Чужой Завет. Эссе. Часть вторая

Классику художественного диалога открыл для людей Пушкин сразу в двух коротких произведениях:– Когда Макферсон издал стихотворения Оссиана и Воображаемый разговор с Александром 1, раньше, если считать, что это было раньше, это же сделал Шекспир, до него Гомер и другие, но! Из-за старости, даже древности языка, прошлые тексты с трудом принимаются за Подлинник. Эти люди – Гомер, Шекспир, Пушкин – и есть реальные апостолы Евангелия. Ибо оно и языческие времена сделало христианскими. Книга содержит нецензурную брань.
ISBN:
9785005014382

Чужой Завет. Эссе. Часть вторая

   © Владимир Буров, 2019


   ISBN 978-5-0050-1438-2 (т. 2)

   ISBN 978-5-0050-1436-8

   Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЧУЖОЙ ЗАВЕТ

Часть Вторая

Оглавление в цитатах из текста

   26.10.18

   Энигма Алана Тьюринга. Ибо:

   – А что если писать может только машина, – ась?

   Думать? Тем более.

   – – – – – – – – – – —


   В таком варианте:

   – Как у Войновича, пророчество будущего – это и есть правда о настоящем.

   Как в кино о сочбое Чонкине.

   – – – – – – – – – – – —


   27.10.18

   Вяземский – Умницы Умники

   Жанр передачи выбран Вяземским для почти всех, как:

   – Мечта на всю оставшуюся жизнь, побеждать, побеждать, побеждать в этой битве за образование и открытия.

   А с другой стороны, меня узнает церковь, здороваются сердцами ее стены. Стоит только перекреститься три раза, даже проходя мимо, и не только я, но и сердца их:

   – Нуждаются во мне. – Значит, мои открытия – Верные-е!


   Хотя, может быть, они только помнят, как бабушка водила меня туда за ручку. Но не думаю, ибо я прихожу туда с моими открытиями всегда, ибо они и всегда при мне, и получают не только привет, но и ответ:

   – Да, ты нам нужен.

   Всегда узнаю Иисуса Христа, Апостола Петра и Апостола Павла. И даже им:

   – Я нужен!

   Можно подумать, что я принес что-то, чего у них сейчас нет.


   28.10.18

   Классику художественного диалога отрыл для людей Пушкин сразу в двух коротких произведениях:

   – Когда Макферсон издал Стихотворения Оссиана, – и:

   – Воображаемый Разговор с Александром 1, – раньше – если считать, что это было раньше – это же самое сделал Шекспир, до него Гомер и другие, – но!

   Из-за старости, даже древности языка прошлые тексты с трудом принимаются за Подлинник.


   Эти люди, Гомер, Шекспир, Пушкин и есть реальные Апостолы Евангелия. Ибо оно и языческие времена сделало христианскими, в этом и была цель Иисуса Христа:

   – Сделать мир, способный изменить Прошлое.


   И проверка, которую провел А. М. Бонди на художественным произведением А. С. Пушкина названным:

   – Воображаемый Разговор с Александром 1, – показала.

   Показала именно то, что и должна была показать:

   – Впечатление от автоматического чтения – не совпадает с буквальным, построчечным исследованием текста на предмет именно:

   – Кто из них Что говорил.


   Великолепное достижение, – но!

   Но, значит, автор, извините, пусть он будет хоть сам Пушкин, хоть Шекспир, хоть Гомер:

   – Описался.

   Так бывает-т?


   И получается, что:

   – Только Так и бывает! – что объяснил Иисус Христос ученикам:

   – Видели вы Отца Моего?

   – Ноу, откель! – и:

   Иисус Христос показал им Картину Мира:

   – Видели Меня – видели, значит, и Отца Моего.

   Что значит, Иисус Христос виден только на ФОНЕ Отца, – а значит, искомый вывод:

   – Один из черный, а другой белый, – или, наоборот, иначе этой Видимости не будет.


   Получается, что читатель Воображаемого Разговора с Александром 1 – Пушкина:

   – Автоматически видит, что всё правильно написано, но что именно, может, разумеется, и не понять.

   Как и читатели Шекспира – оппонировавшие Льву Толстому, тоже писатели Тургенев и Фет говорили:

   – Да, – Шекспиру, несмотря на то, что Толстой пытался убедить всех в противоположном.


   Самое главное, что удивляет – это реальность советской власти, засевшая в головах литературоведов именно, как:

   – Правда!


   Просто на-просто по факту Бонди свел мнение Читателя к нулю. Текст должен рассматриваться объективно и независимо его – Хомика – сознания.


   А они только пытались подойти к научному доказательству того, что Яго у Шекспира в пьесе Отелло имел возможность переходить ту Линию Фронта, которая считалась непроходимой, – черту:

   – Между Полями и Текстом художественного произведения, – как:

   – Перешел и предложил перейти ее Иисус Христос Апостолам, передав через Марию Магдалину записку:

   – Встретимся в Галилее.

   И они поняли:

   – Прошлого, – того времени, когда они вместе там пировали.


   И здесь, как у Пушкина в Воображаемом Разговоре с Александром 1, находят тоже самое противоречие:

   – Поперлись, деревенщина, да, но в обратную степь: Через Декаполис, как в Петербург из Москвы через Киев.


   04.11.18

   – Сам Человек должен принять участие, как связующее звено в доказательстве жизни.


   – Я тот, кто будет Яго у Шекспира в Отелло – переход, связующий Моцарта и Сальери – двух сыновей Гармонии, – у А. С. Пушкина.

   Поэтому:

   – И не работали скрижали завета после Моисея, что:

   – Лечь между Ними было некому.

   Ферма заметил эту Связь – никто не поверил, вплоть до самой академии французский наук.

   Шекспир – многие влюбились, а некоторые до такой степени, что даже засекретили все выкрутасы его книг.

   В Пушкина – влюбились, – но: ни-че-го не заметили особливого.

   Посчитали только смесью Гизота с Вальтер Скоттом. А он, как и Шекспир был апостолом Иисуса Христа. Ибо включил Читателя и Зрителя в число:

   – ГЛАВНЫХ героев своих произведений.


   Как Иисус Христос – Человека.


   По сути вся классическая мировая литература – это именно магия Иисуса Христа – человек, живой человек, даже в девятом ряду:

   – Главный герой любой постановки. – Не просто из уважения, что соизволил купить билет на Представление, – а:

   – Без него пьеса просто не состоится.

   Почему и критикуют, то Шекспира, то Робинзона Крузо Даниэля Дэфо, как козла отпущения за 500 ошибок, допущенных его героем, и даже не поделенным на Пятницу.


   – А что делать? – как в очередной раз проинтонировал Михаил Пуговкин в Поднятой Целине, собираясь жениться и скупая всю бутылочную наличность в близлежащей округе оренбургской степи на:

   – Свадьбу, – как Фигаро у Шекспира – или, что у нас еще там, пусть будет Бомарше:

   – Погремушки Исиды, – пробуждающие человека от сна реальности, как Германна в Пиковой Даме А. С. Пушкина, зашифровавшегося под Обуховскую:

   – Инициацию.

   Быть – или не быть, – что тоже самое:

   – 21 – 22 – тройка, семерка, туз – тройка, семерка, дама.


   Что более удивительно:

   – Читатель главный герой художественного произведения, – или, наоборот:

   – Он только пришел записаться в эту библиотеку по абонементу?

   Весь мир романа оживает только в его присутствии, как вода становится дорогим вином на свадьбе, где впервые появился Иисус Христос, – а:

   – Так получается, что даже запрещено ТАК думать! – не зря, не зря принимали на сессии ВАСХНИЛ в 48-м году это постановление против прав читателя оживлять героев романа от спячки, как королевич Елисей мёртвую царевну в хрустально гробу библиотечных полок, – что он:

   – Тот один – единственный, кто только и может идти ВДВОЕМ с Иисусом Христом на Пути, куда так хотел попасть Отелло вместе с:

   – Шекспиром.

   Именно туда, про что написано:

   – Не каждое слово в строку пишется, – что значит, находится между строк, а точнее, есть только у:

   – Читателя.

   Поэтому и написано в Библии:

   – Будете спрашивать, где это, – и:

   – Не найдете.


   И вот это:

   – Где написано, – назвали наукой, а то, что ей занимается человек – не имеет значения, – и роботы могут.

   Как быть с художественной литературой? И ответ, до ужаса ничтоже сумняшеся дэзодорируемый:

   – Как Пикассо нам не нужен, так и это только иво же:

   – Финти-Плюшки.


   Очевидное прямым текстом объявляется, как Невероятное.

   – – – – – – – – – – – —


   04.11.18

   Радио Свобода – Поверх барьеров с Игорем Померанцевым. Проза Николая Лескова в музыке Родиона Щедрина

   Говорится про Блоху, которую подковал Левша, и с первого взгляда это значит только:

   – Заставь дурака богу молиться – он и лоб расшибет, – но слишком уж часто повторяется эта попытка Левши быть не хуже англичан.

   Трудно найти в его действиях позитив, так как днем, сегодня же было по телевизору показано, как собирают в Англии Роллс-Ройс – превысить кропотливость его сборки – невозможно. Спрашивается:

   – Что мог внести в усовершенствование сборки Роллс-Ройса Левша, – если предположить, что это всё-таки возможно?

   Вот только то, что говорится дальше в передаче про перевод стихов, что это также трудно, как распустить вязаную кофточку, а потом из нее сделать усовершенствованную, но:

   – Такую же.

   Пример с распусканием кофточки неверен, ибо перевод делается не так, а как это обозначил Алан Тьюринг в фильме Энигма:

   – Знать для ее расшифровки, как оказалось, надо только:

   – Чертов хайль гитлер.

   По сути дела: видеть то, о чем идет речь. И, следовательно, подкова блохи – есть указание, что у этой блохи не в танце суть. – А:

   – Именно вот этот самый чертов хайль гитлер непереводимого перевода.

   Ибо, да, машина Роллс-Ройс очень сложная и состоит из невообразимого количества деталей и большой кропотливости их доводки, – но для человека, чтобы поверить в бога достаточно:

   – Подняться на Сцену, – одолеть которую не решился царь Агриппа.

   Предполагается, следовательно, что сплясать можно и в партере, а вот попасть в кунсткамеру, как на:

   – Сцену, – может только блоха подкованная, ибо неважно, что не прыгает, так как и Подсолнухи Ван Гога – тоже:

   – Могут менять свою конфигурацию, но именно там, где это и только важно:

   – В голове человека. – То это лицо красавицы, то игрушечный мишка, которого кусают глазастые монстры, лица, находящиеся между лиц.

   Собственно, то, что сделал Левша – это тоже самое, что Пушкин написал:

   – Звенят кавалергарда шпоры, – которые при таком – как обычно имеется в виду – наличии, как заметил?, вообще не дадут танцевать – порвут платье.

   Шпоры кавалергарда, как и подкова блохи – это именно то невидимое, недоступное пониманию человека, как шифр Энимы, который может расшифровать, как сказал Тьюринг:

   – Только машина, – Медиум, посылающий поэту уже готовые ответы.


   Почему и ошибаются те люди, которые пытаются сопоставить События После Воскресения Евангелия с:

   – Возможной их реальностью, – ибо это невозможно, как невозможно самому расшифровать код Энигмы, а только с помощью машины, которой является Посылка:

   – Прошлое находится не сзади, а впереди, что Настоящее для того и существует, чтобы его – прошлое – увидеть, а не:

   – Наоборот, – что мы уже так далеко ушли от старта нашей ракеты с Другой Земли, что может только квакать и крякать:

   – Как Бы Это Могло Быть, – наоборот, для того и останавливается Мгновенье подковой блохи, что:

   – Бежать уже некуда – всё здесь: и поля, и их текст.

   – – – – – – – – – – – —


   Как грится:

   – Ну-у, вы же ж не боги – можете и ошибаться.

   Простой ответ, почему не ошибаются в Голливуде:

   – Ибо, да, мы не боги – вы:

   – Да.

   И имеются в виду всегда Зрители.

   Здесь установка:

   – Считайте за счастье, что вам это показывают.

   – – – – – – – – – – – —


   Каю Маю и Фидю Эю с помощью Ле-Шева распространили на русский народ недопитие, что:

   – Существуют вместе Новый Завет и Ветхий – тозе.

   Развели, как бандиты чистого Шекспира и Пушкина земной смолой коррупции такой невиданной степени, что, конечно, никто не поверил, – но:

   – Догадаться заставили, в конце концов, – что:

   – Ветхий Завет вошел в Новый, как составная часть, – и, следовательно, больше не бывает не только здесь, но и в самом Израиле.

   Вопрос:

   – Что же осталось? – имеется в виду, здесь, в России.

   Вот как раз сейчас смотрел перечисление фильмов в ВХС переводе и последним на странице попался:

   – Нечто, – а:

   – Похоже, по названию на местную прохиндиаду.


   Правда, они сами в тайниках своих кабинетов думают, что:

   – Авось, это и есть тот ветхий завет, который все забыли, – но:

   – Несмотря, несмотря на то, что сослали отсюда на Запад всех философов, многие – или пусть некоторые, интуитивно понимают:

   – Ветхого Завета уже нет! – но:

   – Это слабое утверждение, ибо он находится в Новом, который изменил ВСЁ, в том числе и Ветхий Завет, – однако:

   – Не меняя его по содержанию, с виду, а самим своим присутствием, – оказался:

   – Намного больше.

   – – – – – – – – – – —


   05.11.18

   На филологическом факультете проходят такие!

   – Пендаля. – Следовательно, не в литературе дело, а во взгляде на окружающую мир:

   – Два раза, – действительность, а здесь – обращением к себе на ТЫ – делается именно сокращение мира до его полного невидения.

   Недаром американцам делать так просто запретили самим языком. Там можно только уважительно, через посредника, через Поля:

   – Обращаться к себе на Вы.

   Ибо еще Вам только предстоит узнать к кому вы обращаетесь в роли:

   – Я.

   – – – – – – – – – – – – —


   12.11.18

   РС – Поверх барьеров – Иван Толстой и Талалай, по-моему, в этих передачах друг с другом придумывают сознательно дезинформационную историю.

   Если не иметь в виду, что нам предоставляется возможность дать такую оценку.


   Тем не менее, не слушать Радио Свобода нет смысла, так как и всё, что нам:

   – Доставляется – заведомая ДЭЗА.

   Информация, как сказано в Евангелии, меняется еще на подходе к Земле. И:

   – Сколько надо лететь на космическом корабле, чтобы выйти за границы вранья?


   14.11.18

   Литература не меньше, чем физика зомбирована абсолютным не соображением, что такое Теория Относительности, – а это значит:

   – Нет, абсолютно нет понимания, что художественный текст Отличается от текста статьи принципиально.


   Люди живут в Подземелье – мир Литературы выше.


   15.11.18

   Удивительно, почему люди не верят тому, что видят – как Ван Гог, например, с:

   – Натуры, – а считают наоборот, что Этого не может быть?

   Как картина Подсолнухи, например, на полотне, как Два Веронца на корабле, – а передвигаются по суше, как по морю.

   Почему не считают Море и Сушу таким же условностями, как театр и сцена.

   Почему не могут поверить, что Пенелопа вместе со своей служанкой разыгрывает спектакль перед читателями, а не перед женихами?

   Почему верят, что она должна быть верна Одиссею, если обещала? Ибо она вполне может быть верна в созданных для нее в условиях, однако:

   – Сцены, – как:

   – Каждый претендент на ее руку и сердце приходился для нее в его роли, в роли Одиссея!

   Но я другому – так сказать – отдана, я буду век ему верна.

   Но другой – это именно и ни кто другой, – как:


   – ТЕАТР


   Или, что тоже самое Евангелие, – как Сцена, возникшая по хотению Бога на бескрайних полях Ветхого Завета. Которую евреи не замечают, видимо, специально по Указу, как по приказу:

   – Держите Занавес так, чтобы на нем были видны происходящие в Евангелии события.

   Занавес, здесь имеется в виду: экран кино, на котором расположилась великолепная Семерка – в следующем сеансе Три Мушкетера, потом – только потом уже, авось под утро только можно узнать Роберта Джордана с, – в натуре:

   – Ингрид Бергман.

   А некоторые, вот до сих пор продолжают спорить, чтобы это была дева Мария, – только пославшаяся вместо себя эту Хемингуэй-ев-скую партизанку, ибо сама, как бессмертная:

   – Не могу!


   Почему, следовательно, литературные критики – если они вообще бывают – верят тому, что происходит на сцене, и не верят тому это:

   – Правда.

   Пришел, так сказать, облился слезами над вымыслом, ушел домой, проспался и написал:

   – Только приснилось.


   Ужасает только одно, нет, конечно, не звездное небо надо мною, и не моральный закон во мне, а то, что против них:

   – Неба и Морального закона, – работает, однако, целая армия литературных критиков, – или:

   – Что у них есть еще там.

   Ибо, какую советскую книжку ни возьми – художественную, имеется в виду – просто песня, радующая душу, находится перед ней в виде предисловия-разъяснения:

   – Мир явно двойной, – так как в книге можно понять одно, а перед ней написано, что это:

   – Сов-сем-м другое.


   И это гораздо большее веселье, чем испытал Колумб, наконец, заметивший впереди что-то наподобие Америки:

   – Там – в Предисловии – даже больше, чем в Америке – живут совсем другие люди!

   Они, конечно, и в книге такие же, но мы-то думали нет, они хорошие на самом деле, так как только иногда ошибаются, а вообще-то правы завсегда.

   Поэтому:

   – Самой выдающейся советской литературой считаю Предисловия, написанные к художественным книжкам. – Слезами нельзя облиться, зато можно так возрадоваться, что истина по Канту находится:

   – Во мне, – как и разгадке этой же мысли в действиях реальности в произведениях А. С. Пушкина Воображаемый Разговор с Александром 1 и Когда Макферсон издал Стихотворения Оссиана.

