказав это, парень двинулся дальше, не замечая вспыхнувших щек и мечущегося взгляда, то и дело упирающегося ему в спину. Сейчас было не до разговоров, главное – как можно быстрее сбежать отсюда.

   Оказавшись на открытом воздухе, Соня поняла, что переоценила свои силы. Да, в таком месте снайперы не могли их увидеть, если не привлекать лишнего внимания. Балконы действительно были смежными, и пусть перила, как и сама конструкция, были довольно шаткими, вес четырех не особо тяжелых молодых людей должны были выдержать. Единственной проблемой были окна. Во многих комнатах на этой стороне дома горел свет и лучше бы ребятам быть абсолютно бесшумными, дабы избежать лишних вопросов со стороны постоянных жителей этого дома.

   Первым полез Антон. Как человек, который больше всех хотел отсюда выбраться, роль первопроходца он принял пусть и с опаской, но без лишних вопросов. Далее шла Соня. Замыкал их цепочку Андрей, который не только старался не упасть с пятого этажа, но еще и следил за Алисой, у которой не только руки, колени ходуном ходили от страха. Но за спиной она чувствовала опору, потому и продолжала двигаться, стараясь не опускать взгляд ниже перил.

   Все шло спокойно, медленно, шаг за шагом они приближались к последнему балкону, намереваясь вернуться в здание и спуститься вниз. Люди внутри были настолько увлечены разговорами и едой, что не замечали четыре тени, скользящие в сумраке. Теплый воздух и пение певчих птиц, почувствовавших приближение теплой весны, расслабляли и без того поплывшие от алкоголя умы контрабандистов. Ребята так и остались бы незамеченными, если бы не дорожный знак.

   Кому пришло в голову вешать бесполезную в этом мире железку со знаком «СТОП» на балкон пятого этажа – загадка, которая навсегда останется без ответа, зато с ее последствиями мириться приходится четырем беглецам. С диким грохотом знак сперва пошатнулся на ржавом гвозде и, решив, что ему тут все-таки не место, отправился в свободное падение, привлекая внимание сидящих аккурат в ближайшей комнате людей. Мельком взглянув на металлический круг, который теперь косился на него, лежа на асфальте, Антон виновато обернулся на своих товарищей. Соня вообще не поняла, как он умудрился сбить знак. Вроде не такой неповоротливый, но все равно испортил задумку.

   А то, что он испортил им бесшумное передвижение было неоспоримо, поскольку дверь на балкон распахнулась и выбежавший наружу бандит схватил первого, кто попался на глаза. Алиса закричала, пытаясь вырвать руку, но железная хватка не ослаблялась, наоборот, только сильнее сжимая девичье запястье.

   – Действительно думали сбежать!? – зашипел мужчина, затаскивая девушку обратно в комнату. – Они снаружи! Не дайте им уйти!

   Соня дернулась было назад, в попытке помочь Алисе, но Андрей ее опередил, подталкивая вперед.

   – Я сам. Идите, мы вас догоним.

   – С ума сошел?! Ты не выживешь…

   Но Андрей ее уже не слушал. Скрылся за дверями, оставляя Соню наедине с нарушителем спокойствия, который только потянул ее за собой. Казалось, его вообще не волновала пропажа товарищей.

   – Шевелись, давай! Он же сказал – догонят, – прошипел Антон, стараясь как можно быстрее добежать до конечной точки.

   Соня еле поспевала за ним, но взгляд то и дело возвращался к оставшейся открытой балконной двери. Оттуда доносились приглушенные ругань и звук бьющегося стекла, но стоило раздаться первому выстрелу, как девушка оступилась, чуть не полетев вниз. Помог Антон, вовремя схвативший ее за плечо, потянув обратно.

   – Напрыгаешься еще, – пропыхтел Антон, затаскивая спутницу в помещение, одновременно проверяя, нет ли посторонних зрителей рядом. – Ладно, давай вниз.

   – А как же Андрей? И Алиса?

   – Догонят они нас, – уже начиная терять терпение, повторил парень, выбегая на лестничную клетку, тут же начиная спускаться. Шагов внизу не было слышно, а значит они оказались первыми. – Так и будешь здесь стоять?

   – А тебе, я смотрю, совсем наплевать на других.

   И это была чистая правда. Антону было все равно что случится с двумя отбившимися от группы ребятами, его волновала только собственная жизнь. Раздражает. Но выбора у них особого нет, тем более что очухавшиеся снайперы, услышав выстрелы внутри дома, поспешили спуститься с крыши обратно внутрь здания. Получить пулю в спину не сильно хотелось, но внутреннее волнение не отпускало девушку, как бы та не старалась.

   Они достаточно спокойно спустились вниз, лишь однажды замерев в пыльном закутке, дабы разминуться с группой вооруженных людей, спешащих наверх. Чистое везение, не иначе.

   Однако не стоило расслабляться, поскольку внизу тоже должны были быть люди. Не так много, как в здании, все-таки они не рассчитывали, что дети могут сбежать так просто, но их ожидания не оправдались. Оказавшись на улице, первым делом Соня вдохнула свежий, не пыльный и застоявшийся, а чистый, слегка разряженный воздух. Не как перед грозой, скорее из-за позднего часа, но все равно чертовски приятный.

   – Надо торопиться, – дернул ее за рукав Антон, шагая в сторону темной арки. На стоящие перед парадной машины он даже не смотрел. Помнил слова Андрея и повторять одну и ту же ошибку дважды не собирался. – Давай, сюда и там уже переждем до рассвета.

   Но Соня уперлась и, отойдя за угол в тень, впилась острыми ногтями в кожу парня, да так, что тот вынужден был зажать себе рот. Больно, однако.

   – Ты обещал, что мы дождемся их.

   – Я обещал, что они нас догонят, – скидывая чужую руку, зашипел Антон. – Ты их видишь рядом? Вот и я нет, а раз так, то либо мы сейчас уходим вдвоем, либо…

   – Либо что?