   Потом в Повестях Белкина – то же самое, в Капитанской Дочке, Дубровском и всех остальных – именно:

   – Женитьба Фигаро, – который не только сегодня здесь, а завтра там, но и – что изумительно:

   – Практически одновременно.


   Книги Пушкина – это именно Код Войнича, где всё сказано – но:

   – Без пропедевтических разъяснений, – что значит именно в:

   – Подлиннике, – увидеть который просто так нельзя, – а только:

   – Вооруженным глазом.


   Микроскоп и телескоп должны уже быть в Человеке, – как говорил Лев Ландау, иначе удача и то не поможет понять Теорию Относительности, – как ни жалуйтесь, что ее и понимают-то только пять человек в мире:

   – Сам человек – это уже телескоп Евангелия – поверить в сие не в состоянии.

   – – – – – – – – – – – —


   17.11.18

   Пропускается мимо ушей простая ведь, пропускается Очевидность, как правда:

   – Своё личное мнение, – ибо Читатель видит связь между словами Героя и словами Автора, так как пользуется этой связью для понимания того, что написано в книге, – но!

   – Ладно, хрен с ними Автором и Героем, – пусть они между собой развлекаются, но вот этого КОГО ЕГО:

   – ЧИТАТЕЛЯ – самого главного героя произведения – ни за что не пустим на порог, – а:

   – Именно он, Читатель, и является для автора и героя произведения – один из которых Клеопа – именно:

   – Иисусом Христом.


   А тут:

   – Говорят, что сам Человек и есть критерий, мерило истины! – тогда, значит, констатируют:

   – И нет никакой истины. – Ни хрена не понимают, о чем говорят, противопоставляя Человека Иисусу Христу, – ибо:

   – Увидеть Иисуса Христа на Пути в Эммаус, – к Вере, может только человек.

   Почему он и мерило, а если нет, то Иисус Христос и:

   – Не виден вообще и в частности.


   18.11.18

   – Это мой лес! И я буду в нем охотиться, как охотились мои предки:

   – Ньютон, Ферма, Риман, Лобачевский, Эйнштейн, Ландау, Шекспир, Пушкин, Галуа, Шимура и Танияма, Малевич, Ван Гог, Пикассо.

   А еще раньше Иисус Христос и Апостолы Петр и Павел, первыми вышедшие – хотя и по карте, переданной им, как подарок Иисуса Христа, Марией Магдалиной – на дорогу, где всегда идут Двое:

   – На Пути в Эммаус.

   – – – – – – – – – – – —


   24.11.18

   И вот Две Скрижали Завета – это и есть заповеданная нам Машина борьбы со злом, – а не даже:

   – Скока будет два плюс два, умноженные – даже вместе – на два.


   И действительно, они положили себя на конкретизацию Нового Завета, как вставшие специально под огонь:

   – Артиллерии Разума.

   Вот этих самых Двух Скрижалей Завета.

   – – – – – – – – – – —


   03.12.18

   Поэтому не внутри происходит победа, – а:

   – И на Земле, и на Небе.


   И на Земле, как на Небе – означает не пусть будет хоть когда-нибудь, – а именно:

   – Провода Связи Земли с Небом – Иисус Христос протянул!


   04.12.18

   Ферма оставил именно это завещание:

   – Я доказал Теорему, но на Полях книги Диофанта Арифметика, мне не хватило места, чтобы привести его полностью.

   И так как Диофант написал – за две тысячи лет до Этого:

   – Разделить квадрат на два квадрата, – то запись на полях его книги, сделанная Ферма, означает:

   – Есть связь между этими двумя текстами! – И именно поэтому уже никакая другая степень – разделиться не может – деление мира пополам происходит уже здесь, на этой последней стадии.


   И эта машина именно Театр. А не просто бабушкины сказки в него переложенные. Новый Завет.


   И действительно, как это можно любить обоих, если и одного не часто получается?

   Как любить Обоих объяснил Иисус Христос, когда ученики на Его вопрос:

   – Видели ли вы Отца Моего, – ответили вот также:

   – Сцены Театра в голой степи, пусть и есть она самая раз-Донецкая – не наблюдали, – мил херц.

   – Если вы видели Меня – видели и Отца Моего, – ответил Иисус Христос.

   Так как в Новом Завете есть принципиальная разница по сравнению с Ветхим Заветом:

   – Всегда – как у Бенедикта Спинозы, что человек придумал бога, – есть:


   – ПОСЫЛКА

   Как у Земли Три Кита.


   Иисус Христос – следовательно – виден только на Сцене! – Театра, которым является:

   – Бог.

   Просто так, невооруженным глазом – не обнаруживается.

   Почему Его иногда и теряли из виду Двое на Пути в Эммаус.


   08.12.18

   – Времена связаны, – что значит, фундаментальный принцип:

   – Правка текста идет дальнейшим и предыдущим текстами.


   10.12.18

   Евангелием Бог дал эту возможность Человеку:

   – Быть точным.


   Пушкин неоднократно продемонстрировал, что оба письма:

   – И Бога к Человеку, – и Человека к Богу:

   – Находятся в Одном письме.


   11.12.18

   – Не хлебом единым будет жив человек, но и формой его подачи Господу Богу.

   – – – – – – – – – – – – —


   11.12.18.

   По тексту – Солженицын – это и есть прямая советская власть – форма отсутствует. Говорится – имеется в виду – пишется так, что лучше и не надо, а так и оставить всё.

   – Где?

   В До-сотворении мира, – только. В хаосе. Следовательно, Хаос – это и есть то, что не имеет Формы.

   Тут надо было написать не с Дубом бодался теленок, – а – нет, не с Хаосом, – а:

   – За него!


   12.12.18

   Ибо Новый Завет – это разделенный пополам Ветхий Завет.


   Разделенный, однако, по Великой теореме Ферма, по Королю Лиру – и другим произведениям – Вильяма Шекспира, по Джонсону и Макферсону Александра Пушкина и его же Воображаемому Разговору с Александром 1.


   Говорятся слова:

   – Образ Героя, – но! Его не может быть, так как Герой и Сцилла и Харибда, и не одновременно, а по очереди – уловить это их единство удалось только Одиссею многоумному – остальные – их нету.

   Ибо Герой Романа – это ТРОЕ – Макферсон и Джонсон и их объединяющий обман в лице Читателя.

   А также Пушкин и Царь – тоже самое, возможны, как герои романа, только взявшись за руки, как друзья с Гулливером – Читателем!


   А тут:

   – Героем становится сам писатель, – а:

   – Когда думали хоть кто-нибудь иначе?

   Но в том-то и дело, что такой ответ второстепенен – ибо настоящий Герой – это именно не бог, – а:

   – В Его роли Человек, – переводимый в Книге, как ЧИТАТЕЛЬ.

   Он – как мог сказал Высоцкий Шарапову – единственный и неповторимый свидетель для всех времен и народов, так как только Он и оживляет их мертвые, павшие с смертельной битве, тела.

   – – – – – – – – – – – – – —

Эпиграф


Вы знали, из какого сора растут стихи?

   Почти Ахматова

Чужой Завет – продолжение 20.10.18 – 25.12.18

октябрь

   20.10.18

   Радио Свобода – Культ личности. Блаженные изгнанные правды ради. Александр Галич.


   Хорошо Велихову: он рассказывает только о хорошем. Ну, почти. Хотя, мэй би, только:

   – Часто.

   – – – – – – – – – – – —


   20.10.18

   Галкин и Меньшова

   Много разных звезд показывается, орут прилично, – но!

   К Алле Пугачевой никто даже не приближается.

   Есть какая-то зацепка за талант у Наташи Королевой, – но Пугачева для нас, как Карузо, даже больше:

   – Люди изумлялись реальности ее существования, – не говоря уже о пении.

   Люди на глазах менялись, когда она пела.

   И Галкин, сволочь, это тоже заметил, и:

   – Взял себе, – что с него спрашивать.


   Как-то давно показывали ее в детстве, лет 12—14 – обычная деревенская телка! Козам хвосты заносить, и надо же в такой длинноносой рыжухе – такая выразительная душа! Заодно с гландами величиной с полумесяцы.

   – – – – – – – – – – – —


   21.10.18

   Высоцкая – Едим Дома

   Что нужно человеку, чтобы быть?

   Нужно ли обязательно быть счастливым?

   Счастлива ли вот та милая белая собака, которая бегает – нет, не по саду-огороду, по площади, усыпанной осенними листьями? Думаю, она показывается, как доказательство счастья.

   Разнообразный обед и даже завтрак, собака, жена – что еще надо человеку, чтобы забыться и заснуть?

   Только отсутствие веры в происходящее, что, мы, рюрики, зачем-то еще пасемся здесь, на Земле.

   Какая была Русь до порабощения ими, такая же, или, как Америка, с желанием жить своим умом только наполовину?


   Не видно гонки за бессмертием, или Кончаловский и Она думаюn:

   – Бессмертие потому и неуловимо, что:

   – Стоит на месте?


   Вот сейчас Шварценеггер играет роль в фильме Правдивая Ложь в переводе Гаврилова, где жена нарочно его обманывает, чтобы он хоть когда-нибудь пригласил ее в ресторан, – и:

   – Можно думать, что такой же в общем-то дурак, как и Джим Кэрри, – но!

   Но в том-то и дело, что Шварценеггер играет ПРАВДУ.

   Ужасную, а не смешную правду, что и написано в Библии:

   – Человеку СВОЙСТВЕННО ошибаться.

   Иво очень легко обмануть. Но вот, зачем – толком всё равно непонятно, ибо:

   – Господи, – как он страдает-т!

   Что опять неправильно сосчитал карты.

   – – – – – – – – – – —


   Говорят, что вам:

   – Хорошо иметь машину без коробки автомат! – И знаете почему?

   – Любишь кататься?

   – Есс!

   – Люби и саночки возить.

   В притче, которая существует в Евангелии исповедуется обратное:

   – Приперся с поля, как работник – так и работай, прислуживай за столом, когда хозяин будет отдыхать.

   Можно думать, что это непосильная – почти на краю – нагрузка для хомо, и так-то изнывающего от недостатка счастья. – Но!

   Именно за это обслуживание вне очереди и дается человеку коробка-автомат, – что значит:

   – Человек согласился-попросил, чтобы бог всегда был рядом, даже вот уже за столом, когда он только приперся с яботы усталый и промокший до нитки, – иначе, мил херц, некому будет включить ни противотуманные фары на вашей тачке, ни уж тем более, поддержать вас в покупке машины:

   – Достойной Такого умного человека, как вы, на вид – можно подумать:

   – Работающего больше, чем бог, который только был на пашне, а тут уже первый за столом, а вы и тут ему:

   – Не беспокойся, мил херц, я готовить умею-ю.

   Ибо и:

   – Коробки-автомат не у всех стоят.


   Потому и говорится:

   – Ноша моя легка, как трехкомнатная квартира у Михаила Булгакова по сравнению с Владимиром Высоцким:

   – На 38-мь комнаток всего одна уборная, – и, разумеется, без автоматического иё спуска, как наблюдал Однажды в Америке Роберт Де Ниро, сидя сам в этом туалете, когда она пришла, еще не зная даже про положенное ей за это красивое пирожное с ягодкой наверху.

   И стоит только с нее начать, с этой ягодки, как уже ясно:

   – До чего же вкусно, что и эту Мелодраму недолго потерять, и еще более того, найти, когда не только похоронный ящик заказан, но всё, что было нахграблено непосильным трудом:

   – Пропало же ж безвозмездно.


   Поэтому нельзя оглядываться, кто уже за столом сидит, а кто – как я – опять-двадцать пять:

   – Прислуживает, – но, разумеется, не как здесь после 16-ти часов в поле, и 14-ти на ферме, – наоборот, ибо я всегда их от большого волнения путаю.


   Одним словом:

   – Не только нет автоматизации труда, но и не предвидится, т.к. даже в план, – и то:

   – Не ставят.

   И даже один парень – К. Маркс – открыл почему:

   – Не только нет, но и, главное, не та прибавочная его стоимость.

   Чем не та?

   А вот именно тем, милый друг, что ее нельзя приватизировать в пользу государства, – она всегда, как и тачка, двигающаяся на коробке-автомат:

   – Всегда Своя.

   – – – – – – – – – – – – —


   Как ни покажут по телевизору корректоршу – так все они просто:

   – Тетки с рынка, продающие семечки.

   Спрашивается:

   – Когда провели им такое крыло-обрезание: при рождении еще, при воспитательных проце-дурах в школе, и далее, – или всё-таки эта:

   – Махи-Нация делается еще более загодя, – что к нам посылают откуда-то дур и дурак-офф, – а спрашивается, зачем, господи:

   – Я так и не могу до сих пор понять.

   – – – – – – – – – – – – —


   В романе Ганнибал у ворот – 4 – Агент под прикрытием написано на 44-й странице про запись на Диске у Роберта Де Ниро.

   Выходит – это тоже самое, что и ответ Апостола Павла, когда ему сообщили:

   – Не надо ходить в другой город – там тебя ждут, чтобы убить, – и он ответил:

   – Я хочу умереть за Господа, – и пошел. – Ибо:

   – Это и была цель – его Галилея.

   И читал он лекции только:

   – На Пути к Ней.


   Поэтому удивление, всех: и нас, и тех, кто советовал Апостолу Павлу не ходить в Тот смертельный последний поход в город, – которого нет, означает:

   – Мы всё-таки видим ту невидимую невооруженным глазом черту в пространстве и времени, которая их отделяет, – как:

   – Путь в Эммаус – есть сама:

   – Цель.

   – – – – – – – – – – – —


   Радио Свобода – Итоги недели

   Слава Тарощина говорит:

   – Бумер будет похлеще Голливуда.

   Но! Совершенно очевидно, что это две совершенно разные противоположности, – а:

   – Рашен комментатор-ши, – так, как и было всегда – ни бэ, ни мэ, ни кука-реку в делах местной производственности.

   А Голливуд для них – Пещера Соломона с Царицей Савской:

   – То ли была, то ли только недавно приснилась.

   Почему они не идут на завод табельщицами, а даже ползком лезут туда, куда их даже Макар в качестве коз не гонял – всё-таки не ясно.

   – – – – – – – – – – – —


   Радио Свобода – Игорь Померанцев – Блатная песня

   Синявский говорит:

   – Странно, за что любить эти песни, где говорится о каких-то мразях, – но!

   – Кто же тогда хорошие? – газетные советские репортеры и т.д., – ибо:

   – А кто ее-то, если больше никто ничего вообще и даже в частности не писал.

   Поэтому и получается, А. Т. – Синявский не оговорился в этом объяснении, а очевидно, что сам из другой породы, из них, из:

   – Стукачей, засланных на Запад в качестве опальных людей, очень уж возлюбивших свободу.

   Какая может быть свобода с такой беспробудной тупостью. Смех, не более.


   Русским не оставили ничего другого, кроме блатной песни, за автора которых принимали и Высоцкого.


   Сейчас исполняется песня про Окурочек, и смело кем-то из известных закулисных литераторов присвоенная себе, – но, как говорится:

   – Прием известный – мистификация, как разрешенный прием в искусстве, – то в данном случае, он никак не вписывается в творчество этого автора.

   Через чур наглый для такой жалостливой песни.

   – – – – – – – – – – – —


   По Иллюзиону идет фильм с Sweet and Lowdown с Шоном Пенном – Высокий и Ниже Нижнего, или: Сладкий и Супер-горький. Ужасает абсолютное непонимание людей – переводчиков – проходящего перед ними мира. И только по одной причине:

   – Не включают себя в этот мимо-летный мир, – думают, что находятся во время перевода в Зазеркалье.

   Но, пожалуй, еще более удивительно, что в 90-х появился VHS перевод, – как:

   – Чудо.


   Удивительно, что советские переводчики считают себя не участвующими в события кино. Ибо:

   – Кто же его смотрит?

   – Но разве кино от этого меняется? – Ответ:

   – По крайней мере начинает существовать.


   Удивительное противоречие. Видимое находится настолько близко, что его называют несущественным.


   Переводчик считает себя именно Сладеньким, но должен быть:

   – Согнутым в три погибели.

   По крайней мере, в две: часть в фильме, как герой, часть, как зритель в кино.

   По сути дела, переводчики – чтецы перевода – приходят на работу, и:

   – И ни хрена не делают.

   Это в принципе их дело, но выдавать воздух за сладости и даже за говно уже:

   – Все очень, очень бэд.

   – – – – – – – – – – – – – —


   23.10.18

   Радио Свобода – Поверх барьеров с Иваном Толстым. Алфавит инакомыслия – Сергей Ковалев

   Всё, что говорится – липа. Ковалев, очевидно, да, правозащитник, но:

   – Только официальный.

   Чего стоят только одни его слова:

   – И коммунисты и беспартийные, как взятые к руководству в действие у Ле на всю оставшуюся жизнь.

   Тогда, как партийные – это совсем другие люди – ибо речь идет не об отдельном человеке, как, например, могла идти о Гайдаре, а о массе их – депутатов и простых орденоносцев.

   Человек носит не только на руках – на груди орден, как ордер бывает иногда в фантастических фильмах про большие ужасы, – что он, мама мия:

   – Уже из-менился-я!

   Ибо дураками рождаются только некоторые.

   Следовательно, каким ни есть от рождения дурак – он всё равно должен пройти, как минимум:


   – Некоторые фильтр-ры-ы!

   Почему после этого он и начинает махать лапай и дергать губами и носом в сторону, в неестественном для него – носа или уголка рта – направлении.

   Необязательно – как бывает иногда показывают в американских боевиках – надо убить ребенка прямо на ходу из машины, чтобы доказать свою приверженность именно НЕ:

   – Человеческим идеалам, – а так как родился всё-таки почти человеком, то и надо показать, что можешь от, от этих человеческих замашек избавляться.


   И первая из таких способность – это вранье, оголтелое вранье, как только форма чтения лекции, и лучше всего лекции, о праве хомика на свободу.

   Оно, конечно, их и не могло быть, правозащитников на виду, как и было отпарировано Юрием Кублановским про Метрополь, что все они вообще-то и даже в полной их частности:

   – Стукачки, – что, да, конечно, так как:

   – Тогда нельзя было иначе не только писать, но и вообще говорить ничего, кроме:

   – Моно я када пайду за хлебом куплю и побольше кильки соленой, – и так это важно продолжить:


   – Например, полкило. – Всё, ибо остальное уже антисоветская пропаганда.

   Многие этого, правда, не знали, думали, так и надо, говорить поменьше попусту, как Никита Сергеевич Хрущев и Леонид Ильич Брежнев, которые только для этого и веселят народ ведрами сороковыми, снятых с себя до последней нитки ботинок, ведер красной, а иногда и черной игры, про которую хорошо сказал в Белом Солнце Пустыни Луспекаев, что, мол:

   – Она, как и ты, мне и дома надоела, – пойду воевать за Красную Армию, ибо ждать, когда призовут в солдаты, чтобы пойти восстанием на Тухачевского или еще какого генерал с газами и не только в жопе, но и на вооружении, – уже не могу.

   – Почему, мил херц?

   – Боюсь от счастья зарезать хоть одного из тех павлинов, который очень, очень, очень, – а:


   – Все равно же люблю-ю проклятых.

   – Больше жены, Василь Иваныч?

   – Да уж естественно, ибо помню, была Анка, но и то с одним ишаком сбежала.

   – Со мной, Василь Иваныч.

   – Ты не Петька.

   – Да?

   – Да, ибо я его убил намедни, и не один раз, – как и:

   – Товарищ Ковалев – никогда не видел демократию даже в глаза, не говоря уже том, чтобы убить ее на корню будущего 91-го года.


   Все эти Метрополи и Метрополи имели одну общую цель:

   – Будешь хорошо себя вести – и ты будешь это есть, – а в другом метрополе:

   – Тоже, но пошлем тя в Америку, их агитировать за наш агитпроп.

   Можно резюмировать так:

   – Василь Иваныч – Сергей Ковалев агитирует за Советскую Власть, что она – в принципе – хорошая, только надо сами-то вам ишакам тозе:

   – Соблюдать законы.


   Что и значит:

   – Почему нет? Да потому, что и не надо, дорогие вы мои, хорошие-е.

   Вот Хлестаков, когда говорил правду – врал так же с душой – чтобы уж всего себя отдать этому делу анатомии человеческой натуры, попавшей, как в капкан в такое обчество, что от него ни в чем не будет отказу:

   – Хочешь лови слабоуловимых микробов – а можешь и людей обманывать – выбирай-й. – Или, что тоже самое:

   – Иди, вон, полай, как Хлестаков – тебе и легче станет от перегрузки в энтом полете не без страха и упрека, а наоборот:

   – Именно с ним и полетишь, сынок.


   Следовательно, если вам страшно, да еще поджопники иногда дают – значит ракетоносители в норме:

   – Летим в тар-тара-ры.

   Что и значит: куда бы так смыться, чтобы уж исчезнуть совсем.


   Ковалев же решил постоять на краю хоть таким способом:

   – Буду врать, как можно дольше – авось, так и останусь один на земле, как – этот, как его?

   – Скупой рыцарь?

   – Да, нет, этот, без ноги.

   – А! вьется по ветру веселый Роджер – люди Флинта песенку поют:

   – Едем мы, друзья, в дальние края, станем новоселами и ты, и я!

   – Опять?! Нет, тогда я лучше со всеми в вместе в преисподнюю.

   p.s. – Партия, так сказать, связала комсомольский комитет его же круговой порукой.

   – – – – – – – – – – – —


   24.10.18

   Чудо – это Радио Свобода.

   Такое же чудо, как Галичу, – но:

   – На Луне, ибо Россия от правды находится не ближе.

   – – – – – – – – – – – —


   Далее из блокнота.


   – – – – – – – – – – – —


   Из-за предисловий Ивана Толстого к началу каждого часа, что он:

   – Рад, очень рад, что его цитируют, почти как саму Радиу Свободу, – придется бросить иё слушать.

   Думаю, так и случиться, несмотря на то, что будет жаль некоторых передач: Михаила Соколова, Леонида Велехова, Кара-Мурзы, Андрея Гаврилова, Игоря Померанцева, может еще каких-то. Сами Новости, Итоги Недели.

   – – – – – – – – – – – —


   Радио Свобода – Александр Генис, – говорит:

   – Сегодня у нас в студии Соломон Волков.

   Нет, конечно, я еще не имею в виду, что разве он не умер в позапрошлом веке, а его всё помнят, но:

   – Скока можно?!

   Имеется в виду никогда не бывать на передаче, а всё равно передразнивать людей своим:

   – Чито-канием?!

   – – – – – – – – – – —


   2510.18

   Радио Свобода – На этой неделе 20 лет назад

   Борис Парамонов говорит про Ахматову, – и:

   – Говорит с первого взгляда белиберду про Чехова, что он:

   – Считает себя бездельником, а эта работа – писать книги, и другие картины маслом и нет, а только нотами – тяжкий труд.

   Очень слабое высказывание, на уровне школьного урока труда, и то не дотянет. Может, есть в нем какой-то смысл – пока не знаю.

   Чехов делит, как это сделано в природе и обществе:


   – Котлеты мне, а мухам, – только остатки, ибо они тоже сладки, и вполне дадут и мухам возможность поваляться кверху пухом.

   Ибо то, что Жан Поль Сезанн или Ван Гог работали, как каторжные было для ним тем, чем поездка Хлестакова на деревню к:

   – Девушке, – ибо знал: одна-две из них всё равно попадутся на моё приданое:

   – Вот как раз: врать, как сивый мерин, – но, как и Сезанн с Ван Гогом, в гостях именно, однако у:

   – Бога.


   Как и сказано в Библии:

   – Придя с поля беги прямо к столу – обед готовить хозяину, – ибо это и есть то вдохновение, то присутствие Медиума, когда:

   – Хорошая мысля приходит опосля.


   И уж никак труд тяжкий Ахматовой не превысит труд колхозника, который предложил ему на радостях артист Михаил Ульянов, что его собрались выбрать председателем:

   – Поле – не перепутать только: по 16, а на ферме по четырнадцать часов в сутки, – вот – именно, что наоборот, так как и там и здесь:

   – Пахать надо до потери пульса, и что самое приятное, опять за бесплатно.


   Каторжные труд На Дому, следовательно, таким не считал даже Хемингуэй, писавший, да, каждый день, но всё-таки только по 300 слов, – а это не больше, чем переводить слова На Совхозе на хгектары. Не напашешься.

   Даже на трах-туре.


   Каторжность Ахматовой может идти только от одного:

   – Сама хочет всё сделать, без:

   – Бога.

   Имеет в виду, что с:

   – Богом и дурак может быть гением.

   Нет, вот очевидно, что Лев Толстой не хочет дать этого победного венка Шекспиру, утверждая именно:

   – Всё украл у бога, а сам только:

   – Заимствовал второсортные обогатители из макулатуры.


   Но в этом и смыл, почему поверили Хлестакову:

   – Украл у других всё, что ими было нажито непосильным трудом.


   Есть большая разница между действительно каторжным трудом крестьян по 14 часов в поле и по 16-ть на ферме, где всё обрыдло от бессмысленности и беготней каждое утро Ван Гога с мольбертом, подгоняющим его легкими шлепками по жопе.

   И Сезанна, решившего догнать не только Америку, как все, но остальных современных ему живописцев по количеству краски ими истраченной на паровозы то днем, то ночью, то вечером, в при тумане и так далее, – простым способом:


   – Класть эту краску на холст не кистью, но и не лопатой конечно, и не ведрами, как додумался, кажется, Ренуар, а чинно и благородно мастерком, которым студенты утрамбовывают колхозные коровники, чтобы тоже:

   – Не только кушать во время уже учебы, но купить голубой шерстяной спортивный костюм или импортный свитер, хотя и ходить потом в нем одном оставшиеся курса три.


   Даже не знаю, что придумать в оправдание Ахматовой, кроме, как естественное:

   – Дура!

   Почему никто и не знает о ней ничего, кроме имени, Бродский даже думал, что она умерла:

   – Теперь уже в позапрошлом веке.


   Стихи не в одну строку пишутся. Чего – значит – она не знала.


   Ахматова совсем не знала, что люди не умеют сами писать, а служат только второй панелью этого дела, как и напомнил Алан Тьюринг:

   – Отец мой Там юбит, а я только иво говно вожу. – Ибо:

   – Объяснение в любви немецкого радиста своей любимой радистке в прямом эфире его подслушивания – то есть дерьмо, что значит:

   – Ошибка, – надо было начинать с пяти произвольных букв.

   Всегда.

   Пишет Медиум, а мы только принимаем его сигналы, как:


   – И может быть на мой закат прощальный

   Блеснет любовь улыбкой печальной-й. – Что и значит:

   – Да, расстаюсь с тобой, – но:

   – Не навсегда же ж, сукин ты сын, всю жизнь принимавший мои сигналы и выдававший их за свои.


   Не ожидал от Ахматовой такой напудренности.

   – – – – – – – – – – —


   Открытие Гулага не в том, что он был, а в том, что о нем стало можно говорить с подачи Н. С. Хрущева.

   – – – – – – – – – – – —


   26.10.18

   Удивительно, но даже снятся развалины города, хотя они есть и сейчас в реальности: в магазин, на рынок невозможно зайти:

   – Или скажут то, чего не может быть, или продадут не тот товар.

   Например, вчера, знал, что колбасный магазин на неподалеку разрушен и туда нельзя ходить – зашел, спросил филе, имея в виду куриное, которое везде порченное настолько, что кошки отказываются есть, хотя буквально протухлостью не пахнет:

   – Взвешивает свиное, – если наоборот, говорит:

   – Надо говорить, – так почему и не спросила?

   Скандал, жалоба, заодно на то, что не так уж давно обсчитали на 600 рублей, взяв их с меня два раза.


   На рынке всегда говорили:

   – Выбирайте товар, давали пакет, пару дней назад уже наоборот:

   – Берите все яблоки подряд, выбирать не надо, – а:

   – Товар стоит не у продавца, а со стороны покупателя, именно для того, чтобы он сам выбирал, как в магазине самообслуживания.


   И этот цирк творится постепенно нарастая давно. Про телефоны вчера сказали, что:

   – Они все с флеш-картой, а до этого, месяц назад в этом же магазине объясняли:

   – Как раз наоборот.


   Невидимое прямо и очевидно запустение началось уже давно, сейчас доходит до сдвига по фазе. Позавчера продавец предлагал разнообразные с виду чехлы для планшета, в том числе и с возможностью чтения текса в книжной ориентации – вчера, когда хотел поменять на книжную, оказалось:

   – Она никогда такой не была, так как является только видимостью, и планшет не держит.


   Выходит, что сумасшествие телевизора – тире:

   – Объективное.

   Выходит, что предполагается не война, а конец света.

   – – – – – – – – – – – —


   РС – На этой неделе 20 лет назад. – Повтор передачи Бориса Парамонова об Ахматовой.

   Б. П. :

   – Книгу Наймана об Ахматовой мы будем цитировать сегодня еще не раз, – что значит наезд на слушателей, как на под-ответ-свенных производственников ПТУ Б. П. опять:

   – Совершил.


   – Нельзя судить художника по законам не им созданным. – Но!

   Эти законы созданы Не Им – что значит, не человеком, а это значит, что причина ошибочности суждений Ахматовой в том, что она Этого, оказывается:

   – Так или еще – не придумала.

   Литература – любовница, а медицина жена – значит по Борису Парамонову, что Чехов не очень ценил в себе художника, – но:

   – Как раз наоборот, Чехов в медицине отбывал повинность, а литературе был связан с богом, чего и не понимала Ахматова.


   – Враждебность Ахматовой к Чехову была устойчива, – говорится.


   Лебеда и Вечер.

   Б. П. говорит:

   – Вызывает ассоциации, – но это блеф истины.

   Ибо нужны не ассоциации, а уже то, что есть в своём кладе.


   Сделанность вещей Зощенко, – говорит Б. П.

   Опять это липа, деление на автоматизм и сознательную литературу. Всё это приемы не литературы, а союза иё сочинителей. Которые, м.б. и были, но союз был совсем другой, далеко не писательский.


   Зощенко ставит вопрос не о мещанстве, а о самой культуре:

   – Нужна ли она вообще, – говорит Борис Парамонов, со слов Бенедикта Сарнова. – Но!

   И то, и другое – липа.

   Высмеиванием кого-то или кого-либо Зощенко не занимался, а уж тем более, не прикасался к вопросу:

   – А нуна ли куль-личность нам, э-э, вообще и даже в частности?


   Никто почти не знает, о чем думают местные консерватисты. Как на заседании совета фабрики рыбных консервов:

   – Кого сегодня нанять на должность составителя маринадофф, – ибо старый до того оборзел, что и надоел, как старый пень, – тем более в литературе вообще:

   – И даже никогда о ней не слышал.


   Пожалуй, решительно прав Б. Парамонов, что Ахматову:

   – Выдумала электрификация.

   Но Бродский что-то нашел в ней.


   Ахматова – канатная плясунья – продолжает танцевать перед пустой ложей. – Б. П.

   Скорее, наоборот, это люди пытаются сплясать перед ней, чтобы понять:

   – Была – не была? – или в ее могиле никого нет.

   Даже не НЕ была, а:

   – Ни.

   – – – – – – – – – – – —


   Я их могу похвалить, – а хкто ты, медведь? так он же нумерованный, как мишень в тире для идиотских шуточек. А:

   – Иван Толстой, – тем не менее:

   – Наслаждаецца, – а чему, радуется или, наоборот, плачет – никто же ж всё равно – не то, что не верит:

   – Не понимает даже.

   – – – – – – – – – – – —


   26.10.18

   Радио Свобода – Дмитрий Волчек – Культурный дневник

   Д. Волчек говорит, что Владимир Сорокин много чё предвидит, – но:

   – Пока, кроме Радио Свобода – Дм. Волчек и Ал. Генис – больше никто этого предвидения не видел.

   Ибо: через чур абстрактно, – как говорится:

   – Так-то не только я могу. – Ибо:

   – Чё предсказывать-то, если уже давно предсказано, что ничего нового не только днем с огнем, но и даже ночью:

   – Под Луной уже всё сказано. – Ибо:

   – Я вас люблю – чего еще вам надо, господа и дамы, какого еще предвидения.


   А. Генис говорил, что не копает:

   – Так глубоко, – но!

   – Раскопки надо вести ближе к себе, что значит: вам уже всё и так сказано, только соизвольте открыть сундук, как Пушкин со старыми журналами.

   Следовательно, движение по поверхности, и даже Радио – это только заведомая:

   – Дэза.


   К сожалению, рассказ Сорокина, как около него остановился:

   – Чисто Джип, – тоже полная липа, ибо:

   – Да мало ли кого я останавливал, чтобы сказать ему доброе слово:

   – Ну, куда ты прешься, скотина, если здесь не только нет броду, но и никогда не было.

   Но так мягко, ибо только что позвонила жена и сказала, что согласна взять с меня при разводе меньше, чем обычно.

   Как грится:

   – Мил херц, тут и заикаться не надо. – Имеется в виду, чтобы:

   – И все тоже вообразили правду.


   За столом сидит машина, сказал Сорокин, но не добавил зря, что это всё-таки, Энигма Алана Тьюринга. Ибо:

   – А что если писать может только машина, – ась?

   Думать? Тем более.


   Далее, спрашивают про Сосюру:

   – Зачем надо приставлять человека из НКВД к человеку лояльному к советской власти? – и ответ вопросом:

   – А к кому еще его надо приставлять, если про того, кто противостоит и так – из его собственных слов – всё известно.


   Теперь говорят о пророчестве Галича, что оно было, но:

   – Как-то меньше, чем у Войновича.

   Но!

   В таком варианте:

   – Как у Войновича, пророчество будущего – это и есть правда о настоящем.

   Как в кино о сочбое Чонкине.

   – – – – – – – – – – – —


   Иван Толстой и Андрей Гаврилов – передача РС за 2015 год о Бродском

   И. Толстой опять повторяет эту присказку, которую повторили в мировой литературе только трое: он, Иван Толстой, его старшая сестра, которую он сейчас упомянул по этому поводу и главный по стихам в Литературной Газете, которая всегда поражала своей пустотой, Берестов, заявил тоже самое Владимиру Войновичу, когда он приперся туда:


   – Это только проза в стихах, а не наоборот, стихи в стихах.

   Здесь, правда, Иван Толстой со своими родственницами пошел немного дальше, молвив русским почти языком:

   – Мэй би.

   Что и значит, если это не псевдо-детская и не советская система стихосложения по птэро:

   – Дактилям, – кусающим людэй – значит, даже утро и то:

   – Нэ так красит своим через чур ранним светом стэны дрэвнево Крем-Содиума.

   – – – – – – – – – – – —


   Радио Свобода на этой неделе 20 лет назад – Ленин в Октябре и Ленин в 18-м году – ведет передачу Сергей Юрьенен

   Чухрай – режиссер – говорит:

   – Решили сделать очень хорошо: противопоставить ЭсТэ Ле, но не настоящего, а нашего, хорошего!

   Вот это и есть кино и немсы пропаганды: Ле Возданный – это и есть тот Ле, который стоит на очень высоком постаменте в фильме про террориста Карлоса – на человека похож мало. Именно Ле пропаганды! Таких людей с первого взгляда нельзя увидеть – если только нечасто, ибо отпечаток прохождения фильтрофф некоторые несут на себе, как знамя.