   – Либо подыхаете оба.

   Как этот амбал нашел их в такой кромешной темноте – отличный вопрос. Они и стояли-то поодаль от основного здания, так что их голоса точно не могли быть слышны для высыпавших на улицу контрабандистов. Но конкретно этот что-то забыл в таком отдалении от товарищей. Как и двое его друзей, которые загнали пытающегося незаметно сбежать Антона обратно под арку к оставленной спутнице. Красота, не иначе.

   – Далеко собрались? – лицо оставалось в тени, но именно этот голос разговаривал с ними накануне. И теперь он же решил исполнить свое обещание, только чуть раньше ранее обозначенного срока. – А где же ваши друзья? Неужто остались позади?

   – Не твое собачье дело, – когда-то отец говорил ей вежливо общаться с людьми. Когда-то она была маленьким ребенком. Как показывает практика, все имеет свойство заканчиваться, как и лимит «хорошего тона».

   Настроение поиграть со слабой жертвой мгновенно испарилось. Не любил дяденька моменты, когда над ним шутили. Поняла это Соня лишь когда металлический привкус крови забил все рецепторы. Голова загудела, и девушка, от неожиданности, рухнула на землю, держась за разбитую губу. Как будто носа ей было мало.

   – Манерам тебя, видимо, не учили. Ну, ничего, я это быстро исправлю.

   Не быстрее, чем она дотянулась до убранного за пояс револьвера и выстрелила в стоящего за его спиной друга. Без задней мысли, не думая в кого стреляет, она просто хотела выжить. И понимала – не нажмет на курок сейчас, другого шанса не будет. Второй выстрел сделать не удалось – лезвие охотничьего ножа вонзилось в руку, заставляя выронить оружие. Антон успел лишь ранить второго нападавшего, но этого оказалось мало и теперь он лежал рядом с девушкой.

   – А вот это ты зря, – покачал головой мужчина, вытирая кровь о штаны. На погибшего товарища он не смотрел, словно тот был куклой, просто так выброшенной на помойку. Хотя, для него, возможно, все так и было. Лежащий на земле револьвер был поднят и осмотрен со всех сторон. – Держу пари подарок?

   Соня не ответила. Сплюнула остатки крови и злобно посмотрела на стоящего за спиной бандита. Пока он целился попеременно то в одного, то в другого, сделать она ничего не могла.

   Чуть теплое после последнего выстрела дуло уткнулось в лоб, заставляя все внутренности сжаться от страха. Это конец?

   – Наши друзья думают, что мы стреляем по мишеням. Тренировка молодых бойцов, так сказать, – кивнул мужчина в сторону стоящего за спиной юного товарища. – На выстрелы не сбегутся, поэтому даю последний шанс: сдаетесь сами или мы прощаемся прямо сейчас.

   – И что ты хочешь за наше «перемирие»? – спросил Антон. Соня так и уставилась на него, не веря собственным ушам. Он это серьезно?

   Однако мужчина только и ждал этого вопроса. Усмехнувшись, окинул взглядом сперва лежащего на земле парня, а затем перевел взгляд на его спутницу. Дулом оружия поправил выбившуюся прядь волос, словно стараясь придать прическе ее первоначальный вид. Кривая ухмылка озарила его лицо.

   – Договоримся.

   Не судьба была ему договариваться, во всяком случае в планах Сони этого не было. Дернула головой, отбрасывая оружие в сторону, ясно давая понять каков будет ее ответ. Мужчина хмыкнул, снимая револьвер с предохранителя.

   – Как знаешь.

   – Нет, погодите! – вскрикнул было Антон, но поздно.

   В темноте арки прогремел выстрел. Однако Соня была все еще жива. Испуганно смотрела на лежащий за спиной мужчины труп, как и сам не понимающий ничего боец.

   – Это твоя вина, – выплюнул он, буквально вдавливая дуло револьвера ей в лоб, намереваясь отомстить за уязвленную гордость – потерять двух людей в борьбе с простыми детьми не лучшее достижение в глазах товарищей.

   Соня не собиралась закрывать глаза. Смотрела прямо на мужчину, ожидая, когда тот спустит курок. И выстрел действительно прозвучал. Бритая голова неестественно дернулась, глаза на секунду расширились, после закатываясь назад. Левая половина черепа разлетелась в крошки, падая на землю, парой секунд позже накрываемая и телом погибшего. В собственной голове все еще звенел шум выстрела, когда девушка медленно перевела взгляд на мгновенно оказавшуюся рядом тень.

   Андрей. Сидел на коленях перед девушкой, что-то быстро говоря, держа ее лицо в руках. Глаза то и дело метались по ней, выявляя новые или скрытые раны, но ничего не было. Кроме губы. За его спиной неловко переминалась Алиса, также обеспокоенно глядя на все еще сидящих на земле ребят, но подходить не решалась.

   – Ты можешь хоть что-нибудь сказать? – Андрей уже устал как заведенный повторять одно и то же, в надежде достучаться до сознания девушки. – Соня, есть еще раны?

   Она покачала головой, медленно поднимаясь. Губа все еще саднила, но не это сейчас занимало ее голову. Слова. Надо сказать хоть что-то. Показать, что с ней все хорошо.

   Убедившись, что с ней все в порядке и быстро кивнув Антону, проверяя, что он тоже цел, Андрей уже хотел отправиться дальше, в темноту арки, когда понял, что его все еще держат за руку.

   – Ну, что еще?

   Поблагодарить. Сказать спасибо. Все, что от нее требовало. Но как бы она не хотела, слова не никак не слетали с языка, в конечном итоге застревая комком в горле.

   – Ничего.

   Он понял ее. Без лишних слов и громких заявлений. Как бы сильно не пререкались до этого, привычка понимать друг друга с полувзгляда со временем выработалась.

   – Идем?

   – Для начала переждем ночь, а утром уже отправимся подальше из города, – кивнул Антон, косясь в сторону убитой троицы. – Ловко вы их.

   – Командная работа, – пожал плечами Андрей, стукаясь кулаком с разом повеселевшей от такого жеста Алисой. – Основа выживания, верно?

   Трудно не согласиться с таким утверждением. Особенно если подтверждение данных слов сейчас испускало последний дух, валяясь на сыром асфальте в луже собственной крови.

Глава 6

   Пройти четыре сотни километров пешком – решение весьма спорное, странное и крайне нелогичное. Особенно, если учесть, что это расстояние фактически увеличивается еще на треть из-за постоянных обходов непригодных участков дорог и слишком опасных для человека зон. К таковым относились заболоченные местности аккурат вдоль большинства дорог. Из-за выброса химикатов после прекращения работы заводов вода совершенно перестала отвечать минимальным санитарным требованиям, а вместе с ней и близлежащие территории. Пары токсичных веществ появлялись над мутноватой пленкой всякий раз, когда огромные пузыри лопались от переизбытка давления газов, делая воздух вокруг слишком токсичным для легких человека. Особенно, если у вас нет противогаза.

   Антон говорил, что их убежище находится вблизи реки Куеда. Блокпост, возведенный военными в период попыток правительства сдержать распространение инфекции, за несколько лет разросся до размеров небольшого поселения, в котором постепенно восстанавливалась жизнь. Вот только как у всех, у них были свои собственные проблемы и дефициты.

   Кто-то страдал от недостатка еды, кому-то не хватало питьевой воды. В тридцатом блокпосту, в котором и жил парень, наблюдался острый дефицит лекарств. Вот и добывали чудеса медицины как могли. Кто-то ходил в город, в надежде найти еще не тронутую чужой рукой аптеку, кто-то шел на крайние меры. Антон относился к группе последних.

   Дорога выдалась откровенно тяжелой. Еще хуже, чем самые смелые опасения Сони. Похоже, весна опасалась, что лето не сможет порадовать достаточным теплом немногочисленных жителей планеты, потому пыталась заранее компенсировать его недостаток. Солнце категорически не хотело скрываться за облаками, стабильно поддерживая температуру выше средней. Не спасал даже ветер, радостно гуляющий по широтам пустынных дорог – резкие порывы попросту разносили пыль и нагретый воздух, но никак не прохладу, которой так не хватало уставшим путешественникам.

   И только ночами им удавалось хоть немного выдохнуть. Очередной период засухи обещал продержаться еще несколько недель, а значит, спать можно было под открытым небом, не опасаясь промокнуть до нитки.

   Перед сном они обычно разводили костер. На время совместного путешествия припасы стали общими, но Соня не особо переживала по этому поводу. Антон обещал восполнить все недостающее, как только они доберутся до дома. В знак благодарности, если так можно выразиться. Неплохой расклад, учитывая, что им всем необходимо было время на небольшой отдых.

   Последние угли медленно тлели, остывая на прохладном ночном воздухе, но все еще излучая еле ощутимое тепло. Красиво. Соне нравилось наблюдать за угасающим пламенем. Забавно, но оно напоминало ей саму суть жизни – также резко вспыхивает, разгорается, в какой-то момент горя настолько ярко, что озаряет пространство вокруг, а затем медленно угасает, полностью исчезая. И вроде бы и след остается, но он уже никому не нужен. Как и память об ушедших. Также стирается со временем.

   Антон уже час как мирно спал, подложив рюкзак под голову, то и дело бормоча что-то во сне, не скрывая довольной улыбки. Алиса также свернулась калачиком рядом с костром, но все же на безопасном расстоянии. Даже днем она умудрялась мерзнуть, потому ночами укрывалась кофтой Андрея. Тот и не возражал – предпочитал спать в простой футболке, даже так периодически просыпаясь из-за духоты.

   Но в этот вечер они оба не могли уснуть. И если мысли парня оставались для Сони загадкой, то причину собственной бессонницы понять было нетрудно.

   Страх за жизнь отца. Боязнь опоздать или вовсе погибнуть по дороге. Она же хотела спасти ему жизнь, но если не сможет, то снова разочарует его. Как и в детстве, когда тонкие ручонки не желали правильно держать чертежные принадлежности. Виктор тогда лишь покачал головой, выводя дочь из кабинета.

   – Иди, поиграй с Амирой, а я пока поработаю.

   Будто она не знала о чем он. «Не мешай работать, все равно пользы от тебя никакой»

   Не то, что от Андрея.

   Поморщиться ей не дала боль в переносице, которая в последние дни уже не так сильно беспокоила девушку. Однако даже это не остановило поток не самых приятных мыслей. Да, Андрей помогал ей, не раз спасал жизнь, но прошлое редко легко отпускает нас. Вот и Соня не могла спокойно вспоминать все те моменты, из-за которых хотелось кинуть в парня чем-нибудь тяжелым все детство. И даже сейчас.

   За спиной послышалось тихое шуршание – Андрей перевернулся на бок, окончательно засыпая после долгого дня. Оно и к лучшему. Если бы они снова начали говорить, вряд ли это закончилось бы чем-то хорошим. Слишком много неприятных, в какой-то мере неправильных мыслей скопилось в голове, не позволяя здраво оценить ситуацию. Лучше поспать, чтобы утром встать с ясной головой.

   Закрыв глаза, стараясь уснуть как можно быстрее, она не заметила напряженного взгляда светлых глаз, упершихся в затылок. Похоже, не только Соню одолевали двойственные чувства. В какой-то мере это у них общая черта. Семейная, если кто-нибудь осмелился бы назвать их родственниками.