   Сомневаюсь, что существует возможность высоких строк про палачей, как тут говорится, делал даже Мандельштам. Или это будет вообще о другом, или не видят в воспевании унижения людей, а это уже не высокие строки, а парнуха. Не-по-лу-чи-т-ся. Формально положительные слова, как хороший, добрый, умный – ничего не значат, и даже могут восприниматься человеком, как:


   – Минус.

   Более того! Плюс, который требуется для власти, для ее же восхваления, и плюсом быть не должен! Это всегда не возвышение Человека, а наоборот:

   – Атака на него, – будь он кто-угодно.

   Хотя формально – по содержанию – это будет восхваление, но и не выйдет. Вот сейчас хвалебные слова о Ле в кино – есть не более, чем издевательство даже над здравым логическим смыслом. Например, Ле говорит Кой-Кого:


   – Ну, кто из нас оказался прав в споре, что надо громить всех кулаков – видите, как они меня, – ибо находится в больнице после выстрелов по нему.

   Но, очевидно, стреляли по Ле свои же партийные конкуренты, ибо цель положительного по формальным признакам портрета:

   – Фундаментальная ложь.

   Ибо и сражается ложь с правдой.


   Вот сейчас после этой началась передача:

   – О вечных проблемах российской жизни! – это, что, не издевательство, далеко не подноготной Археологии?!

   Да еще с добавлением, чтобы все и по блевали тут же:

   – Вечные проблемы этой самой жисти рассказал нам Венедикт Ерофеев, – и с таким тяжким вздохом это сделал автор Архе-Ологии, что можно подумать, сам только то по блевал, попробовав прямо перед передачей коктейль:

   – Самим собой же и изготовленный – из какого только керосина. – Но:

   – Списать картину с Подсолнухов Ван Гога, ведущий даже Радио Свобода – не сможет. – А:


   – Гутарить, что у него как-то нечаянно это получилось – несмотря на то, что с тяжелым вздохом.

   Хуже этой передачи на РС, кажется, никогда и не было. Уже совсем покатились по наклонной плоскости. И, ладно, вверх, где можно применить признак неравенства углов треугольника их соответствию, а просто:

   – Сказать, чтобы только ничего не сказать, – как доказательство, что и всё-то в общем и в частности:

   – Только пустые Слова.

   Крот на Свободе. Разумеется, запущенный по каким-то внешним соображениям.

   А нам всё больше хочется счастья, как в Голливуде, начал опять смотреть Самоволку с Андреем Гавриловым:

   – И как вино – печаль минувших дней

   В моей душе чем старе, тем сильней.


   Печально, как быстро проходит время: Сергей Юрьенен уже давно не работает на Радио Свобода, а давно ли покупал ленту для пишущей машинки не тех миллиметров размера. Ходил в московский пивбар на Пушкинской. С телкой то ли ламбардини, то ли на деньги за своё последнее пальто из этого ламбардини.

   – – – – – – – – – – – —


   27.10.18

   Вяземский – Умницы Умники

   Жанр передачи выбран Вяземским для почти всех, как:

   – Мечта на всю оставшуюся жизнь, побеждать, побеждать, побеждать в этой битве за образование и открытия.

   А с другой стороны, меня узнает церковь, здороваются сердцами ее стены. Стоит только перекреститься три раза, даже проходя мимо, и не только я, но и сердца их:

   – Нуждаются во мне. – Значит, мои открытия – Верные-е!


   Хотя, может быть, они только помнят, как бабушка водила меня туда за ручку. Но не думаю, ибо я прихожу туда с моими открытиями всегда, ибо они и всегда при мне, и получают не только привет, но и ответ:

   – Да, ты нам нужен.

   Всегда узнаю Иисуса Христа, Апостола Петра и Апостола Павла. И даже им:

   – Я нужен!

   Можно подумать, что я принес что-то, чего у них сейчас нет.


   Здесь придумали, что наука и литература с Библией и Евангелием не связаны – даже категорически, – как заявил Борис Парамонов – не говоря уже об остальных – про масонство, являющего именно связью между Евангелием, Шекспиром и Пушкиным.

   Не знаю, чем занимается практическое масонство – если оно здесь где-нибудь есть – но его теория – это реальное устройство мира.

   А то лепят горбатого:


   – Кем он был – имеется в виду Германн из Пиковой Дамы – игрок или любовник? – как и спросил дедушка артиста Михаила Ефремова:

   – Думают, игрок, – а:

   – Отвечают – любовник.

   Тогда как в этой книге прямо написано, что был он Розенкрейцером, бедным рыцарем Розы и Креста. Который искал в доме графини истину, и только хотел именно разъяснить, – кто подлинник:

   – Сама графиня или всё-таки Лиза, как голова этой Башни – Замка, – но вышло:

   – Сердце – Графиня умерла, а Лиза – как Разум, скрылась в толпе за спиной приличного, но бедного человека, чья характеристика полностью совпадает и описание дома небогатого сельского джентльмена:

   – Мастера Розенкрейцера.


   Здесь же по этому поводу ничего не говорят, но при нужде могут выдать альтернативу:

   – Мы иво не знаем, так как это есть не что иное, как только Игры Разума.


   Разум в Вере нельзя отрицать.

   Говорится сейчас – после Вяземского, что большая часть интеллигенции отказалась от Иисуса Христа, от веры в угоду чужим взглядам. – Но!

   – Кто именно имеется в виду, Кант, Гегель?

   Но они-то как раз не только проповедовали правду, но и:

   – Делали ее, – объясняя, что она, хотя и сложна, но очевидна.

   Заменить Гегеля и Канта на безмыслие, как бессмыслие – является очевидной насмешкой над Разумом.

   – – – – – – – – – – – —


   Умер Караченцев – современный актер, – а:

   – Как давно это было!

   Почему так быстро уходят и уходят события? Получается, что только с возможностью еще повториться. В других вариантах, как в романе.

   Ведущая всё время, или часто заспанная и равнодушная к происходящему, ибо так и:

   – Не может поверить в реальность актерской игры.

   Боится и боится соврать.

   Да-а.

   Действительно, трудно поверить, что врать:


   – Можно.

   Хотя, я повторю, что бог потому и выбрал Исава, а не Иакова, что Иаков – постеснялся обмануть отца. Что, видимо, означало:

   – Не готов к самостоятельному правлению.

   И вот сейчас актер Борис Щербаков уже настолько постарел, что тоже потерял способность к:

   – Правде игры. – Ведет себя, как спросонья.


   p.s. 01.12.18 – Сначала хотел исправить Исава на Иакова при повторном чтении, но написано всё правильно, а пояснение идет через три страницы. Ибо и Исав тоже был выбран, родиться, так сказать:

   – Наоборот наоборот.

   – – – – – – – – – – – —


   Ищу, что посмотреть, попался Аватар – нормально. Пересматриваю фильмы, как картины импрессионистов, Ван Гога, Сезанна, Пикассо, – но!

   – Только в VHS переводе. – Сейчас Андрей Гаврилов.

   Просто так – это уже вообще несъедобно.

   Лепят Дэзу, как на работу ходят. Но! Ни хрена не делают-т.

   Вот в этом фильме, не зря придуман человек без ног, ибо родившись, но ничему хорошему не научившись, так и остается без ног – только:

   – Подопытным кроликом.


   Например, Д. Быков только что лепил Горбатого про Галича в передаче Михаила Соколова по Радио Свобода, постоянно говорит, что-то, – а:

   – Сам хоть соображается, что это только всё тот же букварь, где ничего умного, кроме самих букв нет.

   Хоть одно предложение сформулируй, как человек разумный – нет, ни бельмеса ни гугу. Как и обычные чтецы перевода, какиt только сочетания звуков стараются ни придумать, и быстро их протрещать – а смысла:

   – Ровно ноль.

   – – – – – – – – – – – —


   28.10.18

   Радио Свобода – Дмитрий Волчек – Итоги недели

   Слава Тарощина выдает:

   – Соловьев – ведущий с телевидения – это:

   – Вполне просвещенный господин! – но это просвещение проявляется только в зазубривания основ научного коммунизма, преподаваемого даже в школах из-за своей мало-мальскости.


   Идет специальный и балаган, и подбираются специально такие люди, которые, кроме основ школьной программы понимать ничего не способны, а потом они же выдают друг дружке комплименты про эту долбицу, радуясь – в уме, где два на два выходит миллион долларов – какой прекрасный, даже древний вид имеет их собственное имение в Италии.

   И сама Слава Тарощина, как и большинство местных журналисток с пошибом на понимание и любовь к демократии:


   – Только капустницы, такие же, как в фильме Москва Слезам Не Верит – заготавливать впрок ее могут, – ну, а:

   – Зачем с завода-то ушла? – единственное оправдание: ключи для разведения станков там слишком большие – здесь, на театре пропаганды – тоже, между прочим:

   – Только на вид маленькие, как в легонькой промышленности, что в карман, как скрытый микрофон или диктофон положить можно, – но:

   – Плести каждую неделю школьно-письменную белиберду, хотя по десять-пятнадцать минут:

   – Нехорошо, нехорошо, – как сказал артист Александр Баширов в фильме Край, воруя информацию для тов. ЭсТэ с крыш чужих дом-офф.

   Здесь, правда, воровать ничего не надо, так как вся препо-даваемая информация, что Соло, что Славой:


   – Только букварь, разводимый до советской диалектики временем данным ей на РС, – оно, видимо, и того и этого:

   – Стоит.

   Это, скорее всего, и было открытие Карла Маркса о Прибавочной стоимости:

   – Порите чушь – ибо за это вам добавят деньхгами.

   А Аз-и-Буки – это именно белиберда, так как эти Веди выдают всегда и только:


   – За те кирпичи, которыми научили и Петра Первого чистить ружья, – несмотря на то, что уж, как ни плакал Левша из Английской Больнички, что:

   – Из кирпича здесь только дома строят, а ружья чистить надо с:

   – Умом.

   Как этот, кого часто поминают не только на Патриарших, но и на Чистых прудах:

   – Кант, – ну и куда он без:

   – Гегеля, – прущего на себе Трех Китов Земли, чтобы она не упала в тар-тара-ры:

   – Мол, знаем мы вас, – как сказала Зоя Юрьевна Буряк в фильме Холодное Лето 53-го:


   – Деньги за корову и то пропьете, что мамка дала мне на зимнее пальто, – а сами – как уже показала ее мама, глухонемая Нина Николаевна Усатова:

   – Только вот это и можете, что иметь только половинчатый, а не во всю руку, – как и показала дочке-то для будущей науки в Москве, но, вот, видимо, не для того, чтобы пошла в артистки, а и как раз:

   – В Агитаторы, как Соло и С. Тарощина.

   Что и значит:

   – Так достанут, что хоть вранье – и то, спасибо, что разрешат про-кука-рекать.


   П.С. – Плохо то, что это вранье фундаментальное, что значит, правдивое, в том смысле, что именно реально предназначенное для постановки мира на уши, как чуть не обиделся Толстой на Короля Лира:

   – Ну, ты чё, запрягай, да поехали, роллс-ройса, небось не дождешься так долго, как манны небесной, т.к.:

   – Неужели надеешься, что бог есть?


   П.С. – 2 – Дура, ты, дура, Лидия Матвевна, – проорал во всю глотку Валерий Приемыхов, еще тогда не перестрелявший разбойников, специально, видимо, и распускаемых периодически властью, чтобы штрафные батальоны в виде вот таких капитанов их безуспешно отстреливали, – ибо:

   – Да, перебил всех капитан полковой разведки, но учится-то свою любимую, которой фокусы показал, чтобы заодно хоть сють-сють по лапать за грудастые сисяры-то:

   – Так и не отправил.

   Убили ее вольнонаемные отпущенники.

   – – – – – – – – – – – —


   Классику художественного диалога отрыл для людей Пушкин сразу в двух коротких произведениях:

   – Когда Макферсон издал Стихотворения Оссиана, – и:

   – Воображаемый Разговор с Александром 1, – раньше – если считать, что это было раньше – это же самое сделал Шекспир, до него Гомер и другие, – но!

   Из-за старости, даже древности языка прошлые тексты с трудом принимаются за Подлинник.


   Эти люди, Гомер, Шекспир, Пушкин и есть реальные Апостолы Евангелия. Ибо оно и языческие времена сделало христианскими, в этом и была цель Иисуса Христа:

   – Сделать мир, способный изменить Прошлое.


   Совершенно нелепое утверждение выдвигается против правильности написания Пушкиным Воображаемого Разговора с Александром 1:

   – Да, при автоматическом, тем более, первом чтении, увы, но – можно понять всё правильно! Кто Что говорит, когда говорит Царь, а когда Пушкин.

   Если начать разбираться по строчкам – возникнут противоречия. И Бонда начал искать, какой вариант больше подходит:


   – Автоматический дилетанта-читателя, или исследователя-ученого, заинтересованного не просто во впечатлении, а в поиске истины.

   Поставив, однако, вопрос ошибочно:

   – Или – Или!

   Реально же – если иметь в виду, что и Художник – или, что тоже самое, Читатель – это тоже Человек:

   – И мазок кистью, и впечатление им созданное – оба имеют значение, так как взаимодействуют друг с другом.

   В одном диалоге, следовательно, два диалога не просто так это получилось у Пушкина, что одну и ту же фразу говорит и Пушкин, и Царь, но с разными смыслами, – а:


   – Находятся они в разных временах.

   Можно сказать, что между Ромео и Джульеттой идет соревнование:

   – Кто из них сумеет первым умереть.

   Как в Гамлете между братьями идет соревнование, кто из них сегодня должен выйти на Сцену первым, кто потом. Такова сама природа Сотворения Мира. Как – получается – и правление Исава вместо Иакова, сначала замененного Исавом, – а:

   – Потом по первородному праву правил Иаков, – но! под именем Исава.

   Ибо:

   – Сказал, да, Царь, – но продолжил, извините:

   – Пушкин.

   Как и делили между собой власть Джонсон и Макферсон.


   P.S. – 01.12.18 – Читаю второй раз, как проверку, и:

   – Не перепутаны ли имена, кто был сначала достоин правления по праву первородства Исав или Иаков, ибо так-то, прямо написано, что Исав, а Иаков обманул отца, надев на лысую голову баранью шкуру? – Но!

   Дело в том, что это и не имеет уже значения:


   – Кто в роли кого правит, – важен сам принцип не только Евангелия, но и Ветхого Завета, что:

   – Новый Завет нашел и для Ветхого эту Посылку, что каждое утверждение и Ветхого Завета стало её иметь.

   Поэтому, что автоматически должен править Исав – не абсолютная истина. Но эта Посылка была скрыта в Новом Завете.

   Поэтому и на пять страниц выше написано всё наоборот, что сначала имелся в виду Исав, а потом стал Иаков – написано наоборот – следовательно:

   – Правильно.


   Ибо написано, что бог выбрал Иакова, хотя должен был править Исав, по праву первородства – это тоже самое, что должен был править Иаков, но!

   То ли родился, то ли подменили после рождения, на первое место Исава.


   Смысл обоих текстов не в содержании, а в смысле формы, что она не только меняет его – смысл – на противоположный, но и главное, оба они служат друг другу, как содержание форме, а форма содержанию.

   И:

   – Пока не появился Новый Завет – еще раз напишу – такие рассуждения в Ветхом Завете – были невозможны.

   Ибо Иисус Христос и запустил Историю в обратном направлении, – ради:

   – Спасения Адама.


   Чтобы увидеть то, что написал Пикассо, Сезанн или Ван Гог, надо увидеть текст красок и впечатление ими создаваемое.


   И впечатление это в художественной литературе достигается так, что диалог специально пишется, без постоянного упоминания:

   – Что что сказал, – в результате критерием истины может быть только читатель, только он может ответить:

   – Были убиты Ромео и Джульетта, – или:

   – Нет, – это была только операция прикрытия, как в фильме то ли со Шварценеггером, то ли с Брюсом Виллисом.


   Обычное возражение советского литературоведения:

   – Так для того и наплодили мы столько ученых, чтобы они могли, наконец, покончить с этим делом невидимой, но продолжающей существовать комнаты, откуда выходят, – а:

   – Её уж и след простыл, – абсолютно нельзя проверить была или нет в ней сокрыта анти-советская пропаганда.


   И проверка, которую провел А. М. Бонди на художественным произведением А. С. Пушкина названным:

   – Воображаемый Разговор с Александром 1, – показала.

   Показала именно то, что и должна была показать:

   – Впечатление от автоматического чтения – не совпадает с буквальным, построчечным исследованием текста на предмет именно:

   – Кто из них Что говорил.


   Великолепное достижение, – но!

   Но, значит, автор, извините, пусть он будет хоть сам Пушкин, хоть Шекспир, хоть Гомер:

   – Описался.

   Так бывает-т?


   И получается, что:

   – Только Так и бывает! – что объяснил Иисус Христос ученикам:

   – Видели вы Отца Моего?

   – Ноу, откель! – и:

   Иисус Христос показал им Картину Мира:

   – Видели Меня – видели, значит, и Отца Моего.

   Что значит, Иисус Христос виден только на ФОНЕ Отца, – а значит, искомый вывод:

   – Один из черный, а другой белый, – или, наоборот, иначе этой Видимости не будет.


   Получается, что читатель Воображаемого Разговора с Александром 1 – Пушкина:

   – Автоматически видит, что всё правильно написано, но что именно, может, разумеется, и не понять.

   Как и читатели Шекспира – оппонировавшие Льву Толстому, тоже писатели Тургенев и Фет говорили:

   – Да, – Шекспиру, несмотря на то, что Толстой пытался убедить всех в противоположном.


   И, значит, так и надо понимать про Ромео и Джульетту:

   – Оба умерли, – значит это была операция Шварценеггера, когда он в кино давал людям новые имена и новые места жительства, как людям, попавшим под программу защиты свидетелей.