   Это было сродни чуду. Или же огромной удаче. По-другому объяснить тот факт, что они добрались до тридцатого блокпоста живыми, было невозможно. Уставшие, обезвоженные, почти отчаявшиеся не сбиться с пути (а такое было возможно, когда в нескольких десятках километров от конечного пункта Антон вдруг засомневался – правильный ли они держали курс), ребята смогли выдохнуть только когда перед глазами показались высокие стены поселения.

   – А вы неплохо поработали, – присвистнула Соня, поправляя выбившуюся из хвоста длинную прядь. Иногда возникало непреодолимое желание подстричься под корень, но девушка держалась.

   Антон не мог с ней не согласиться. Обычные бетонные заграждения высотой около пяти метров обзавелись бортиками для надзора за гостями этого островка жизни. Колючая проволока украшала края стены, советуя нежелательным посетителям даже не пытаться перелезть ограждение старым простым методом.

   Однако радость от прибытия быстро сменилась нервным волнением – на стене не было дозорных. Привычные позиции часовых сейчас пустовали, намекая на проблемы в организации охраны комплекса. А может и не только в этом.

   – Ворота так и должны быть открыты? – как само себе разумеющееся спросила Алиса, кивая в сторону железных ставень.

   Конечно же нет.

   – Что-то не так, – Антон уже успел достать пистолет и, сняв с предохранителя, пока направил дуло в землю, медленно входя на территорию за воротами. – Мы открываем ворота только в двух случаях: если кого-то ждём…

   – Но они не знали, что мы доберёмся до них сегодня, – продолжила Соня, понимая куда клонит парень. Винтовка перекочевала с плеча в руки. Затвор снят.

   – Или же чтобы люди успели сбежать из опасного очага, – закончил свою мысль юноша, продвигаясь вперёд.

   За стеной этот блокпост выглядел как обычное поселение. Не сказать, что мирное, хотя бы из-за удобных позиций для снайперов, обращенных как кнаружи, так и внутрь стен, но вполне пригодное для жизни. Небольшие домики, выложенные кирпичом, имевшие вид каменных хижин, сейчас пустовали. На земле валялись брошенные вещи, люди явно уходили в панике. Кое-где на стенах виднелись пятна крови. Алая жидкость слегка свернулась, но не потеряла своего блеска. Значит, не так давно тут оказалась. Однако вокруг не было ни души.

   – Смотри, – Соня кивнула в сторону крупного строения, по своей форме напоминающего ангар. – Двери тоже открыты.

   Амбарный замок потеряно валялся на земле рядом, но девушка не из-за него обратила внимание именно на это здание. За единственным пыльным стеклом на втором этаже промелькнула тень. Всего мгновение, но этого хватило, чтобы вновь прибывшая четвёрка направилась в сторону полуоткрытых дверей.

   Тихо. Никаких посторонних шорохов или звуков. Глухое завывание ветра, да скрип не смазанных петель – вот и все, чем приходилось довольствоваться растерянным гостям. Больше всех был сбит с толку Антон. Куда могли деться разом несколько сотен человек он не понимал. Помнил про план эвакуации в случае нападения на жилище, но тогда должна была включиться сирена. Но её не было, что настораживало ещё больше. Не могли же они просто так взять и уйти? В этом нет смысла.

   – Ты уверен, что мы пришли именно туда, куда хотели? – осторожно спросила Алиса, разглядывая просторное помещение. – Может, мы сбились с пути или…

   – Я уверен, – оборвал её речь юноша, недовольно косясь в сторону спутницы. От былого спокойствия не осталось и следа. Нейтральные чувства постепенно сменились раздражением, особенно из-за вот таких частых споров. Алиса всегда поправляла его. По поводу и без, ей всегда хотелось уточнить или переспросить обо всем, о чем говорил парень и это порядком раздражало. – Поэтому и не понимаю куда все делись. Если ты думаешь, что я мог ошибиться с маршрутом, то двери открыты, можешь идти на все четыре стороны.

   – Я же просто спросила, – мигом стушевалась девочка, пряча взгляд.

   – Глупые вопросы лучше держать при себе.

   – Заканчивай, – Андрею первому надоел этот цирк. Чего ради затеяли спор вообще не ясно, что уж говорить об Алисе, при взгляде на которую хотелось немедленно заткнуть Антону рот; слишком много себе позволяет. – Надо же, у вас даже штатные медики есть.

   Проследив взглядом, куда кивнул Андрей, парень мигом кинулся в сторону медчасти. Белая медицинская шапочка с вышитым красным крестом – ручная работа, которую невозможно перепутать с чем-либо другим, лежала на одной из старых коробок, буквально крича: иди в корпус медиков. Как он сам до этого не додумался? Именно медицинский блок охранялся наилучшим образом, исходя из желания защитить раненых.

   Как и остальные помещения на территории, ангар, переоборудованный под местную больницу, был пуст. Брошенные в спешке больничные койки, штативы для капельницы на полу, выбитые окна, которые в таких помещениях были роскошью – вот и все, что встретило ребят, которые надеялись найти хоть кого-нибудь из поселенцев.

   – Куда они могли уйти? – спросила Соня, однако запнулась на дальнейших словах, не увидев адресата. – Антон?

   Но у Антона видимо появилось желание проверить всевозможные укрытия и закутки, потому парень и оставил своих спутников, буквально испарившись из виду.

   – И где он?

   – Может, пошел проверять второй этаж? – Андрей кивнул в сторону лестницы, которая заканчивалась небольшой дверцей, скрывающей еще одно помещение. Мог бы и предупредить, не самая спокойная обстановка вокруг.

   Соня нахмурилась, но ничего говорить не стала. Все-таки ее порядком раздражало своеволие товарища. Сколько бы ему не говорили, в итоге он всегда все делал по-своему. Пару раз это оборачивалось для всей их группы стычками с местными жителями, не желающими видеть чужаков на своей территории и, как следствие, внеплановым бегством. Весьма спорное удовольствие, особенно когда убегать приходится на своих двоих, но у Антона всегда находилось оправдание собственным поступкам. Виноваты все, кроме меня – вот его девиз по жизни.

   Однако подольше подумать о ненадлежащем отношении Антона к окружающим не вышло, поскольку в одно мгновение она лениво наблюдает за тем, как Андрей отодвигает в сторону одну из клеенчатых штор, чтобы убедиться, что они одни, а в следующее уже летит на пол под напором незнакомого человека.

   Алиса вскрикнула, закрывая лицо руками, тут же пятясь назад, с ужасом наблюдая, неизвестный, полностью повалив парня на пол, наносит первый удар. Правда, не слишком успешно – Андрей успел заметить замах и, заблокировав движение, сам успел выбить челюсть оппоненту, на секунду заставляя того потеряться в пространстве. Это дало преимущество. Их позиции тут же сменились и теперь Андрей прижимал к земле нападавшего, приставив к горлу нож.

   Правда, и сам не мог пошевелиться – из-за треклятой шторы вслед за прыгуном появился товарищ внезапного нападавшего, приставивший дуло пистолета к затылку парня. Однако и он не мог пошевелиться. Винтовка Сони предупреждающе взметнулась на уровень глаз второго незнакомца, заводя ситуацию в полнейший тупик. Уступать никто не хотел.

   – Марк, опусти пистолет.

   Парень, намеревающийся вышибить мозги Андрею, никак не отреагировал, хотя просьба явно была обращена к нему. Опускать дуло винтовки Соня также не собиралась несмотря на красноречивый взгляд зеленых глаз. Было бы смешно, если бы не было так плохо.

   – Ты меня слышал?

   По той самой лестнице, которая минутами ранее служила способом исчезновения для Антона, сейчас спускался долговязый мужчина, держа в руках двуствольный обрез. За спиной маячила фигура потерянного друга, с той лишь разницей, что теперь он шел не один. Рядом, крепко сжимая руку юноши, шла светловолосая девушка, которая то и дело тихо нашептывала своему спутнику что-то на ухо. И судя по терпеливому лицу Антона, с которым тот ловил каждое слово, тому, как он держал ее руку, не желая отпускать, Соня понимала, что они некто больше, чем просто друзья.

   – Марк.

   – Пусть сначала отпустит Артура, тогда и поговорим.

   – Для этого тебе надо убрать оружие, – отозвалась Соня, показательно перехватывая оружие.

   – Не раньше, чем твой друг отпустит нашего, – а Марк точно был прирожденным парламентером.

   – Только если ты первый, – усмехнулся Андрей, даже не поворачивая головы.

   – Эй, а мое мнение кого-нибудь интересует? – поднял брови, судя по всему Артур, которому не очень-то удобно было лежать, придавленным весом далеко не хрупкого тела нового знакомого, однако выбора у него не было. – Может, вы все опустите оружие на три? Давайте, раз, два…

   Никакой реакции. Как стояли, готовые спустить курок или резко перерезать горло, так и не шелохнулись. Никакого доверия, хотя чего еще можно ожидать от людей в такой ситуации? Помощь пришла откуда не ждали.

   – Расслабьтесь, это свои, – Антон приблизился к замершим у лестницы ребятам и, коснувшись длинного дула винтовки, несильно потянул оружие вниз. – Они вас не тронут.

   Соня недоверчиво сощурилась, смотря на товарища, но верить ему не спешила. И только взгляд на того, кто изначально просил их успокоиться, если не заставил девушку поверить в их безопасность, то точно убедил, что сейчас можно обойтись без оружия, окончательно заставил ее направить прицел в пол.

   Ее примеру последовал Марк, который, наконец, отошел от Андрея, не сводя с того подозрительного взгляда, но пистолет убрал. Последние участники сего представления поднялись на ноги, помогая друг другу, зарабатывая еще немного положительных очков. Первый успех.

   – Что вы здесь забыли? – действительно, зачем размениваться на любезности? Вот и Марк считал, что это не нужно. – Какого черта ты притащил к нам чужаков?

   – Если бы не они, я бы сам не вернулся, – заметил Антон, впрочем, адресуя свои слова более взрослому мужчине; к вспыльчивому товарищу он подходить не решался. – Они едут на запад, хотят найти…

   – Антон, – прервала его Соня, коротко качая головой. Не нужно знать всем, куда они едут. Тем более, что из всех, доселе скрытых от посторонних глаз помещений начали выходить люди.

   Не военные, многие без оружия, держащие на руках детей или просто не отходящие от близких в страхе, они не боялись сделать шаг вперед не из-за того, что перед ними дети. Лидер этого поселения одобрительно кивнул в знак того, что здесь безопасно, после чего напуганные жители немного расслабились.

   – Идемте, – мужчина махнул рукой в сторону выхода из ангара. – Расскажу вам что здесь происходит. Заодно и познакомимся.

   Соня проследовала за ним, но лишь после того, как убедилась, что идет не одна. Распрощавшись с чересчур уж обрадованным новыми лицами Артуром, парень догнал свою спутницу и, коротко кивнув, занял привычное положение чуть позади. Этого ей и не хватало, чтобы полностью расслабиться, выходя на улицу – чувства, что тебе прикрывают спину.

   Как позже выяснилось, на территорию блокпоста они вошли пусть и через официальный вход, но главным он не являлся. Те ворота были чем-то вроде «аварийного выхода» на случай экстренной ситуации. Теперь же, идя по главным «улицам» импровизированного городка, Соня начинала понимать почему эти люди были в таком страхе.

   Половину стен украшали дыры от пуль самого разного калибра. Наверное, в мирное время, на сколько оно вообще может быть таковым в нынешних условиях, тут довольно шумно. Девушка легко могла себе представить смех детей, бегающих по узким проходам, мешая взрослым заниматься своими делами. Как старшее поколение хоть и ворчало на непоседливую молодежь, но в тайне радовалось, что те не растеряли жажду жить. От того было еще больнее видеть опустевшие дома с выбитыми стеклами. Так, забавы ради.