   Самое главное, что Пушкин в Воображаемом Разговоре с Александром 1 оставил на виду явные противоречия, чтобы видели именно, – в принципе:

   – Иисус Христос идет по Земле не один, а вместе с Отцом!

   Иначе – повторю – Он просто невидим, – что и было иногда, например, На Пути в Эммаус:

   – То видели, то не видели Его.

   Поэтому ДВОЕ на пути в эммаус – это и Бог Отец и Сын, Иисус Христос.


   Самое главное, что удивляет – это реальность советской власти, засевшая в головах литературоведов именно, как:

   – Правда!

   Ибо:

   – Вот то, что Читатель видит или чувствует – это его, хрен с ним, личное дело, если не будет сегодня с этим же самым выступать на партсобрании, – пусть Царь был в этом Разговоре, а не просто так:

   – Только казался, – они же ж иво выдвигают почти в депутаты!

   А, спрашивает, откуда у народа возьмется к нему уважение, если Пушкин так прямо и говорит ему в глаза:


   – Ты, мил херц, оскорбил меня в глазах народа распространением нелепой клеветы! – и значит, встает Бонди и заявляет:

   – Не мог Пушкина вот так прямо один на один сказать сие царю, так как уже тогда – уже сейчас доказано – тоже была прослушка.

   Которую литературовед назвал: не по ранжиру такие речи для Пушкина, – мама мия:

   – Даже у себя дома, – ибо щас позвонят, как Бухарчику, и спросят, чтобы проверить на вшивость, правду, или наоборот, нет ответит на вопрос:

   – О чем он только что – нет, не говорил – думал-л!


   А то, что сказать так есть возможность – запрещено, и запрещено не просто так, а как:

   – Краеугольный Камень Жизни На Земле.

   Запрещено, как суть Евангелия:

   – Иисус Христос идет на Фоне Бога Отца.

   Что значит по Шекспиру и по Пушкину, и по Гомеру, и по Данте:

   – Иисус Христос идет в РОЛИ БОГА.

   Можно считать и наоборот:


   – Бог и идет по миру в роли Иисуса Христа.

   Что и обозначил Шекспир, как:

   – Весь мир театр!

   И люди – это тоже актеры, – что значит, выходят на сцену жизни, являясь – в принципе – своей противоположностью, – для того, чтобы просто появиться!

   И даже многие, кто знал, что о том, что на сцену выходят то Гамлет отец, то его брат, а возможно и сам Гамлет сын:

   – Постепенно, но всё равно чокнулись.

   И, действительно, тижало, всё знать.


   Поэтому Пушкин говорит об оскорблении в роли Царя, но так как это на сцене он Царь, а так-то – для своей жены, часто просто:

   – Пушкин, – то и благодаря ей еще помнит это, не забыл, что, да, Царь, – но:

   – На фоне Пушкина, – как и царь отвечает, как Пушкин – в роли, но знает, что он Царь.


   Зрители тоже всё знают, а тем кто не знает предложили еще на входе купить брошюрки:

   – Смоктуновский – сие есмь Гамлет, чтобы не думали, что выписали театру большую премию, что извлекли на нее для сегодняшнего спектакля совсем другого Гамлета, – как некоторые до сих пор думают:

   – Настаящего-о!


   Поэтому все эти завывания, в произведениях Пушкина про Гришку Отрепьева, что он:

   – Царь, да, но не настоящий же ж! – липа.

   Ибо:

   – Вышел на Сцену – держись, как Доктор Живаго – молодцом.

   Ибо мы уже знаем, что ОДИН Человек:

   – На сцену никогда не выходит.


   Так вот удивляет, что на полном серьезе заявляется Бонди в данном случае, что правда, да, бывает, но только в сортированном литературоведческим анализом тексте, а не наоборот:

   – В больном от воображения Читателе.


   Вот как можно разобрать текст по досточкам – это, да, правда, ее и читайте, и другим рассказывайте.

   – А этот, как иво, Читатель?

   – Чисто случайная случайность – не бы-ва-ет-т!


   Впечатление от Текста – равно нулю, – с позиции науки литературоведения. А то, что это Идэя Учебника только – по барабану, как будто так и надо.

   Надо, может, и надо, для пропаганды советской власти, но не для статьи, претендующей ЗАМЕНИТЬ ТЕКСТ ПУШКНА на:

   – Свой и утвердить его на сессии ВАСХНИЛ 1948 года.

   Разве это ни кино и немсы?


   Но, как говорится и оказывается:

   – Не просто так запрещали Канта и Гегеля, – а:

   – С большим смыслом, – который только один:

   – Человек здесь, – и то:

   – А не сусествует-т.

   Просто на-просто по факту Бонди свел мнение Читателя к нулю. Текст должен рассматриваться объективно и независимо его – Хомика – сознания.


   Почему я и поразился первый раз прочитав эту статью давно, можно сказать, очень:

   – То есть, как непонятно?

   Всё отлично понятно, а то что на вид есть противоречие не смущает, – а:

   – Восхищает-т!

   Восхищает от правды Пушкина, которую никто не знал не только вообще, но и частности, хотя и пели почти хором:

   – Он был гений.

   Я – узнал, почему.


   Просто так, – как не очень давно сообщил Иван Толстой этого дела не бывает, как и заявили два японца Шимура и Танияма, что один из них даже умер, сам не поняв от чего: то ли от счастья, наконец ее узнать, то ли наоборот:

   – Не понравилось, – хотя честно сказал только:


   – Сам не понимаю, почему должен умереть.

   А они только пытались подойти к научному доказательству того, что Яго у Шекспира в пьесе Отелло имел возможность переходить ту Линию Фронта, которая считалась непроходимой, – черту:

   – Между Полями и Текстом художественного произведения, – как:

   – Перешел и предложил перейти ее Иисус Христос Апостолам, передав через Марию Магдалину записку:

   – Встретимся в Галилее.

   И они поняли:

   – Прошлого, – того времени, когда они вместе там пировали.


   И здесь, как у Пушкина в Воображаемом Разговоре с Александром 1, находят тоже самое противоречие:

   – Поперлись, деревенщина, да, но в обратную степь: Через Декаполис, как в Петербург из Москвы через Киев.


   Не учли, ребята, что они не пошли, а поехали на том же скором поезде, что и Данте:

   – Прямо через Землю, а не по кругу, что и вышли сразу в нее, в Галилею, перевернувшись по Листу Мёбиуса.


   Человек для того и поставлен в цент мира, что его ВПЕЧАТЛЕНИЯ – это и есть критерий истины.

   – – – – – – – – – – – —


   29.10.18

   Радио Свобода на этой неделе 20 лет назад. Франкфуртские книжные встречи – Иван Толстой

   И начинается с:

   – Александры Марининой. – Думал, что ослышался, но, оказывается всё уже зашло настолько далеко капитально, что и это почти правда.

   Дубовую советскую поступить учительниц географии и т.п.:

   – Начали, да так и не закончили называть литературой-й.

   Но потом придется до-прикончить этот сериал сранья – замена: замену трудно придумать из бывшей, будущей и даже настоящей реальности, ибо всё будет лучше, чем:

   – ЭТО.


   И, разумеется, не одна Маринина была такая, – а все они, как червивые грибки:

   – На подбор, – ибо з ними вместе Черно-Мор.

   Одно может быть только хорошо – точнее, более-менее сносно:

   – Хочется поблевать после вчерашнего, а денатурат уже не помогает, – прочти пару строк из кого-нибудь из них, Дашковой, например, и получится.

   Ибо книги эти пишут рабы, пленные кроты в местных подземельях, никогда не видевшие света жизни.

   И уж дальше иму и делать ничего не надо, как тока их:

   – Напечатать, – а спрашивается, зачем?

   Вот только за тем, чтобы Иван Толстой свозил их на яр-ман-ку и привез нам на Радио Свобода сладких петушк-офф, – от которых:

   – Да, читоб ви усе зидохли.


   Думаю, лучше не слушать – кровь испорчу.

   Год, заметьте, 1998 – еще, считается, была хоть призрачная, но надежда, что не совсем же ж всё-таки и на самом деле:

   – Всё не так, всё абсолютно не так, девчата.

   Даже если вы капитаны, майоры и подполковники милиции.

   Как одна из них и рассказывала:

   – Только за квартиру в Аттике плачу налогов в месяц 28 тысяч.

   Ну-у, а больше-то ничего она и знать не должна. Спасибо, что это запомнила.


   Одно всё также продолжает и продолжает удивлять – нет, не звездное небо надо мною и моральный закон тута, – а вот:

   – Зачем так уж необходимо делать из людей и их народонаселений обязательных идиотов?!


   И так же ж ничего нельзя, неужели надо всё равно строить всё выше и выше эту колючую проволоку идиотизма, глупости и тупоумия, чтобы Человек как-нить даже случайно из нее не вырвался. Знак вопроса здесь не только неуместен, но и вообще его надо отменить, как уже давно не заслуживающий доверия, – ибо зачем, если, как сажать картошку мы уже знаем.

   Или, как Бродский крыть толью крыши сарае-фф.

   Своими передачами И. Толстой пытается так загудронить нелепость этой бывшей литературной дряни, чтобы думали:


   – Что-то в ней, наверное, сють-сють было, – но, разумеется жаль, что до нас – как обычно – не дошло.

   Как до Венечки Ерофеева, когда всегда – и даже в очень большой очереди – доставались только две бутылочки коньяка.

   Здесь, на этой ярмарочной климакситуре, даже керосином не пахнет.


   Хотя, конечно, кого тут ругать, если давно известно, что всю фирменную клавиатуру делают на местном – нет, даже не трактором заводе, – а как и было при Алейникове Петре Мартыновиче и Андрееве – его, даже загробном друге, отдавшем последнее что у него было другу – свою могилу на Новодевичьем кладбище – Борисе Федоровиче и их бригадном генерале Николае Афанасьевиче Крючкове:

   – Прямо на местном полевом стане.

   Что значит, разорившиеся целиком и полностью школьные учителя из почти поднебесных республик юхга, из казахстанских и казахский степей, из-под Азербайджана и всех остальных Аравий пошли на Москву широкими и длинными колоннами:

   – Писать вот эти самые романы, – с ударением обязательно на первом слоге.

   И все заняли свои позиции по ранжиру: кто рассказывает, что платит только за крышу над головой 28 тысяч – рублей, наверное, всё-таки, а не:

   – Небось, хговорю, не долла-а-ар-офф, – которых уж нет и даже далече.

   Кто верстает, кто тачает, кто только предисловие пишет, кто оглавления иво содержания, – ну, как и было сказано в кино, кажется, Печки и иво же ж Лавочки:


   – С паровым отоплением обязательно, как у Остапа Бендера в пустыне, где его и раздели заодно до Зов – нет, не предкофф уже, – а:

   – Зов-Сем.

   Как и всех остальных русских читателей, – ибо:

   – Мы вам покажем, как Маргариту лапать вместе с Шариковым, гадом Каутским, а заодно уж не пожалеем даже Энгельса.

   Маркса? Пусть живет, ибо он – в отличие от Энгельса – долго думал, а теперь уж пусть и не гадает:


   – Картина маслом Репина Приплыли заменена на:

   – Отчалили от цивилизации здравствуй и прощай навсегда.

   Или, что тоже самое, книги бросили на перевале через Альпы, чтобы гнавшиеся за нами гренадеры Наполеона не победили хоть когда-нибудь партизан Дениса Давыдова, по слухам дошедшим от академика Тарле, – что:

   – Всё было как раз наоборот, Наполеон печальный шел средь читателей русского народа, как линкор между рыбацких лодок, с которых только и было слышно попрошайничество:


   – Дяденька, дай, да, дай!

   – А чё те, грешник, надо, как-то спросил один:

   – Дак почитать хоцца чё-нить, а не дают и не клянчат даже заразы.


   Пиши сам был ответ. И это единственно, что еще утешает.


   Ибо всё, что было нажито непосильным трудом Пушкина и его Шекспира, разхграбленно же ж, хотя и так и осталось невидимым, как:

   – Храм джентльмена в сельской местности.


   П.С. – И вот так, как заповедал незабвенный Моцарт у незабвенного Ала Пушкина:

   – Стоит только услышать стоны Марининой и причитания по этому поводу Ивана Толстого, – а:

   – Уже готов чуть ли не роман в стихах, – почти похожий на Серенаду Александра Галича:

   – Прощай края родные

   Звезда победы нам свети

   До свиданья, мама, не горюй – не грусти, – ибо:

   – Читать нечего, но есть телевизор, а в ём сериалы, которые можно смотреть от души, точнее:

   – С душой, – имеется ругать их самой и именно этим наслаждаться.

   – – – – – – – – – – – —


   30.10.18

   Радио Свобода – А. Генис – Поверх Барьеров

   С. Волков говорит:

   – Енин так юбий Каю-Маю и Фидю-Эю, как куй-тую, за чито поставий им памятники по всей Сибии, читобо и остайные юбоваясь ими:

   – Куй-Туи-и-ли-с-ь-ь.


   Хоёшь гузь, а вот зачем так той-ком и непонятно, имеется в виду, они бежали сюда от Синайской Горы Моисея, а потом некоторые сдали чуть-чуть вплоть до самой Амеики.

   Жаль, что не произошло наоборот, сама Гоя Синай не переместилась сюда вместо проигравших перед ней сражение Моисею.

   Как грится:

   – Знаешь Шуя, спроси у кого хоть на Бьяйтоне, а Милениумы – сам радуясь, но так и не понимая:

   – Собияю.


   Мой-Вий съязу и потом, так сказать, чистым юсским языком.

   – – – – – – – – – – – —


   Радио Свобода – С Христианской Точки Зрения – Яков Кротов

   Говорят, к сожалению, сразу начиная со слова принципиально ошибки:

   – Как Бы, – и приводится пример, как доказательство существования бога, именно КАК БЫ:

   – Потому что явно, что это только пример: на лугу, хотя и был с Машкой, о которой неделю уже мечтать начал, – а:

   – Заметил среди его травников: ча-сы.

   Ну, и какая разница, что это не трусы предыдущего реципиента, ибо так и так:

   – Бы-ва-ет-т.


   Существования Бога именно ВИДНО, как сказал Яков Кротов, упомянув Евангелие, – место?

   Видно, однако, разумом, как и удивились все почти в Короле Лире, что он:

   – Пошел гулять по фазе, – и ничего страшного – бывает – но почему: непонятно.

   Вот это именно доказательство существования бога, так как Король Лир увидел Невидимое, нечасы именно, – а:

   – СЦЕНУ театра прямо посреди поля, – как Моисей гору Синай, где его поджидают с подарками, тоже для многих так до сих пор и невидимыми:

   – Что смысл Двух Скрижалей Завета – во взаимодействии между собой.


   Как и следующая ошибка говорится сейчас этим же парнем, толкующим сказки Библии вместе с Яковом Кротовым:

   – Бог бесконечен – зло конечно, – почему тогда Один другого не поглощает?

   Что и значит: вопрос опять задается из представлений научного коммунизма школьно-письменного и его приложений на обратной стороне ученической тетради, а не исходя из картин Ван Гога или из Великой теоремы Ферма, что:

   – Части есть, – но они могут быть не связаны полностью:


   – Как только Яго начинают ловить, он, как мышь скрывается в норке, где можно жить сколь угодно долго и даже пировать, так как:

   – Поля, куда он смылся, – да, преданы богу душой, но телом находятся в другом месте.

   Поэтому: Лупандин, – а:

   – Всё равно товарищ, – ибо логика его не доходит даже до уровня Аз-Буки Морзе.

   А уж до Энигмы шифрования Алана Тьюринга:

   – Заведомо.


   Т.к. с позиции советской власти принципиально нельзя объяснить ни Канта, ни Гегеля, ни Пушкина, ни Шекспира – Библию и Евангелие – пытаться можно, но зачем, если заведомо сие занятие будет рассматриваться только как разоблачение фокусов, предсказанных еще Михаилом Булгаковым на театере Мастера и Маргариты.


   Яков Кротов – получается – собирает Артефакты: почему люди не верят в бога, подбирая именно такие иво артефакты. Ибо это не обычные люди, а на вид так только:

   – Может быть и они люди, но сомнения остаюцца!

   Но мне кажется их специально используют для профанации человеческого разума, что и завещал Ле:


   – Нам хватит колхозов и совхозов – след-но – зачем ишшо нам х-крестьяне, -ась?

   Или, что тоже самое:

   – Уж без Канта и ХГхгеля как-нить обой-дем-м-ся-я, – как это и спел Владимир Высоцкий про свою куку-шку, которая выгнала его из дупла, и пришлось ехать в Москау даже за:

   – Заячьей икрой, – а себе опять двадцать пять, оставить только вот это:

   – Что-то желтое в тарелке, – а теперь гадай-те, что это было: только говно или приправа карри для курицы, забытой до посинения, но, увы, не на прилавке, а так только:

   – Бывает и Это.


   Как вот сейчас в следующей передаче Елена Боннер сказала про Явлинского:

   – Это только 17-я страница Букваря – если он находится в Англии, а не у:

   – Наз.

   Радио Свобода на этой неделе 20 лет назад. Елена Боннер отвечает журналистам, – пришлось записать полностью название передачи, ибо после Якова Кротова и его разыскной работы сапиенсов, – которые:


   – Бывают и такими, – как манна небесная, – оговорюсь, чтобы не сглазить:

   – Пока идет почти норма, если не считать Лужкова конца 90-х, когда уже не могло быть не ясно:

   – Дэфолт? – Да, нужен, но не для всех, – и вот это Не Всех – уже было очевидно, что он был специально организован сверху, а значит, и Лужкиным – тоже.

   Ибо, как и спето заранее:


   – Это сделаем мы сами-и, – если ваше кино про Ле в 98-году не снимается.

   Сейчас Елена Боннер говорит, что нельзя предлагать Ельцина в президенты:

   – Надо наоборот признаться, что еще когда-а: ошиблись, – но!

   Это явно нелогично, так как поздно уже пить Боржоми, т. к. Ельцин есть, – а:

   – Больше-то никого и невидно, – след-но быть против Ельцина – это быть против:

   – Перестройка-а! – не бывать.

   Оказывается, хрен редьки не слаще, Е. Боннер, оказывается:


   – Против того, что Явлинский занял 17-е место во Франции.

   Чубайс у нее с:

   – Пеной у рта, – и:

   – Вот как раз про Елену Боннер можно сказать:

   – Ты же считалась умной бабой, – кто тя скрутил в омут лживого благолепия?!


   Ибо, охаивая Чубайса, Ельцина – может означать, как раз не то, что, значит, Россия такая маленькая, что в ней больше никого и нет разумного, а именно:

   – Голосуйте за других.

   На Явлинском клейма негде ставить, а она говорит:

   – Явлинский нигде ни разу не плясал, – тогда как очевидно, что это:

   – Мастер, мастер, – которого выбрал в столоначальники еще секретарь ЦК, – или: что у них есть еще там.


   Все эти дамы, получается, как жена Михаила Булгакова: выходила замуж только за генерала, – и что самое главное, ложь – вот то, что она сейчас говорит:

   – По любви и ее честности.

   Ни-за-что!

   Нечестность Елены Боннер очевидна, как всех остальных баб, бывших тогда на виду, кроме Галины Старовойтовой и, видимо, Политковской, но ее мало было слышно.

   Е. Б. побыла вместе с Сахаровым в ссылке и возомнила себя что-то соображающей, но даже и это сомнительно, гонит дэзу по заказу, как по душе.


   Это, чтобы ставить культпросвет Явлинского, как разум демократии – сам человек вряд ли может.

   Более того, Явлинский врет капитально, как и велела власть своим вассалам:

   – Не скрывая этого чувства превосходства перед замочными скважинами народа, для которых они надеялись делать ключи:

   – САМИ.


   К генералам генеральш пристраивают, – а:

   – Не сами они родятся, – как Ромео и Джульетта.


   Куда ни кинь – одна липа, а Апостол Павел, тем не менее, сказал:

   – Хочу умереть за Господа. – И не пошел опять читать морале и морале-пе по остальным городам и весят, где его ждали с мудростью. – Ибо понял:

   – Что в лоб – что по лбу – кругом одна Подстава.


   Явлинский висел на Гайдаре, как камень на ногах Брюса Виллиса, чтобы уж никто не надеялся:

   – А больше-то никого здесь не бывает, – имеется в виду, из женихов, – нет, не Алисы в Стране Чудес, и даже не Моники Левински, – а:

   – Николь Кидман. – Хорошая девушка здесь она не найдет себе даже просто для развлечения Билли Батгэйта.


   Вел передачу Владимир Бабурин.


   Даже Ельцину на официальном экране дали сказать только одну правду:

   – Простите меня, добрые люди – всё!


   Гайдару:

   – У нас есть только одна дорога: частная собственность для ВСЕХ.

   Люди были добрыми, надеялись, что так:

   – Бы-ва-ет-т.


   Чубайс никогда не врал откровенно. По крайней мере, на это хочется надеяться. Хотя обман такой хитрый, что подметки рвет прямо на ходу. И знаете почему:

   – Человек не в состоянии поверить предвидению.

   Для этого, значит, должна быть еще одна, специальная посылка, иначе, как вчера при покупке Четверки опять забуду, что знал выход, который есть всегда:


   – Ни по эту, ни по ту, а по это эту – именно – слепоту, т.к. очевидное ничего-не-деланье, как всегда почему-то отрицается.

   Лучший вариант был: вставить сим-карту в уже имеющийся планшет, хотя она и может мешать смотреть кино или слушать музыку, – но:

   – На один день! – без вопросов.

   Тем не менее, начал решать интеграл, смешанный с дифференциалом:

   – Что выбрать: обычный для этого дела – принимать звонки на рекламу своего Цвергшнауцера для потраться, так как очень уж давно хочет – телефон за две тысячи, или уж сразу купить смартфон, чтобы и наслаждаться новой батарейкой в нем, хорошим разрешением экрана, – но денег-то сколько надо!


   Планшет уже и так есть, неужели нельзя было вставить в него сим-карту только из-за того, что прошлый раз надоела, как полная бессмысленность с такими же бессмысленными звонками.

   Предвидение было на уровне:

   – Лучше поблевать, чем покупать еще одно:

   – То же самое.

   В результате это По-Блевать было преодолено даже незаметно, ибо сколько можно меня предупреждать, если я всё равно сделаю по-своему.

   Хотя это неправда:

   – Разве я знал, что хочу именно этого? – может быть, но не несмотря же ж ни на что!


   Трудность в том, что долгие размышления должны быть чем-то вознаграждены, а так получается только выбором Апостола Павла:

   – Ромео должен умереть. – Все остальные чтения лекций по городам и весям только:

   – Ошибка.


   Не думаю, что это вообще возможно. Ибо человеку не только хочется, но и свойственно:

   – Не только мыслить и страдать, не только ошибаться, но и:

   – Иметь-ь.


   Вообще же: как легко меня обыгрывают, и одним и тем же способом, показанным в советских фильмах:

   – Впе-р-р-рё-д-д-д!


   Но разве я пехота? Кто меня всё время посылает, как Александра Матросова на амбразуру? Я вижу решение, но именно потому, что нашел его:

   – Выбираю: а есть ли ТАМ-тамтамтам еще что-то?


   Потом считаю: этого уже делать было не надо.

   – – – – – – – – – —


   30.10.18

   Радио Свобода – Поверх барьеров – Иван Толстой и Борис Парамонов – Медиумы средневековья (есть в скачанных файлах, чтобы проверить некоторые моменты).

   Иван Толстой и Борис Парамонов о философии.

   Борис Парамонов:

   – Самой жизни тут нет.

   Как:

   – Нет ее в диалоге о Лосеве и Флоренском Б. Парамонова и И. Толстого.

   Это не Чистое знание, а только его:

   – Пропедевтика для образования ума – на время школьного урока, от Ленки, которой на перемене надо чё-то дать, чтобы:


   – Была должна, как Б. П. и И. Т. должна и сама тозе:

   – Ду-ма-ть-ь.

   А не только включать трактор, чтоб не было слышно уже:

   – Ничего.


   На одних пидарасах не мог скакать даже Платон. Ибо нет смысла больше ничего не?

   Сам разговор Толстого и Парамонова – это чисто советская извращенная философия, как имитация знания, или мутация всё же только 17-го года, сошедшая на русский народ за то, что он До Этого плохо учил уроки.

   На сегодняшний день можно сказать, что:

   – Ребята чисто дурачатся.

   Фундаментальная ошибка в этом балагане имеет смысл:

   – Думать не о том, как это есть, и даже не о том, как это было, а опять 25-ть:

   – Как Бы Это Могло Быть.

   Что и значит:

   – Только хренопасия.

   Во забили гуманитарию белибердой!


   Фундаментальная ошибочность таких рассуждений в том, что они хотят всё вывести из самих себя, из этих же рассуждений, а не из Видений Мира, который:

   – Создается, – а не:

   – Описывается.

   Это не философия, а буквалистское сумасшествие советского гуманитарного образования.


   Этот диалогум не более, чем лекция о международном положении по пятницам на тему:

   – У кого большие уши, а кого поменьше, – у слон-офф или у осло-фф, – разумеется в английских партийных разногласиях.

   Как грится:

   – Мы должны знать.


   31.10.18 – Передача ничем не отличается от той, что была только сейчас, где рассказывалось, как в Петербурге крушат голубятни, не представляя при этом даже тугаментов, убивают на глазах у плачущих детей голубят – идеология терроризмуза и ни хрена более.

   Как расстрел под тарахтенье трактора, на которое только и похожи были эти речи Толстого и Парамонова. Совсем уже отдались, что значит не только целиком, – но и:

   – Целиком и полностью.

   Боги, мол, злые, – а ми:

   – Добрии.


   Разве мало на небе Черных Дыр, куда можно сунуть-высунуть-бежать, чтобы была хоть какая-то необходимость доказывать половую связь, как зависимость между Авраамом и богом?

   И более того, разве бог не может быть женщиной, ибо она и:

   – Само-сделана мужчиной, – из чего вполне можно понять:

   – Тогда, милые мои, получается, что:

   – ВСЕ гомосексуалисты, ибо трахают жен, но сделанных, как получается именно мужиками.

   Как грится:

   – Глаза закрою – вижу.


   В философском разговоре Толстой и Парамонов затрагивают вопросы пола, а выводы делают, как акушерки, принимающие детей с широко, но – увы – закрытыми глазами. Ни своих, следовательно, не имеют, ни внутренних в глаза не видели никогда.

   – – – – – – – – – —


   31.10.18

   Радио Свобода на этой неделе 20 лет назад. М. Крлежа, записки хорватского писателя

   И. Толстой говорит:

   – Ле-Нин загипнотизировал не только всех, но в том числе и многих, – но!

   – Каким образом это можно заметить, если все только и делали, что кричали про него:

   – Немецкий шпион!

   А он сам ни слова не мог возразить ни Канту, ни Гегелю, – как грится:

   – Кто тогда был загипнотизирован, если все остальные, кто про него знал, сравнивали его с местным заготовителем гриб-офф, дающим взамен духи Новая Заря, но и таких, кто верил, то это не подделка – не было совсем.

   Ибо:


   – Ему и делать как раз ничего не надо было и писать вразумительного, так как он сам назывался:

   – Террор. – Что значит: я всё, что вам не нравится, до блевоты и до самой жопы.

   И некоторые решили:

   – Лучше похлопаем и полопаем, чем потопаем, тем более всё равно голодными.

   Поэтому и было:

   – Ле дал нам хлеб. – Ибо:

   – Те, кому не дали его заработать погибли же ж от непосильного труда, как рассредоточил Владимир Высоцкий:


   – На карьере ли, в топи ли, наглотавшись слезы и сырца.

   Потому и кололи профили, чтобы в аду предъявить, как пропуск:

   – У вас здесь, какие шконки лучше считаются: как в Ра нижние, или, как в Америго Веспуччи – верхние?

   – Вам?

   – Разумеется.

   Как грится, на Земле хоть этого достукался, чтобы, как Сильвестр Сталлоне:

   – Наслаждаться выбором.

   В аду, однако.

   – – – – – – – – – —

ноябрь

   01.11.18

   Три дороги: направо пойдешь, налево пойдешь, прямо тоже можно, – но:

   – Как? – если иметь в виду конкретный пример.

   В одну сторону: купить смартфон за 10 тысяч рублей – тошновато, в другую:

   – Купить только для звонков обычный кнопочный телефон за полторы или две тысячи рублей – деревянно, тоже стена, ибо такой телефон был у меня 20 лет, и повторять – скушно.

   Третий вариант – был забыт. Хотя в процессе размышлений появлялся – это вставить сим-карту в планшет, который у меня есть.

   Но эта, третья дорога в момент экстренного размышления уже в магазине и около нет – была забыта! Оставалось всего час – два до закрытия салонов продажи телефонов, а завтра уже выходит объявление с номером телефона, который:


   – Некуда вставить.

   Несколько дней назад думал о планшете, но так думал, что будет мне мешать, т.к. планшет не выключается практически ни днем, ни ночью, а только, когда полностью разрядится. С другой стороны, всего неделю, максимум две или три, пока могут быть звонки по объявлению о поиске кобеля для цвергшнауцера девочки, и о продаже шотландского котенка.

   Не вспомнил в решающий момент об этом варианте с планшетом – звучали только два.


   Так ли было с Ильей Муромцем, когда он решил пойти за:

   – Счастьем? – забыл правильную дорогу, чтобы именно:

   – Проверить наиболее сложный вариант?


   Представляется так, что это только бессмысленная нервотрепка, да написание двух-трех статей.

   – – – – – – – – – – – —


   01.11.18

   Время Свободы за вчера

   Говорят:

   – Ал-а Ге-ер, Ал-р Асм-ов, С-ло точно также стрижет, – что:

   – Наблюдатели зафиксировали самый высокий уровень антисемитизма, потому что злоба не имеет границ. – Но!

   Эта идея-идеология вражды к еврейской мифологии – есть идея именно самой власти, а Ал-а Ге-ер одна из очевидных ее прислужниц, как и Асм-ов, на котором клейма негде ставить. С-ло прямо считает:


   – Христианство только выдумкой.

   Зачем это надо власти?

   Надо именно для того, что еврейская идеология ПРЯМО противостоит Новому Завету, современности.

   Поэтому не сама по себе еврейская идеология имеет смысл для власти, а ее:

   – Ветхозаветность, – попросту говоря:

   – Варварство, – которое и применил Ле к России, а больше-то ничего нового он не придумал.

   Поэтому евреи в пропаганде – такие, как Ал-а Ге-ер и С-ло – нужны не для того, чтобы рассказывать, разумеется хитросплетения Ветхого Завета, а только для бесстыдной пропаганды:

   – Варварства.

   С-ло уже давно прямо попер, как варвар, Ал-а Ге-ер периодически напоминает:

   – Я – если, кто еще не знает, или не помнит, или уже забыв – из демократов буду! – и пошла поехала:

   – А давайте будем называть вещи звоими именами, что геноцид, да, бывает, но, извините, только:


   – Еврейского народа! – остальное называйте своими именами.

   А такой простой вывод, что далеко не все имена присваиваются правильно, ее не интересует, а главное, что все имена и символы в первую очередь используются в пропаганде, как символы:

   – Противоположного!

   Поэтому, мало ли что слово значит по его логике и семантике, – а главное:

   – Как оно применяется в жизни.

   Как это и заповедал Гёте:


   – Логика ваша тупа, так как древо жизни намного пышнее не только, знаете ли, зеленеет, но и:

   – Цветет даже.

   Про наглого русского обычно говорят:

   – Дурак, – евреи-пропагандисты-агитаторы, такие, как С-ло и Ал-а Ге-ер, напрашиваются на другое слово, именно:

   – Наглецы.


   Повторю:

   – С помощью еврейских агитаторов Россия протаскивает в жизнь варварство. Которого вряд ли желает, но уж очень хочут некоторые круги-циркуляры, близкие к правительству.

   Асм-ова золотом не корми, но дай только придумать новый силлогизм вранья. Впрочем, нового, кроме того же наглого вранья у него ничего нет и никогда не было. Доказывать очевидное на примерах уже тошно.

   – – – – – – – – – – – —


   Судя по обслуживанию в XYZ – при покупке смартфона J4 – когда начали мурыжить тысячу, обещанную:

   – Взад, – за покупку этого телефона, – намного лучше бегать пешком, как раньше делали марафонцы, послал иво, побежал, дал-взял, – и:

   – Опять дома-а.

   Вот уже трений день не проходит стресс с возвратом тысячи рублей КэшБэка, уже дошло до того, что сообщили:

   – Получите-е! – пока не могу, в магазине ничего не обнаружилось – оказывается есть еще:


   – Проце-Дура обучения владению навыками пользования Картой, – как-то:

   – Надо заявить кодом – каким, пока не могу понять – что Готофф иё эту тысячу, наконец, принять, как дар богофф, однако, не предупреждавших, что, как говорил Ле на плакате и диамате:

   – Учиться надо-о-о!

   Дак, мил хер-ц, хголова уже кружится от заморочек до такой степени, что и вообще всё забываю, – как-то:

   – Вот, даже забыл, о чем мечтал.

   – – – – – – – – – – —


   Марат Гельман слишком много мажет, ибо вместо масла применяет слова, уже было:

   – Только хотел написать Как Бы, и То Есть, – как тут как тут запендюрено:

   – Да, – и без всяких аплодисментов самому себе, – их именно и воплотил в жизнь.

   Значит, должны быть фундаментальные ошибки. Что-то такое уже было:

   – Всех обобщающее, – но это – было не замечено – всегда, да, истина, но только в пределах с первого по четвертый класс начальной школы, и хорошо, если обычной, а не только для недостаточно одаренных детишек, которых не только всё больше появляется в средствах массовой информации, – но:


   – Они и были – имеется в виду, что это, конечно, очевидно, что были, но были именно среди тех, кто выдает свою позицию за:

   – Умную, демократическую, как сейчас Гельман, – ибо с виду только балаган демагогии, а возражения П. идут только с бэкхэнда, что значит:

   – И так, без Гельмана, очевидные, и их повтор в таком случае является не противостоянием, а наоборот:

   – Рик-Ламой-й.


   В журналисты не пойду – там учиться нечему.

   Сейчас:

   – Как Бы и В Целом.

   Умопомрачительные диалекты журналист-офф.

   Теперь уже без И, а просто:

   – Как Бы В Целом.

   Тут уже не надо говорить ни за, ни против, а вы всегда:

   – За и всегда против, – но, увы, даже простого здравого смысла – реальности, как науки:

   – Даже не как раком до неба, – а вообще:


   – Это бег в обратную сторону.

   Что и значит: отбор в журналисты идет даже не при двухгодичном карантине при поступлении на эту учебы, – а:

   – Внутриутробно, – что значит, уже и только родившись, пруцца не в церковь, как всё-таки были некоторые, а к памятнику Ле на иво верхатуре в фильме про террориста Карлоса, где ему находят двойника, – и показывают этого чумавова Ле с очень злым лицом на верхатуре.


   – Я тогда был замом генерального первого канала, – сказал Гельман.

   Ну, тогда и об чем речь, действительно, человек говорить правду не только не может, но и с детства не обучен, а вот эти, выдаваемые за демократическое общение:

   – Да, То Есть, Как Бы, – показывают, что наглости хватило не только пролезть на телевидение, но и применять эти слова заведомой ДЭЗЫ – без стеснения.