   – Неделю назад все было спокойно. Никаких конфликтов или столкновений, мы жили как обычно, – начал говорить Дмитрий, глава тридцатого блокпоста. Так он представился ребятам. – Единственное, часть людей подхватили инфекцию в городе, нужны были антибиотики широкого спектра. Антон вызвался сходить за ними к фармацевтическому складу, но пропал. А потом нагрянули торговцы.

   При упоминании этих людей Соня невольно подняла взгляд, до этого обращенный исключительно на землю под ногами. Она не ослышалась? Значит, они на верном пути.

   – Мы думали это просто группа заблудившихся людей, – продолжал мужчина, попутно знакомя их с местностью. – Хотели предложить им кров, припасы, а на утро отпустить. Но они решили поступить иначе.

   – Сколько людей они забрали? – спросил Андрей.

   – Не так много, как могли бы на самом деле, – усмехнулся Дмитрий, но лицо его оставалось непроницаемым. Что бы он сейчас не испытывал, это явно не должно было выйти за рамки собственного восприятия. – Если в общей сложности, он забрали около десяти человек. Все молодые или средних лет. Высоко ценятся на рынке.

   – У них уже были другие заложники?

   Соня не отважилась бы задать этот вопрос сама. Слишком велик страх услышать отрицательный ответ. И за то, что не пришлось ломать себя, девушка была искренне благодарна.

   – Людей мы не видели, – после минутного раздумья ответил Дмитрий. – Но помимо обычных машин, за ними ехал грузовик. Мы не видели, что в кузове, он сплошняком был покрыт железными пластинами, но судя по тому, как трепетно они не хотели его открывать, там явно было что-то ценное.

   Этого было достаточно. Хватило, чтобы Соня облегчённо выдохнула, закрывая лицо руками в попытке унять нервную дрожь. Торговцы бы не стали так трястись над товаром, если бы этот товар не мог сбежать, а значит там точно были люди. И Виктор. Они все ещё могли ему помочь.

   За своими мыслями девушка не заметила, как они дошли до небольшого здания, по типу многоквартирного дома. Обветшалая крыша, кое-где болтались остатки полиэтилена, в который были упакованы стройматериалы, но все равно это было жилье. И, похоже, теперь не только для местных поселенцев.

   – Я не знаю, зачем вы едете на запад, – останавливаясь у входа в одну из квартир, заговорил Дмитрий. – И не стану допрашивать. Но знаю, что перед долгой дорогой вам стоит отдохнуть. К тому же вы привели нашего друга целым и невредимым. Мы должны вас как-то отблагодарить.

   – Спасибо.

   Наверное, он прав. Им действительно стоило отдохнуть.


   – Ты вообще в мишень целишься? Или так, наугад стреляешь?

   С тихим натужным выдохом Соня с трудом подавила в себе желание поменять в качестве мишени банку на голову Андрея. А тот как стоял за спиной сидящей за импровизированной оградой девушки, так и продолжал глазеть на нетронутые жестянки, служившие целью для юного стрелка. По правде говоря, Соня не была так уж безнадежна – шесть из пятнадцати пуль достигли своей цели. Однако общая результативность оставляла желать лучшего, о чем не преминул напомнить девушке сидящий рядом Артурчик.

   Почему именно Артурчик? Да потому что этот пухлый весельчак был любимцем среди местных жителей не только из-за легкого жизнерадостного характера, но также за то, что умел сглаживать углы весьма резкого темперамента своего лучшего друга. Соня еще в первый день поняла – хоть Марк и обладал весьма привлекательной внешностью, вся симпатия к этому парню жила ровно до того момента, пока он не открывал рот. Поскольку одно дело, когда у человека плохое настроение, и он не хочет с кем-то говорить, чтобы не расстраивать собеседника. В случае с Марком, у него похоже на генетическом уровне была прописана потребность портить людям жизнь. И если большая часть людей уже привыкли к особенностям поведения товарища, то вновь прибывшие мириться с весьма грубыми подколками и замечаниями не собирались. Как итог: регулярные зрелища словесных перепалок новенькой девушки и местной язвы, а также редкие физические столкновения парней, когда Марк понимал, что Андрею в принципе-то и все равно на его существование. Стычки эти ограничивались парой-тройкой ударов и в основном прекращались при появлении на горизонте Дмитрия, но парней это не особо останавливало. Да и не сказать, что им самим не нравилось оттачивать навыки ближнего боя.

   На их перепалки Соня особого внимания не обращала, полностью сосредотачиваясь на подготовке к дальнейшему пути. Прежде всего ее волновали собственные навыки стрельбы. Скрепя зубами, девушка все же смогла признаться себе – в чем-то Андрей, как и Артур, был прав. Точность ее выстрелов оставляла желать лучшего, поэтому работать приходилось в усиленном режиме. Пребывание в поселении затянулось на несколько дней, однако никто из местных не выразил недовольства по этому поводу. Раньше Соня не встречала столь крупные общины выживших в мирной обстановке и считала, что выживать в таком большом составе трудно. Слишком много еды требуется для нормальной жизни, больше территории. Всего надо больше.

   Но эти люди смогли убедить ее в том, что не каждый встречный желает вскрыть парочку крупных артерий за банку тушенки. Их радушие, тепло и сопереживание растопили лед в сердце девушки, вызывая невольное желание задержаться здесь на обратном пути. Может, даже отцу здесь понравится. Может, они тоже смогут перебраться на поверхность после возвращения в бункер. Это же так захватывающе: отец и дочь путешествуют по миру в поисках нового дома. Лучше и не придумать. Да, в этом было определенное очарование.