   Гельман и многие других воспринимают журналистику, как игру по-честному, именно:

   – В дэзу, – чтобы:

   – К людям, – с ударением на последнем слове, – по жестче – только врать, врать и врать, а к себе:

   – Помягше, чтобы даже не соображать, что говорят, а только получать бабло за это и продвижение по службе.

   Идет и идет, и даже прецца просто-таки праздник идиотизма. И наслаждения тем:


   – А вот слушать будете-е.

   Но никто ничего не только не слушает, но и не слушал никогда. Так, покупали иногда прессу задешево, так только потому, что туалетной бумаги специальной для этого дела ничего-не-деланья не продавали же ж специально.

   Сейчас Гельман – видимо разозлившись на меня – начал повторять слова:

   – Как Бы, – буквально через слово. – Скорее всего, применяет вместо заикания, чтобы сделать лишнее подтверждение:


   – Я всегда говорю правду.

   Но, как Владимир Высоцкий сказал намедни капитану, несмотря на то, что заставившему его принять угощение:

   – Обязательно буду:

   – Никогда ты не будешь майором, – что значит, никогда не займешь в сердцах людей места и им нравящегося.


   – Русская культура, ОНА, – начал подводить резюме своим измышлениям Гельман.

   Не думаю, что думает:

   – Жопоговорение оно ближе, ближе к:

   – Нашему народ-ишку.

   К вашему, может быть, но и то далеко не ко всему, ибо многие, большинство даже возвращается в Кибуц, чтобы до 28-ми лет успеть поскитаться по миру, попробовать прорвать завесу вот этих:

   – Да, То Есть, Как Бы, – местного Гельминизма.

   Не получается почти ни у кого, 80 процентов или даже больше возвращаются перекладывать с места на место розетки и лампочки, считая, что это честней и лучше, чем заниматься сплошным враньем:


   – Как по форме – так и по содержанию.

   Девяносто процентов евреев выбрали честный и благородный кибуц и только немножко:

   – Местные средства массовой информации, – ибо страсть к балаганно-фундаментальному вранью превысила все протесты разума:

   – Быть-ть. – Ибо:

   – Уж очень хочется наслаждаться.


   Вот – получается – они наслаждаюцца, а у нас опять:

   – Голова болит.

   За них переживаем, что съедят как-нибудь намедни заместо – нет, не лука – а:

   – Кука – нашу последнюю надежду и радость, что только он и может передать привет Владимиру Высоцкому, который чуть не спился – нэ успэл – именно из-за того, что не все евреи уедут в кибуц для своего личного процветания, – а все равно останутся здесь, помогать вранью:

   – Су-се-ст-во-ва-ть-ь.


   p.s. – С другой стороны, отношение не только к средствам массовой информации, но и к людям у Гельмана такое же, как в Кибуце к:

   – Лампочкам.

   Надо только переложить их с места на место, а там:

   – Они сами разберутся. – Ибо и там, и здесь:

   – Конвейер же ж.

   Хотя Познер показал, работают, сортируют их черных от других, белых чисто визуально:


   – Вручную, – как и научил их Моисей последний раз:

   – Бегите, куда-угодно только быстрее, пока я не передумал вас так перегруппировать, что уж останутся только те, кто умеет вязать – нет, не как Елена Фанайлова – только коврики макраме, и даже не веники, – а:

   – Текст самим собой произносимый со своей душой, – а не с декларациями, даже, если они о правах независимости.

   И уже тем более, не с кредитами на вшивую пропаганду.

   – – – – – – – – – – – – —


   Радио Свобода – На этой неделе 20 лет назад

   Разница во времени – Владимир Тольц

   Рыжков:

   – Главное в начале 60-х у меня тоже появилась какая-то апатия, – имеется в виду к преобразованиям Н. С. Хрущева.

   Говорят:

   – Над Хрущевым открыто смеялись! – но:

   – В том-то и дело, что поняли: смеяться уже можно!

   Чтобы не только всегда плакать.


   Говорят, что Хрущев предложил колхозникам сдать коров, а:

   – Молоко вам будет давать колхоз по себестоимости!

   Люди дальше не стали его слушать – разошлись.

   Разошлись, я думаю, именно потому, что Хрущев:

   – Из предал! – а не потому, что он сам стал думать, что Так – отдать опять всё в никуда – лучше.

   Хрущева уговорили повернуть назад приближенные прохиндеи, а теперь выдают это за его:

   – ИДЭЮ.


   Подгорный был во главе заговора против Хрущева, – говорят.

   Уверен, что Хрущева уговорили-приговорили:

   – Сыграть против самого себя.

   И он – на том собрании частных собственников коров – только махнул рукой, повернув от ворот поворот на свой личный чай с – нет, не сопровождающими его лицами – а с:

   – Окружившими его противниками его реформ.

   Семичастный:

   – Ни одного трупа не было за время подготовки того Пленума, который снял Хрущева, – вывод: значит были.

   Ибо Семичастный так заведен, что сказать правду может только наоборот, как про Пастернака было:

   – Он только врал.


   Брежнев – приводятся его слова:

   – Хрущева не бывает на работе, полгода в командировке, с людьми не встречается. – Слова чистой абстракции – что значит: враньё.

   Под видом того, руководители и не должны пиликать на гармошке, так как имеют полно таких пианистов, как был недавно Явлинский, тащащих их прохиндиаду честно и души.


   Говорят:

   – В известной мере – это была игра, – имеется в виду, когда Хрущев стачал кулаками и бросал тапок по направлению, – но!

   – Так и сам человек – это только игра природы, – и жаль, что мы слишком долго этого не соображаем.


   Андропов:

   – Надо, чтобы Хрущев давал товарищам выговорится.

   Цирк в том, что всегда это:

   – Выговорится, – имеет смысл, сказать не только противоположное, но и заведомый ералаш, тупую пропаганду прошлого экстремизма.


   Лукьянов, будущий заместитель Горбачева:

   – Бывают такие старики, которые, как вино: чем старе – тем ловчей опьяняют хомов дурманом справедливости. – Но:

   – Выдал это, как:

   – Старики пользуются своей старостью, чтобы изгаляться над людями.


   Говорят – сейчас, на передаче Владимира Тольца – только те, кто был в заговоре против Хрущева, и сейчас пользуются случаем:

   – Очернить, – но только не себя, разумеется, в глазах народа – распространением нелепой клеветы.


   Кстати, вот это Пушкинское, – в:

   – Глазах народа, – сразу указывает в Воображаемом Разговоре с Александром 1, – что критерий истины – это Человек, что Он видит, а не в том, что буквально написано, как в школе:

   – Мама опять не помыла раму. – А:

   – Кто это ляпнул-соврал, – как и не существовал никогда.

   И вот теперь, как с Хрущевым выполняют этот завет:

   – Он сам сказал.

   Всё, следовательно, было чинно и благородно, – а Хрущев, знаете ли:

   – Даже тапки свои растерял на международной арене.


   У одного человека – Хрущева – проснулась совесть, решил:

   – Неужели обязательно надо быть против народа, против Хомика, когда уже не только:

   – Жить стало лучше и веселей, – но и:

   – Врать тоже можно намного меньше, написать, например, в каждой школе над классной доской:

   – А знаете ли вы, дорохгие дети, Пикассо и нам тоже нужен-н!

   И более того:

   – Очень.


   Когда, действительно, вместо лозунга о нынешнем поколении людей, которое очень хочет жить при коммунизме.


   Говорят, что всем было уже на Хрущева наплевать. Но главное не в этом, не в том, что пропаганда долго распускала про Хрущева анекдоты и остальное, как:

   – Никита Сергеевич Хрущев, – да:

   – За Зуп-пругой, – как, получалось, с подпругой, – главное, что никто ни во что реальное хорошее ни за что не верил, чтобы, например, дали жилье, новое, хорошее, с мебелью сразу, с газовыми плитами, чтобы только на высококвалифицированную работу ходить, а там уж незаметно даже, как:

   – За всё это хорошее вычтут без ущерба этот вычет быть замеченным, – но, да, так делали для:

   – Только директоров заводов, переезжающих с места на место, – да и то все видели сие только:

   – В кино.


   Хотелось и ему, Н. С. Хрущеву пожить по-человечески, как мечтали некоторые герои в кино, – но!

   Какая прохиндиада – можно сказать – колдовской реальности встала почти в полных рост против:

   – Человека. – Ибо, не заслужил, за что ему и что хоть-нибудь хорошее?

   Вопрос остается.


   Трудно поверить, что мы живем в плохой – даже дурной – сказке. Ибо в американских фильмах ужасов люди всё-таки побеждают – здесь народ уже был готоф-ф:

   – Спокойно принять отставку Нины Петровны и ея супруга Никиты Сергеевича Хрущева.

   Ибо поставили на его место не Брежнева, не Громыко, не Подгорного, – а:

   – Каких-то Брежнева и Косыгина, – ну, собственно, как при 17-м годе:

   – Будете править ви Зами.


   У кого есть, разумеется, усы, как у Буденного, и медали, как у Ворошилова.


   Потешаются над людями, а нам – нет, не больно и смешно вместе, – а только:

   – Тошно, – смотреть и продолжать тоже самое опять и:

   – Снова.

   Как спектакль показывают, только намного хуже, чем про Хлестакова, а именно:

   – Фильм ужас-офф, – и всегда почти с плохим концом.

   Хороший бывает, да, но только в:

   – Иллюзионе своей мечты.


   Похоже только художественное произведение может перековать мечи на орала.

   – – – – – – – – – – – —


   02.11.18

   Интересно, нашел в Одноклассниках фильм Враг У Ворот, но не с VHS переводом, – но:

   – Пока можно терпеть – нормальный.

   Смешно сравнивать, но получается – если, как в музыке – исполнитель на концерте мирового уровня иногда, да, господа и дамы:

   – Не только путает ноты, но и вообще, оказывается, мама мия:

   – Оглох, – еще не родившись-ь!

   Нет, не только уха, но и слуха. Правды хочется, но поймать ее в космосе, будучи там в шапке ушанке:

   – Не получается.


   А то говорят, не бывает таких космонавтов, чтобы летали, но именно в шапке-ушанке вместо космического шлема. Да, мало, обычно, даже под елкой маслят не находят – здесь что-то получается, как у второклассника, надеющегося в скором будущем получить доступ к должности поммастера на местной фабрике, – а то и:

   – До начальника цеха достукается.

   Да, вот сейчас пошли женщины, мальчики, и они, увы, как у предков Ивана Грозного:


   – Да, кровавые, но только в иво глазах – слушать дальше не то, что нельзя, – а:

   – Просто невозможно.

   Что тогда говорить про наслаждение, которое я получал, как подарок к следующему дню рождения, когда ловил перевод членов отряда VHS, прославивших России в конце 80-х и особенно в начале 90-х годов.

   Как ангелы они спустились к нам на Землю, а теперь к ним – тем переводам прошлых лет Гаврилова, Володарского, Михалева, Дохалова, Карцева, Живова, Горчакова, – были и еще, не все имена знаю, – нет легкодоступной очереди:


   – То могу открыть в Одноклассниках, то не получается.

   Делаю запрос, а мне отвечают – прошу прощенья – хрен знает на каком языке, – ибо это:

   – Не-русский.

   – – – – – – – – – —


   Деление Завета Бога на Две Скрижали Завета может увидеть только Человек.

   Что и сделал Пушкин в своих произведениях, и буквально-таки демонстративно в:

   – Когда Макферсон издал Стихотворения Оссиана, и Воображаемый Разговор с Александром 1.

   Только Человек может рассечь этот Камень на два.

   И Шекспир сделал это же, но так наглядно, как Пушкин, тем более на русском современном языке – больше никто.

   По сути это определяет, что и в одном человеке – Два. Как это происходит и с Петром во двое первосвященника, он пугается, и трижды отрекается от Иисуса Христа, – как и было ему предсказано И.Х.

   Но второй человек в апостоле Петре, боящийся человек, боится:


   – Уже не за себя, а за Иисуса Христа, – поэтому отрекаясь от И.Х., предавая Его – берет вину Иисуса Христа:

   – На себя! – т. к. И.Х. и обвинялся именно в предательстве веры.

   Поэтому Петр не убегает со двора первосвященника, а наоборот, выступает вперед со словами:

   – Я предатель веры – берите меня.


   Не исключено, что и взяли. На картине Караваджо трое обнялись между собой, а не как у Лермонтова двое:

   – Он и барс.

   Кто третий на этой картине Взятие Христа под стражу?

   Павел или Иуда? Писать простого стражника Караваджо не будет, ибо это опять двадцать пять только примерность:


   – Как Бы Это Могло Быть, – для реальной истории – пустой звук, совсем не похожий на узор надгробной надписи даже на непонятном языке.

   Тут под Стражей имеются в виду, скорее всего, сторожа-защитники – телохранители, подставляющие себя вместо Него. И могли – следовательно – быть распяты вместе с Ним.

   Хотя я думаю, это были Сыновья Зеведеевы. Они первыми вызвались на эту роль:

   – Разбойников.

   – – – – – – – – – – – —


   УУ – Вяземский

   Вопрос:

   – Как назвал Маркс свой труд?

   И ответ:

   – Коммунизмус, – жаль князь не додумался пояснить, – или, что тоже самое:

   – Ветхий Завет.

   Следовательно, Маркс – в отличие от кого-то, кто думал наоборот – вообще ничего не выдумал нового, а только повторил лозунг тех, кто бросился на Моисея у горы Синай:


   – Ябочие и кьестьяне, на штуюм Етнего! – ибо Зимний тогда еще не придумали использовать для теоретических разработок нового – по сравнению с Данте – движения по направлению к Аду.

   И вот Это Маркс посчитал – как проповедуют местные коммунисты – за раболепство! – Ибо:

   – Мы не рабы!


   Судья говорит:

   – Плохо, когда человек оторван от труда! – Вот она истина Маркса:

   – Тавтология.

   Зря еще не добавил, что срать, когда ему не дают – тоже нехорошо.

   И вот здесь эту свободу и завоевали:

   – Выйдешь в поле – сядешь, так сказать, если сможешь – срать – и:

   – Так далеко Иво видать, что даже не только в Америке, но и в Аду.


   И тавтология проскакивает, как не то, что обязательно:

   – Новое, – но всё-таки, ибо не учитывается второе качество, позволяющее быть прытким:

   – Наглость, – а уж, какая не так важно: большая или еще больше:

   – Несусветная.

   Именно наглость держит Тавтологию на весу. Пример, Рыжков, возмущавшийся продажей детских ботиночек по спекулятивной цене у стен, э-э, нет, Трои, а у ГУМА, – тоже нет, а у:


   – Детского Мира, – ибо святотатство: дети! и тут же, еще не сойдя, как следует с Иво ступеней, – радуются:

   – Спекулировать-то, оказывается, и нам моно, как пайтии и иё пьявитейству!

   След-но:

   – Жить и здесь – значит – можно.


   Вот и Маркс сочинил сочинение:

   – Спекулировать, бьяццы, ючше не надо, ибо так и только так именно делают:

   – Траханные капитаисты.

   Мы – возьмем этот ваш грех – который вы могли совершить – на себя.

   И как говорится:

   – Да, я спекуянт! – Но только яди вас, чтобы вы были:

   – Честными, – ибо на пути в ад вам так меньше достанется дополнительных издевательств.

   – Дядя, разве бывают рабы честными?

   – Когда я гъюх – я сыт и ем.


   Но Маркс – это и не Ветхий Завет в подлиннике, ибо является – по сути – тем же Евангелием, – а взятая из него пропедевтика одномерности, когда:

   – Всякое слово в ту же строку пишется, – это себялюбивая форма рабского сознания.

   Откровенная пропаганда рабства, со ссылкой, ибо:

   – В цивилизации развелись капиталисты, и не всем достается то же самое, – поэтому:

   – Пусть и остальные мучаются.


   И не предполагается никакого движения к лучшему, и если оно появляется, обязательно должно быть уничтожено. Ибо и сам-то этот дурогон, человек:

   – Кому он особенно нужен?

   – Я – есмь!

   Ну, хкто ты такой, чтобы:

   – Быть.


   Это вовсе не означает, что все – назад к рабству, правда на Олимпе, или что у них есть еще там, что-то – вряд ли кто-то – остается, такая наглая дубовость – цитата:

   – Сначала с Иисусом Христом разберитесь, что Он хотел жить просто по-простому, а уж потом нас упрекайте за ученические тетради с его узорами на их обратной стороне.

   И:

   – Совершенно нагло оставляют без внимания об одном важном упоминании Иисуса Христа:


   – Выполнить Эти Заповеди можно только вместе с Богом.

   Сами вы сделать ничего не сможете.

   И, значит, да, сам Человек – не значит, что ничего не может, а только:

   – Сам не может, – но:

   – Может иметь Связь с Богом, – и тогда уже:

   – Не будет никаких марсизм-офф.


   Вообще, жизнь в России – это почти сплошное Голливудское кино, почему оно и запрещалось и запрещается:

   – Зачем, – если вы и так в нем ихграете маненьких чертенят.

   А еще точнее, их куколок.

   – – – – – – – – – – —


   03.11.18 – Радио Свобода

   Петербург Свободы – Татьяна Вольтская

   Говорят про Ле-Нина, что всех ненавидел, но делается такой акцент на нем, что получается сложновато совместить его и:

   – Реальность возможного, – в том смысле, что:

   – Так бывает, чтобы Никто, – а был?!

   Видимо, да, всё-таки: исть така партия. Вводится такая белиберда, что непонятно:

   – Кто до Этого додумался, чтобы так противостоять Человеку?

   Ле настолько нелепые вещи говорит и пишет, что люди не могут совместить возможность этого и его полное отсутствие, как Король Лир у Шекспира пытается, как Владимир Высоцкий:

   – Я говорю – врачихе сойду с ума, – она мне:

   – Погоди.

   Люди, естественно, не хотят, и принимают иво сусе-ствование за норму.

   Осталось только сообразить: реальность принимается за сказку, или сказка за правду, даже без намека.


   Удивляет, что никто из классиков литературы, ни Пушкин, ни Лермонтов не говорят о житии-бытии в России какого-то необыкновенного чуда-чудища, хотя и намекают, но эти намеки, похожие на:

   – Бездну, на краю которой стоит Россия, – принимаются только за душевные муки, что вот та восхитительная Анна Керн, – а:

   – Дала еще некоторым, – авось, и многим, кроме нас.

   Теперь оказывается, это мы даем – причем без перерыва даже на обед – всем, кто ни попросит, чтобы мы изображали полных скот-офф. Про совесть нет и речи, но и ума, – мама мия:

   – Тоже даже в гости не заходит.


   Человек такой беззащитный, что понимает только:

   – Нич-чего непонятно.

   Как можно было такое беззащитное существо запускать в этот аквариум с мало кто знает какими Медуза Горгонами, что и рожек уже не остается от:

   – Истины более-менее понятной, чтобы быть осуществленной.

   Правильно было сказано только Пушкиным:

   – Человек – Царь, – поэтому:

   – Должен жить один.

   Они, вон, металл едят, что им человек. Так это только еще микробы, а от остальных, чего ожидать, кроме насмешек над Берлиозом и его Бездомным другом:

   – Вот, мил человек, чего угодно будет, только не о чем вы предполагаете.

   – – – – – – – – – – —


   04.11.18

   Радио Свобода – Итоги недели

   Корреспондент Радио Свобода Владимир Абаринов говорит:

   – То ли он украл, то ли у него последнее демисезонное пальто.

   То ли Песков несет пургу, то ли делает то же самое?

   Но! г-н Абаринов, кр-т РС явно говорит неправду, т.к. очевидно, что метель идет беспрерывно.

   Человек идет в Метели и решает вопрос:

   – Он идет, или тоже: сам эту пургу и метет?


   Слава Тарощина первый раз смогла вынести на своих хрупких плечах правду:

   – Количество конвойных войск превышало Тады тоже самое пограничных, – след-но, враг находится не снаружи, а внутри, но не нас, как микробов, – а вот, кого его, – так и не закончила свою мысль, как обычно ни к селу, ни его Передел-Кино, где раньше все стояли с приставленными ко лбам ладонями, как от слишком утомленного своим солнцестоянием Солнца, – хотя и:


   – Ночью, – ибо ждали вот этой самой нежданной негаданности:

   – С кем я завра выпью? – при условии, выдвинутом еще Коперником:

   – Если наступит-таки это Завтра, как сейчас не можем днем с огнем найти, – а:


   – Где сегодня? – никто не встречал.

   Ответил, правда, Владимир Высоцкий лично:

   – С кем я завтра выпью, если врут все, следовательно, какой смысл это слушать еще раз, если по пьянке люди правду еще больше забывают, как после окончания гуманитарного вуза:

   – Тебя врать научили, а дальше, милая, сама распоясывайся.

   – Вот ду ю сэй?

   – А именно? Никогда не выходи за рамки, э-э, неправды.

   – Ибо?

   – Да, ибо правда и так всем известна.


   Это хорошо, что правда человеку дана, как Нить Ариадны с рождения, – но!

   Само устройство – Кого Его – предполагает такую двойственность, что человеку:

   – Свойственно ошибаться.

   – – – – – – – – – – – —


   04.11.18

   ТВЦ – Иван Бровкин на целине, – песня: тот, кто смолоду сердцем богат.

   Никто не имел ничего против комсомола, – и:

   – Этого было достаточно, – за, уже и не обязательно.

   И нельзя сказать, что меня это не интересовало абсолютно – я нигде в этом деле не пригождался. На лице, скорее всего, это написано.

   Мечтал вступить не туда, а в отряд Ландау, Пушкина, Ферма, Эйнштейна, Римана, Лобачевского. Получил больше:


   – Вступил в отряд Иисуса Христа.

   Разница – есть! И она феноменальная по сравнению с наукой:

   – Сам Человек должен принять участие, как связующее звено в доказательстве жизни.

   Точнее, вечной Жизни на Земле.

   Только на какой?

   Можно сказать, человек сам лег, как мост между полями и текстом – двумя скрижалями завета, и тогда получается, что возглас Моисея:

   – Кто господни? Ко мне! – значит:

   – Я тот, кто будет Яго у Шекспира в Отелло – переход, связующий Моцарта и Сальери – двух сыновей Гармонии, – у А. С. Пушкина.

   Поэтому:


   – И не работали скрижали завета после Моисея, что:

   – Лечь между Ними было некому.

   Ферма заметил эту Связь – никто не поверил, вплоть до самой академии французский наук.

   Шекспир – многие влюбились, а некоторые до такой степени, что даже засекретили все выкрутасы его книг.

   В Пушкина – влюбились, – но: ни-че-го не заметили особливого.

   Посчитали только смесью Гизота с Вальтер Скоттом. А он, как и Шекспир был апостолом Иисуса Христа. Ибо включил Читателя и Зрителя в число:

   – ГЛАВНЫХ героев своих произведений.


   Как Иисус Христос – Человека.


   Почему и писали современники про Повести Белкина и Капитанскую дочку в:

   – Сравнении с обычными приключениями Вальтер Скотта. – С которыми – впрочем – тоже надо еще разобраться: просто ли они так:

   – Реально впечатлительны.


   По сути вся классическая мировая литература – это именно магия Иисуса Христа – человек, живой человек, даже в девятом ряду:

   – Главный герой любой постановки. – Не просто из уважения, что соизволил купить билет на Представление, – а:

   – Без него пьеса просто не состоится.

   Почему и критикуют, то Шекспира, то Робинзона Крузо Даниэля Дэфо, как козла отпущения за 500 ошибок, допущенных его героем, и даже не поделенным на Пятницу.


   – А что делать? – как в очередной раз проинтонировал Михаил Пуговкин в Поднятой Целине, собираясь жениться и скупая всю бутылочную наличность в близлежащей округе оренбургской степи на:

   – Свадьбу, – как Фигаро у Шекспира – или, что у нас еще там, пусть будет Бомарше:

   – Погремушки Исиды, – пробуждающие человека от сна реальности, как Германна в Пиковой Даме А. С. Пушкина, зашифровавшегося под Обуховскую:

   – Инициацию.

   Быть – или не быть, – что тоже самое:

   – 21 – 22 – тройка, семерка, туз – тройка, семерка, дама.


   Что более удивительно:

   – Читатель главный герой художественного произведения, – или, наоборот:

   – Он только пришел записаться в эту библиотеку по абонементу?

   Весь мир романа оживает только в его присутствии, как вода становится дорогим вином на свадьбе, где впервые появился Иисус Христос, – а:

   – Так получается, что даже запрещено ТАК думать! – не зря, не зря принимали на сессии ВАСХНИЛ в 48-м году это постановление против прав читателя оживлять героев романа от спячки, как королевич Елисей мёртвую царевну в хрустально гробу библиотечных полок, – что он:


   – Тот один – единственный, кто только и может идти ВДВОЕМ с Иисусом Христом на Пути, куда так хотел попасть Отелло вместе с:

   – Шекспиром.

   Именно туда, про что написано:

   – Не каждое слово в строку пишется, – что значит, находится между строк, а точнее, есть только у:

   – Читателя.

   Поэтому и написано в Библии:

   – Будете спрашивать, где это, – и:

   – Не найдете.


   И вот это:

   – Где написано, – назвали наукой, а то, что ей занимается человек – не имеет значения, – и роботы могут.

   Как быть с художественной литературой? И ответ, до ужаса ничтоже сумняшеся дэзодорируемый:

   – Как Пикассо нам не нужен, так и это только иво же:

   – Финти-Плюшки.


   Очевидное прямым текстом объявляется, как Невероятное.

   – – – – – – – – – – – —


   04.11.18

   Радио Свобода – Поверх барьеров с Игорем Померанцевым. Проза Николая Лескова в музыке Родиона Щедрина

   Говорится про Блоху, которую подковал Левша, и с первого взгляда это значит только:

   – Заставь дурака богу молиться – он и лоб расшибет, – но слишком уж часто повторяется эта попытка Левши быть не хуже англичан.

   Трудно найти в его действиях позитив, так как днем, сегодня же было по телевизору показано, как собирают в Англии Роллс-Ройс – превысить кропотливость его сборки – невозможно. Спрашивается:


   – Что мог внести в усовершенствование сборки Роллс-Ройса Левша, – если предположить, что это всё-таки возможно?

   Вот только то, что говорится дальше в передаче про перевод стихов, что это также трудно, как распустить вязаную кофточку, а потом из нее сделать усовершенствованную, но:


   – Такую же.

   Пример с распусканием кофточки неверен, ибо перевод делается не так, а как это обозначил Алан Тьюринг в фильме Энигма:

   – Знать для ее расшифровки, как оказалось, надо только:

   – Чертов хайль гитлер.

   По сути дела: видеть то, о чем идет речь. И, следовательно, подкова блохи – есть указание, что у этой блохи не в танце суть. – А:


   – Именно вот этот самый чертов хайль гитлер непереводимого перевода.

   Ибо, да, машина Роллс-Ройс очень сложная и состоит из невообразимого количества деталей и большой кропотливости их доводки, – но для человека, чтобы поверить в бога достаточно:

   – Подняться на Сцену, – одолеть которую не решился царь Агриппа.

   Предполагается, следовательно, что сплясать можно и в партере, а вот попасть в кунсткамеру, как на:

   – Сцену, – может только блоха подкованная, ибо неважно, что не прыгает, так как и Подсолнухи Ван Гога – тоже:


   – Могут менять свою конфигурацию, но именно там, где это и только важно:

   – В голове человека. – То это лицо красавицы, то игрушечный мишка, которого кусают глазастые монстры, лица, находящиеся между лиц.

   Собственно, то, что сделал Левша – это тоже самое, что Пушкин написал:

   – Звенят кавалергарда шпоры, – которые при таком – как обычно имеется в виду – наличии, как заметил?, вообще не дадут танцевать – порвут платье.

   Шпоры кавалергарда, как и подкова блохи – это именно то невидимое, недоступное пониманию человека, как шифр Энимы, который может расшифровать, как сказал Тьюринг:

   – Только машина, – Медиум, посылающий поэту уже готовые ответы.


   Почему и ошибаются те люди, которые пытаются сопоставить События После Воскресения Евангелия с:

   – Возможной их реальностью, – ибо это невозможно, как невозможно самому расшифровать код Энигмы, а только с помощью машины, которой является Посылка:

   – Прошлое находится не сзади, а впереди, что Настоящее для того и существует, чтобы его – прошлое – увидеть, а не:

   – Наоборот, – что мы уже так далеко ушли от старта нашей ракеты с Другой Земли, что может только квакать и крякать:

   – Как Бы Это Могло Быть, – наоборот, для того и останавливается Мгновенье подковой блохи, что:

   – Бежать уже некуда – всё здесь: и поля, и их текст.

   – – – – – – – – – – – —


   05.11.18

   Повторяется сериал кухня, – но явно превышена в рекламе его ценность:

   – Слишком много Не-Того – явной Дэзы, которая переигрывает художественность, – как:

   – Чужой в форме человека.

   Не могут допустить, как это делается в Голливуде:

   – В человеке стопроцентную человечность, – ибо:

   – Но он же, хотя и Олух, но не Царя же Небесного на все сто процентов, на самом деле.

   Порно капитальное в нем обязательно должно быть.

   Порно под названием:


   – Как Бы Это Могло Быть в советском обчестве.

   Где те, что человечней обязательно попадают, если не в непосредственные начальники, то в орденоносцы – как правило, – но!

   Не то, что не замечают, но и не хотят даже видеть, ибо делают сознательно, что сами эти роли хороших и плохих – распределяют, – а не:

   – Бог.

   Как грится:

   – Ну-у, вы же ж не боги – можете и ошибаться.

   Простой ответ, почему не ошибаются в Голливуде:

   – Ибо, да, мы не боги – вы:

   – Да.

   И имеются в виду всегда Зрители.

   Здесь установка:

   – Считайте за счастье, что вам это показывают.

   – – – – – – – – – – – —


   Каю Маю и Фидю Эю с помощью Ле-Шева распространили на русский народ недопитие, что:

   – Существуют вместе Новый Завет и Ветхий – тозе.

   Развели, как бандиты чистого Шекспира и Пушкина земной смолой коррупции такой невиданной степени, что, конечно, никто не поверил, – но:

   – Догадаться заставили, в конце концов, – что:

   – Ветхий Завет вошел в Новый, как составная часть, – и, следовательно, больше не бывает не только здесь, но и в самом Израиле.

   Вопрос:

   – Что же осталось? – имеется в виду, здесь, в России.

   Вот как раз сейчас смотрел перечисление фильмов в ВХС переводе и последним на странице попался:

   – Нечто, – а:

   – Похоже, по названию на местную прохиндиаду.


   Правда, они сами в тайниках своих кабинетов думают, что:

   – Авось, это и есть тот ветхий завет, который все забыли, – но:

   – Несмотря, несмотря на то, что сослали отсюда на Запад всех философов, многие – или пусть некоторые, интуитивно понимают:

   – Ветхого Завета уже нет! – но:

   – Это слабое утверждение, ибо он находится в Новом, который изменил ВСЁ, в том числе и Ветхий Завет, – однако:

   – Не меняя его по содержанию, с виду, а самим своим присутствием, – оказался:

   – Намного больше.

   – – – – – – – – – – —


   Радио Свобода – Лицом к событию – Михаил Соколов

   Юрий Поляков:

   Говорит, что уже проклял свое произведение про пьянку комсомола в его отдельно взятом помещении, – но!

   Это явная липа, имеется в виду не только ЧП совсем и только было в нашем районе, но и Михаила Соколова, ибо никакого не только последующего проклятия не было, но нет его и в изначальном варианте запрета в виде изъятия в воинских частях, – а:


   – Только иво же риклама.

   Почему?

   Потому что комсомол никогда ничем другим и не был, как пустым звуком в его моральном направлении движения, – следовательно, тут и говорить не о чем.

   И вот, чтобы было, о чем валякать, надо всегда – любой ценой! – поднимать к нему внимание, – что было сделано, и делается опять уже.


   Ибо, сразу думали: так только одни разговоры – никакого комсомола нет, а вот:

   – На те! – кто же ж тады Там-тамтамтам – так напился, что даже специально не убрал пустые бутылки, – ибо:

   – Мы здесь, – а вы уже обо всем забыли.

   Потом был организовано его популяризаторство запретом в библиотеках военных городков – мало? Так теперь ишшо разик, ишшо раз от иво отречемся, – чтобы:

   – Помнили-и.


   Уж, Михаил Соколов-то, заснул, что ли, за рулем?


   Пьют для чего?

   Только для того, чтобы хоть так, наконец, заметили.

   – – – – – – – – – – – —


   06.11.18

   Человек взял палку не для того, чтобы стать homo sapiens-om путем избиения ей непокорных, а чтобы последовать совету того козла, который учил Беатрикс Кидо и вырвал лишний глаз у Гадюки – Пэй Мэя:

   – Совершать событие в два тяжеленных этапа:

   – Если хочешь жить, как человек – ешь вилкой, ибо лапами едет те, кто не понял до сих пор Нового Завета:

   – Хотя и будет незаметно, что при помощи, но так и так увидите, – что:

   – При посредстве, – сообщил уже Владимир Высоцкий.

   – – – – – – – – – – – —


   07.11.18


   Аверин говорит:

   – Война и мир – роман Толстого – это путь героев этого романа – Пьера, там, еще кого-то к:

   – Богу, – фантастика!

   К какому богу, мил херц?

   Единственная правда парадокса: это рассказ про пачку сигарет Родопи:

   – Вот ты шары налил, – а:

   – Все равно просишь, что тебе вредно, старый пень.


   Путь к богу у Толстого, да, может быть, но только, как в школьном сочинении:

   – Было сказано, – а вот теперь почитайте:

   – Пошли и даже пришли верить, – а:

   – Верят ли на самом деле – вообще не имеет никакого значения!

   Имеется в виду, только одно:

   – Начали молиться.


   У Ивана Толстого преподавателем в университете была его одноклассница!

   За это ему, может быть, кое-что простить? Но врет явно не всё, вот эта передача с Борисом Валентиновичем Авериным – нормальная. С другой стороны, он уже получил подарок за это напряженное отставание по фазе, почти, как Бродский:

   – Полюбил самого Бродского в отличие от слишком придирчивых от отсутствия школьных правил правописания сестер.


   Всё же Аверин – как и его ученик, Иван Толстой – практически уверены, что правду можно доказать и без:

   – Нового Завета.

   Вот сейчас был пример – это уже с 1-ой передачи – как вохра смеялась над женщиной, барахтающейся в канаве:

   – Как можно, чтобы человек был дурно воспитан? – но:


   – Норма в той ситуации воспринимается уже иначе, – ибо все в грязи, и вохра в том числе.

   Это всё равно, что шли вместе в школу, а один мальчик или одна девочка нечаянно наступила на говно, еще слабо видимое при утреннем свете. Она, да, не смеется, – но и:

   – На сцене актеры часто не смеются, – и именно для того, чтобы зрители:

   – Верещали.


   И всё потому, что радующиеся и плачущие находятся в Разных:

   – Пространствах. – А это:

   – Новый Завет.

   Но евреи – не имея в виду физиков, таких, как Ландау – для того и приспешали в Россию, чтобы – нет, не всем разумением своим – всем своим За-поминательным аппаратом доказывать аборигенам:

Конец ознакомительного фрагмента.

   Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

   Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.

   Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.