   Однако все эти приятные открытия не могли оторвать девушку от не самых радостных мыслей. И дело было не в потраченных впустую патронах. Время. Даже пробыв несколько дней в безопасном поселении, тратя его на восстановление ресурсов и оттачивание навыков, они все равно тратили драгоценное время, которое могли бы провести в пути. А все потому, что единственный транспорт, который мог достаться двум путешественникам оказался заблаговременно испорчен незваными гостями, дабы избежать нежелательной погони. На починку требовалось опять время, а значит и ребята вынуждены были застрять в безопасной зоне на неопределенный срок.

   – Не спи, – теннисный мячик, не понятно откуда взявшийся в руках Артурчика, прилетел девушке в голову, заставляя вернуться в реальность. – Пока не научишься нормально стрелять, в городе нам делать нечего.

   – Без тебя знаю, – беззлобно отозвалась Соня, поднимая грязный шарик. – Где ты его взял?

   – Забрал у Арчи. Он все равно целыми днями спит, а так хоть нам развлечение.

   – Тебя попросили поиграть с собакой, а ты попросту забрал у него игрушку.

   – Скорее обеспечил полноценный дневной сон.

   Соня только головой покачала, тихо посмеиваясь. Забавно было наблюдать за жизнь под открытым небом. Здесь даже животные были, особенно много собак. Не тронутые инфекцией, дружелюбные, они приносили радость окружающим и лишнюю радость детям. Охранники из них, правда, были так себе, но о приближении чужаков они хорошо сигнализировали, словно чувствуя скрытую угрозу. Одним из таких питомцев был Арчи – гладкошерстный дог, который только своим видом внушал неслабый страх. Но это лишь на первый взгляд. Более добродушной животины найти было невозможно, в чем Соня успела убедиться на личном примере. Арчи ластился, играл и радостно тявкал всякий раз, когда видел по близости того, кто мог уделить ему крупицу внимания. В такие моменты он терял всякий устрашающий облик, больше напоминая крохотного, но сильно заскучавшего среди вечно занятых людей щенка. Не удивительно, что гости блокпоста с радостью взяли на себя задачу развлекать четвероногого охранника, дабы тот не мешал остальным работать.

   – Идем обедать, – взглянув на наручные часы, позвал их Артур, вскакивая на ноги. Пухлые щеки забавно колыхнулись при резком движении, мгновенно покрываясь румянцем, но лишь на пару секунд. – Сегодня должна быть тушенка с гречкой.

   – Ты-то откуда знаешь? – усмехнулась Соня, убирая винтовку за спину.

   – А ты на меня посмотри и все поймешь, – никаких комплексов по поводу не самой худощавой внешности этот парень не испытывал, что не могло не восхищать. Напротив, всевозможные минусы своего тела он умудрялся обращать в плюсы, чем и заслужил столь положительное отношение со стороны окружающих.

   Все приемы пищи проходили в общей столовой, где собирались те, кто не имел возможности готовить пищу у себя дома. Как и в течение всей прошедшей недели, Соня заняла излюбленный стол у окна, чтобы наблюдать за суетящимися снаружи людьми. Артур не ошибся – на тарелке действительно лежала гречневая каша с мясом. Правда, мяса там была одна треть от общей массы обеда, но это не так важно. Что гораздо важнее, пообедать сложившейся компанией им не удалось: Дмитрий пригласил Андрея к себе в кабинет, дабы обсудить их будущую поездку. На возмущение Сони он лишь виновато пожал плечами, посоветовав все вопросы задавать Артуру. Он-то уж точно все объяснит.

   – Так надо, – шикарное объяснение. Очень исчерпывающее и, главное, не оставляющее простора для фантазии.

   Соня склонила голову на бок, ожидая дальнейших объяснений, но юноша был слишком поглощен уплетанием пищи, так что на вопросительные взгляды напротив не обращал никакого внимания.

   – Ты от него ничего не добьешься, пока в тарелке есть хоть что-то, что может переварить желудок, – рядом с Соней приземлилась Надя – та самая девушка, которую держал за руку Антон. Как позже выяснилось, причина такого нежного отношения была проста и одновременно необычна – помолвка. На зло всем внешним невзгодам эти двое решили узаконить свои отношения, именно поэтому Антон спешил вернуться живым. Не хотел огорчать любимую. – А Дмитрий так поступил, потому что привык решать вопросы исключительно с мужской стороной населения.

   – Что за дискриминация? – недовольно пробурчала Соня.

   – Просто вы слишком эмоциональны, – мнения Антона, занявшего место рядом с поглощенным поеданием пищи Артуром, никто не спрашивал, однако парня это не особо волновало. – А мы более стабильны, поэтому с нами проще решать вопросы.

   – О чем они вообще разговаривают?

   – Ваша машина почти готова, – откидывая кусочки мяса в сторону, сказала Надя. – Вот только Марк немного недоволен тем, что Дмитрий отпускает вас просто так.

   – В каком смысле? – нахмурилась девушка. Чем бы Марк не был недоволен, позволять ему срывать их планы Соня не собиралась.

   – Те несколько человек, которых забрали торговцы, – понизив голос, продолжил говорить Антон. – Это ведь не первый раз, когда наши люди страдают из-за набега торговцев. Но Дмитрий не хочет посылать за ними кого-то, так как думает, что это билет в один конец. Не думаю, что он не прав, однако… такая мягкость чрезмерная осторожность однажды выйдут ему боком.

   – Он не прав, – прервал его Артур, отодвигая пустую тарелку. – Нельзя бросать людей только из-за страха неудачи.

   – То есть, ты бы рискнул своей жизнью, зная, что шансы на успех ничтожно малы?

   – Я бы попытался. Но не сидел, сложа руки, зная, что мог сделать хоть что-нибудь.

   – Надя? – но девушка лишь отвела взгляд в сторону, не желая принимать чью-либо сторону, однако ее реакции вполне хватило, чтобы понять – Антон остался в меньшинстве. – Да ладно вам, вы же не серьезно?

   – Похоже, ты здесь один такой, – подытожила Соня, с неким иррациональным удовольствием глядя на притихшего парня.

   – Какой такой?

   – Единоличник, – что бы не происходило с ними дальше, девушка до сих пор не забыла, как легко он оставил Андрея и Алису в ту ночь. Пусть это и была вынужденная мера, но неприятный осадок никуда не делся. – Только без обид.

   – Что ты, какие обиды, – натянуто улыбнулся юноша.

   Разговор явно свернул не в ту сторону. К счастью, Артур захотел поскорее вернуться на стрельбище, дабы еще немного потренировать новую подругу. Соня и не была против, тем более что у нее только-только начало получаться.

   Правда, одним им вернуться на улицу не удалось – еще у выхода их догнала Надя и, подхватив девушку под руку, пошла рядом.

   – Ты что здесь забыла? – прищурился Артур, глядя на идущих впереди девушек. – Твой медблок в другой стороне.

   – Артурчик, иди погуляй немного, – махнула рукой девушка. Из-за того, что он шел чуть позади, Надя не увидела слегка зардевшихся щек и секундного замешательства парня. Но Соня заметила. Однако говорить ничего не стала. Потом у него спросит, когда будет время. – У нас тут женский разговор.

   – Нашла время, – пробурчал покинутый Артур, направляясь прямиком к мишеням, чтобы вернуть их на законные места.

   – Что еще за «женский разговор»? – удивилась Соня, чувствуя необычайный интерес из-за неизвестности. Надя была весьма приятным собеседником, одной из немногих, с кем легко удавалось найти общий язык. Наверное, поэтому и Соня любила разговаривать с ней по поводу и без.

   – Меня тут попросили узнать, – издалека начала девушка, заправляя выбившуюся белокурую прядь за ухо. – Точнее сказать, уже достали с этим вопросом. Твой друг, Андрей. Как мы поняли, вы не встречаетесь, верно?

   – Почему все думают, что мы вместе? – закатила глаза Соня. Надя далеко не первая, кто интересовался их личной жизнью, которой и не было вовсе. Однако других это не останавливало.

   – Может потому, что вы неплохо смотритесь, – пожала плечами Надя. – Ну да ладно, так даже лучше. Один человек очень сильно интересуется, есть ли у него девушка? В смысле, там, откуда вы.

   – Не знаю. Как-то не задавалась этим вопросом. Но я не помню, чтобы видела его с девушками в таком плане. Мы не очень-то общались, живя в убежище.

   – Я думала вы друзья, – слегка растерянно обронила Надя, заставив Соню неловко растянуть рукава длинной кофты. Даже в апрельскую жару она предпочитала носить одежду, максимально скрывающую бледную кожу рук.

   – С чего бы?

   – Вы заботитесь друг о друге.

   – Скорее вынуждены терпеть присутствие друг друга.

   – Вчера они с Артуром уснули в комнате отдыха, так и не доиграв в карты. Ты же укрыла его пледом, чтобы не замерз.

   Черт. Соня-то думала, что ее никто не видел. На самом деле, как бы это не выглядело со стороны, тот жест ничего не значил. Всего лишь жалкая попытка отблагодарить за то спасение в подворотне. Словами она так и не высказала благодарности, поэтому попыталась выразить свои чувства таким образом. Кто же знал, что тайные наблюдатели воспримут все неправильно.

   – Нам еще ехать сколько километров. Не хочу, чтобы в неподходящий момент он не смог разогнуться из-за больной спины.

   – Ты же понимаешь, что оправдание так себе, – выразительно взглянула на нее Надя, заставляя подругу поднять руки в капитулирующем жесте. – То-то же. Значит, спроси. А то у меня уже сил нет выслушивать влюбленные перлы.

   – Для кого хоть спрашиваешь?

   – А то ты не догадываешься, – фыркнула девушка, но наткнувшись на растерянный взгляд Сони, лишь рассмеялась. – Ладно, в конце концов меня не просили молчать, поэтому с чистой совестью объявляю тайной поклонницей мою подругу детства Катю. Ну, и нашу новую юную медсестру.

   – Алиса что ли? Да ну, ты же шутишь.

   Но лукавая улыбка на лице Нади не исчезала, лишь подтверждая догадку Сони, от чего та не знала: смеяться или сразу плакать от смеха. Ладно Катя, эта девушка действительно восхищала своей необычной красотой. Именно необычной. Четкого разделения на нации и народы Соня не признавала, как и большинство людей в нынешнем мире, но все равно с уверенностью могла сказать, что у девушки были восточные корни. Иссиня-черные абсолютно прямые волосы были убраны в высоки хвост, что лишь подчеркивало выразительный разрез глаз. Многие молодые люди засматривались на нее, когда Катя, или как за глаза называла ее мужская часть общины Катерина, шла мимо, но сама виновница взбудораженных фантазий никак на такое внимание не реагировала.

   Другое дело Алиса.

   По мнению Сони, Алиса не подходила Андрею как минимум из-за возраста. Девочке действительно оказалось пятнадцать, хоть и выглядела она несколько старше своих лет. Но все равно недостаточно, чтобы быть наравне с юношей, которому скоро стукнет двадцать три. Да и слишком тихой она была. Не вариант, совсем нет.


   Стрельба – это дело прекрасное, но сегодня дойти до него не удастся никому. Поскольку по дороге к стрельбищу, когда они нагнали обиженного на них Артура, и шли по тихим размеренным улицам, дверь в главный корпус с грохотом отворилась и наружу вылетел Марк. На друзей он даже не глянул. Как и не обратил внимание на голос Дмитрия, который вышел следом за ним. Развернулся по направлению к спальным корпусам и быстрым шагом направился туда, едва не снося проходящих мимо людей.

Конец ознакомительного фрагмента.

   Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

   Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.

   Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.